Двадцать пять центов

1

«Конфликт – это про сильное желание дружить, взявшее поворот не туда». И кто только мог сказать подобную чепуху? Скорее уж про желание жестко надрать противнику задницу. И если этот чертов старик сейчас же не кинет четвертак в монетницу, я его растерзаю». 

Алекс не преувеличивал. Вся недостача в кассе пополнялась из его кармана, а он ревностно копил на колледж, стремясь экономить на всем: жил на одних макаронах с консервами и повсюду передвигался на велосипеде, отказывался от вечеринок и посиделок с новыми приятелями, даже кофе пил только на работе, бесплатно. На иммигрантов вроде него ложилась повышенная финансовая нагрузка: сдача языкового экзамена, оформление студенческой визы, да и юрист за подготовку бумажек сам себе не заплатит. 

А тут этот дерзкий старикашка-итальянец, уже в который раз бросает ему на стол 10$, громко требуя «как обычно», словно пришел в бар, а не на заправку. Алекс притворился, что не понимает, хотя запомнил, что подлец всегда берет «Мальборо красный», за 10.25$.

– Прошу прощения? – спросил юноша, нарочно преувеличивая свой славянский акцент, невинно хлопая большими голубыми глазами и почесав ежик светлых волос на затылке.

– Мальборо красный! – рявкнул покупатель.

«Придурок» – буркнул Алекс по-русски, разворачиваясь за сигаретами. Мысленно он уже оседлал и мутузил старика на зеленой лужайке за окном. «Утопический сценарий» – вздохнул юноша, осознавая неподобающее превосходство своих сил, а также подчиненное положение. Клиент всегда прав. В который раз Алекс не смог собраться с духом и просто попросить положенный четвертак.

– И еще, – подмигнул старик, – мне бы зелененького.

«Откуда он знает?» – оторопел юноша и сразу огляделся вокруг, чтобы убедиться, что в зале никого нет. Крошечная заправка пустовала, за стеллажами со снеками – никого. Он выглянул в витринное окно с обзором бензоколонок. Пара человек заправляли машины. У входа – черное авто итальянца. Все чисто. Пересилив волнение, юноша сделал непонимающее лицо и снова спросил:

– Прошу прощения?

– Тогда как насчет сладенького? – требовательно прохрипел старик, многозначительно сверкнув чёрными из-под густых бровей глазами. Задержал взгляд на бейдже, приколотому к синей футболке поло с логотипом «Mobil», но юноша не оробел.

– А, понял! – широко улыбнулся Алекс.

Итальянец удовлетворенно кивнул, пальцем накручивая седые кудри и нетерпеливо барабаня по стойке.

– Пожалуйста: в холодильнике у нас есть газировка, шоколадные батончики на том стеллаже, а мороженое… 

Разъяренно хмыкнув, старик схватил с прилавка сигареты, махнул рукой и развернулся, чтобы уйти. «До чего же сладка месть! – радовался Алекс. – Травки захотел. Иди на лужайке пожуй». Итальянец тем временем развернулся и кинул на стол свою визитку, прорычав: «Позвони, когда привезут».

Юноша взглянул на синюю карточку: «Дж. Валлузо. Свежие устрицы&лодочные экскурсии». Взглянул в окно, крутя визитку наглеца в руках, и машинально пихнул в карман ветровки. Взглядом он провожал удаляющийся «Бентли» мистера Валлузо, стиснув челюсти от злости: «Вот так разъезжают эти богачи, а бедные студенты за них четвертаки выкладывают». 

2

– Так вот, откуда ветер дует. Для старика-то у меня заказ. – сообразил Алекс, открыв вечером небольшой черный чемоданчик и увидев там пачку психоактивных мармеладных медвежат и пакет с марихуаной, маркированный «Валлузо». – Вот я влип. И почему он сразу не сказал, что от Ричи? Сколько тут у меня всякой всячины…

Юноша поковырялся рукой в заказах, которые должен был доставить по адресам не позднее завтрашнего вечера. Тут были и расфасованные по пакетикам «колеса», и марки с забавными рисуночками на каждом квадратике, и порошки, белые и розовые, о которых Алекс ровным счетам ничего не знал, не имея опыта. Ему только исполнилось девятнадцать: отмучившись в российском университете целый год изучая юриспруденцию, он поехал по летней рабочей программе в США и решил остаться. Благо, возможностей было предостаточно. И наркодиллер Ричи увидел в нем потенциал смышленого, надежного и быстрого курьера.

