Дым ревности.

Выпускной. Наконец-то. Все одиннадцатиклассники собрались в ресторане, чтобы отпраздновать окончание школы. Музыка гремела, кто-то танцевал, кто-то смеялся за столами, кто-то уплетал еду за обе щеки.

Джисон сидел рядом с Минхо. Они ели, болтали о всякой ерунде, смеялись. Минхо положил руку на спинку стула Джисона, иногда касался его плеча. Всё было спокойно и хорошо.

— Джисон! — к столу подошла одноклассница, Сора. Улыбается, немного смущается. — Можно тебя пригласить на танец?

Джисон поднял глаза. Потом посмотрел на Минхо. По лицу Минхо сразу всё стало понятно — брови нахмурены, губы сжаты, взгляд тяжёлый. Он явно был против.

Но Джисон не придал этому значения. Ну подумаешь, танец. Что такого?

— Да, конечно, — улыбнулся он и встал.

Минхо ничего не сказал. Только проводил их взглядом.

Джисон и Сора вышли на середину зала. Медленная музыка. Они танцевали, Сора что-то говорила, смеялась. Джисон отвечал, но краем глаза чувствовал — на него смотрят.

Минхо сидел за столом. Не пил, не ел. Просто смотрел. Сверлил их взглядом. Руки под столом сжались. Костяшки побелели.

Танец закончился. Джисон вернулся к столу, улыбаясь.

— Ну что, продолжим есть? — начал он, но не успел договорить.

Минхо резко схватил его за руку.

— Идём, — сказал он сквозь зубы.

— Минхо, ты чего? — Джисон попытался вырваться, но хватка парня была железной.

Минхо молча потащил его через зал. И вот они оказались в уборной.

Щёлкнул замок.

— Минхо, что ты...

Но Минхо не дал договорить. Он прижал Джисона к стене.

— Ты думал, я буду просто смотреть на это? — произнёс Минхо. — Думал, я спущу тебе это с рук, пока ты с ней танцуешь?

— Это был просто танец...

— Заткнись, — Минхо снял с него рубашку, при этом, порвав пару пуговиц. — Ты только мой. Ты меня понял? Только. Мой.

—————————

И после этих слов Джисон ощутил грубое прикосновение.

Губы Минхо легли на его шею.

Так властно. Так резко, что глаза Джисона широко распахнулись, а по телу пробежала дрожь.

Джисон, не в силах что-либо сказать, лишь опрокинул голову назад, открывая доступ к шее. Кожа постепенно покрывалась следами от губ. Яркими, бордовыми пятнами, которые завтра обязательно напомнят Джисону про это событие. И от этих действий, столь приятных и страстных, младший ощущал, как его член предательски дёргается под боксерами.

Минхо спустился чуть ниже, разворачивая Джисона к себе спиной. Губы старшего целовали его плечи, ключицу, пока штаны младшего снимались вместе с бельём.

Мгновение. И Джисон ощутил давление.

Рука Минхо скользнула по его хребту, немного надавив, тем самым заставляя Джисона прогнуться в спине. И пока лишняя одежда летела на пол, а Минхо занимался подготовкой, Джисон лишь шумно дышал, улавливая прохладный воздух уборной. Но не успев и моргнуть, как парень ощутил волну острой боли вперемешку с непонятным чувством.

Минхо вошёл в него. Полностью. До отказа.

Головка члена ударилась о простату, заставляя Джисона громко застонать от неожиданности.

Первые секунды Минхо не двигался, давая возможность привыкнуть, но с каждой секундой границы терпения стирались, и парень больше не мог ждать.

Руки старшего легли на бёдра Джисона, задавая первые толчки. Движения Минхо не были плавными либо мягкими. Нет. Парень начал с грубого темпа, вбиваясь в Хана ритмичными, чёткими толчками.

Джисон, в свою очередь, звонко стонал, пока руки до белых костяшек крепко держались за раковину.

— Ответь мне на вопрос, — начал Минхо. — Кому ты принадлежишь?

И после этих слов Минхо рванулся вперёд сильнее. Головка стукнулась о чувствительную точку внутри младшего, и Джисон, не в состоянии сдерживаться, громко застонал, срываясь на всхлип.

— Тебе... — глухо ответил Хан. — Только тебе...

Ритм Минхо начал проседать, словно он больше не мог держать себя в руках. Движения стали более хаотичными и быстрыми, вбиваясь в парня глухими толчками.

Они оба были на грани.

Финальным аккордом для Джисона стал тот момент, когда Минхо безошибочно нашёл и задел простату. Ударил настолько мощно, что Джисон, максимально прогнувшись в спине, кончил с громким стоном, ловя звёзды глазами. Сделав последний сильный рывок, парень кончил следом, зарываясь носом в шею младшего.

Пару минут они стояли неподвижно, пытаясь перевести дыхание после бурных действий.

— Ты только мой, — начал Минхо, утирая влагу с живота парня. — Не смей больше ни на что соглашаться, ясно?

Джисон лишь слабо улыбнулся, кивнув головой, ведь голос отказывался работать.

Тот вечер закончился дрожащими ногами Джисона и шеей, чей участок был полностью занят засосами. А Минхо, выпустив свою ревность, снова превратился в спокойного и сдержанного парня, которым его всегда видели.