Смена заканчивалась, пора было закрывать заправку и считать кассу. С ключами от гаража Алекс вышел наружу и вдохнул ночной июньский воздух. Местечко было захолустное – совсем не то, что представлял юноша, глядя на постеры небоскребов ночного Нью-Йорка и Лос-Анджелеса, – зато дышалось свежо. Позади здания раскинулся густой болотистый лес, а за ним – пляж залива Атлантики. По обеим сторонам единственной ведущей туда дороги врассыпную стояли коттеджи богачей. В этом городишке все местные друг друга знали и, стоя в очереди супермаркета, здоровались по именам. Алекс сразу полюбил это тихое и уютное место.

Вернувшись внутрь, он наскоро протер в зале полы, заполнил холодильник напитками и перешел к кассе, спешно забивая цифры в калькулятор и пересчитывая купюры и монеты на стойке. Все было прекрасно, за исключением недостачи в двадцать пять центов. Юноша сглотнул унижение и выложил их из своего кармана. «Дорого ты у меня заплатишь, – в запале бросил он, – за эту выходку». 

С этими словами Алекс пригнулся под кассу и достал пакетик с мармеладными медвежатами: «Стащу для начала парочку». Прошло минут десять, а его все «не торкало». Несколько раз юноша уже курил травку с друзьями и прекрасно помнил, что действует сразу. Он взял еще. И скоро уже принялся жевать мармеладки одну за другой, не запивая и не обращая внимания на горьковатый землистый привкус наркотика.

Закрыв смену, он убрал чемоданчик с товаром в рюкзак, старательно прикрывая его спиной от камеры. Прыгнул на велосипед и спонтанно решил доехать до океана, надеясь, что там поймает настроение. 

Юноше было невдомек, что два таких «безобидных» медвежонка способны свалить взрослого в длительный и красочный трип на целую ночь. И что эффект через ЖКТ наступает позже, чем при курении. Слопав всю упаковку, около получаса он только удивлялся: «И за что они вообще платят? Разводит дураков старина Ричи».

Следующие полчаса мир казался Алексу сказочным. Он чувствовал себя на коне: ощущая педали, руль и скорость как продолжение собственного тела, он приподнялся с сиденья велосипеда и подставил лицо ночной прохладе. Ветерок ласкал и трепал волосы, а шумящие в темноте деревья шептали секреты и откровения. Через час юноша уже валялся в кювете в коматозном от передозировки состоянии.

3

Когда он очнулся, с трудом приоткрыв щелочки век, рядом со своей рвотой, солнце стояло высоко и золотило густую траву. Штаны его были мокрыми. Он весь продрог. Окаменевшей рукой юноша потянулся за телефоном и мигом пришел в чувства, увидев сорок шесть пропущенных звонков и несколько сообщений от Ричи, последнее из которых не предвещало Алексу приятного начала дня: «Найду убью сосунок». 

Он поднялся и снова упал на траву. Тело ужасно ныло. «Сколько я тут пролежал?» Велосипед, как и сам Алекс, оказался спрятан в траве, так что юноша не сразу его заметил. «Как я здесь оказался?» – пытался сообразить он, но хорошенько вспомнить мог только непроглядную темноту: вначале он просто в нее провалился, а потом вынужден был бороться, желая выбраться обратно. Кое-как получилось.

Деревянными ногами и с плывущей головой Алекс из последних сил толкал велосипед вверх, обратно на дорогу. То и дело юноша поправлял лямки рюкзака, уже и забыв о его содержании. Во рту его пересохло, словно наглотался песка. Вдобавок он был так голоден, что каждое лишнее движение казалось серьезной и неоправданной затратой последней энергии. Тяжело дыша, он оседлал велосипед и машинально поехал на заправку, где должен был начать смену с утра. 

Почти добравшись, Алекс разглядел вдруг на обочине знакомый автомобиль: открытый белый «Мустанг» Ричи, его бритую голову и черную козлиную бородку, а затем и лицо с глубокой морщиной между бровями и поджатыми губами. Он нервно шмыгал носом, постоянно его дергая, и был явно не в себе. Наркодиллер тоже приметил Алекса и быстро достал из бардачка оружие: длинный и серебристый ствол револьвера заискрился на солнце, время остановилось. Юноша понимал, что значит этот блеск и туннельное видение: его единственной задачей сейчас было выживание.

Он тут же скользнул с дороги в лес и помчался по неровной земле в самую его глубь, подальше от дороги. За спиной услышал: «Стой!», и только отчаяннее закрутил педали. Какое-то время он вне себя гнал между сосен: игольчатые ветки и тонкие стволы слились в одно коричнево-зеленое пятно. Сильный запах леса так бил ему в ноздри, словно его облили смолой. Не заметив воды, он угодил в болото и вынужден был спешиться. И тогда только перевел дыхание и услышал сильный плеск волн. Проехав лесом, он оказался рядом с пляжем.

«Сюда точно не сунется» – нервно прошептал юноша, оглядываясь. Но оказался не прав. «Алекс!» – услышал он рык, совсем рядом. Видимо, Ричи объехал лес, оставил автомобиль на парковке и рыскал теперь здесь с оружием.

Алекс тотчас пригнулся и на четвереньках пополз вдоль болота. Опомнившись, вернулся за велосипедом, зная, что тот его выдаст. Потащил его за собой и вскоре наткнулся на склон, за которым и спрятался, войдя по самый пояс в густую теплую воду. Измазанный грязью и укрытый растущими позади деревьями и земляной стеной, он затаил дыхание – и ждал. Какое-то время все было тихо. В попытках унять дрожь, юноша обнял себя за пояс – и ощутил через карман что-то острое, тычущее ему в руку. Это была карточка Дж. Валлузо. 

Все было тихо, как вдруг шаги раздались почти под самым ухом, захрустели ветки. «Алекс!» – услышал он свое имя, совсем близко. Уцепившись за найденную соломинку, юноша набрал номер и отправил сообщение с геолокацией: «Меня хотят убить спасите Алекс». И щелкнул: «Отправить». 

4

Алекс совсем расклеился и больше не отдавал себе отчета в том, сколько прошло времени. С любовью он водил пальцами по стоячей воде в причудливом зеленом цветении, слышал под ухом нудный писк комаров и радовался тому, что живой. Пока. Раньше ему казалось, что такое бывает только в кино. Но теперь это по-настоящему происходило с ним. 

Мысленно он уже похоронил себя в этом болоте, удивляясь лишь тому, что еще недавно копил на колледж, рисовал в голове красивые картины взросления, представлял себя за рулем дорогого автомобиля. Перед глазами пронеслась его короткая и в сущности неплохая жизнь, которая, казалось, только начиналась. 

«Как я здесь оказался? Вот я лечу в Америку, полный надежд. Весь перелет заслушиваю до дыр загруженный плейлист. Вот жму руку менеджеру. В первый же рабочий день знакомлюсь с какой-то девчонкой, как ее зовут? Вот загораю на солнышке в свой выходной. Вот ловлю тачку под дождем. Знакомлюсь с человеком, который обещает мне открыть все дороги в новый мир. Вот готовлюсь умереть от его пули».

– Сынок, – послышалось за спиной. Алекс вздрогнул всем телом и чуть не заорал. – Поехали отсюда.

Черная против солнца, с вершины скользкого склона к нему нагнулась фигура, протягивая руку.

5

Когда Алекс проснулся на диване в гостиной своего спасителя, за шторами уже чернела ночь. Сразу по приезду он отмылся под долгим горячим душем и принял от хозяина трико и толстовку. Тот также заставил его выпить стакан чего-то горячего, по вкусу очень похожего на куриный бульон. Затем юноша как был отключился на несколько часов, не представив никаких объяснений.

– Джордано, – звонко выговаривая звуки, представился хозяин, как только Алекс открыл глаза. – Но все зовут меня Джон.

Он сидел в большом старом кресле напротив дивана. Между ними на мягком ковре стоял стеклянный кофейный столик, на котором лежал чемоданчик с товаром для доставки. Оглядевшись, Алекс восхитился простотой дощатого дома с низким потолком, судя по всему холостяцкого. И только увидев через дверной проем кухню, почувствовал, до чего жутко голоден. И попросил есть.

– Еще бы, – расхохотался Джон, – ты три дня не ел. Разогрею тебе лазанью.

По-старчески охнув, хозяин поднялся с кресла и, медленно перебирая ногами в клетчатых пижамных штанах, побрел на кухню. Хлопнул холодильник. Тихо загудела микроволновка. Вкусно запахло плавленным сыром. Алекс уставился на чемоданчик, восстанавливая в памяти последний вечер на заправке. 

«Что теперь? И зачем я вообще вылез из той придорожной канавы? Там было жутко темно, но не так страшно». Соображать Алексу было трудно, так сильно он поневоле сосредоточился на ароматах с кухни, то и дело сглатывая слюну. «Три дня» – простонал он вдруг слова Джона. Тут только все встало на свои места. Пока он валялся в передозировке, захлебываясь собственной рвотой, Ричи счел его воришкой. Алекс не доставил товар в срок и не вышел на связь. Сомнений быть не могло. 

6

– Как же прекрасно, что на свете есть лазанья, – выдохнул Алекс облегченно, опустошив миску. Теперь он совсем оттаял и пришел в себя, снова чувствуя силу и молодость в теле.

– Скажи-ка, что с тобой приключилось? – поинтересовался Джон.

– Я съел целую пачку медвежат, которую должен был доставить вам.

– И как? – усмехнулся хозяин. – Торкнуло?

– Я не заметил, как съехал с дороги в кювет и… Отключился. Но теперь я в порядке, так что пожалуй…

– Пожалуй, что? – рассмеялся Валлузо, пристально глядя на юношу со своего кресла. – Помчишь выполнять доставку? Или сразу прыгнешь в черный мусорный мешок дяди Ричи? Ха-ха.

– Откуда вы?..

– Меня, юнец, можешь не бояться, – заверил Джон. – Я эту историю знаю наизусть, жаль только от этого не легче. Был в моей жизни один бог. Кумир, идол… В нем я чувствовал невероятную силу, которой хотел покориться целиком. И покорялся, от раза к разу. Н-да. Кто же знал, что эта сила была моей собственной? Ее-то и своровал мой бог. И с тех пор без него я был ничто. Зато когда открывал красный замочек пакета и высыпал сюда, – он махнул на кофейный столик между ними, – пару грамм, то воссоединялся с моим богом. Кокаином. И до чего же было хорошо, не передать словами.

А дальше не стану и продолжать. Классика жанра. Жена ушла, забрав обоих сыновей. Теперь они уже взрослые, но так и не простили. Продал яхту, на которой рыбачил. Но не алименты же вырученными деньгами платить, правда? Теперь я завязал. Так, покуриваю, бывает…

Алекс не сводил с Джона глаз. Оба молчали.

– Ну, что будешь делать со своим сокровищем? – снова заговорил хозяин.

– Я хочу выйти из этой игры.

– Хороший мальчик, – с нежностью в голосе прохрипел старик и потянулся в карман за телефоном. – Алло, Ричи? Да, готов твой малец. Приезжай. Нет смысла бежать, – ласково произнес Валлузо, положив трубку, хотя Алекс даже не шелохнулся.

7

Всего через несколько минут, не постучав во входную дверь, в гостиную вошел наркодиллер. Как и Джон, он был одет в домашнее. Оба расцеловались и, широко жестикулируя, громко заговорили по-итальянски. Алекс, как был, сидел завернутый в одеяло. За последние пару дней, ему казалось, он умер уже несколько раз. И сделать это снова было не страшно. Юноша равнодушно представлял, как эти итальянцы шинкуют его на куски, расфасовывают по пакетам и бросают с ближайшего моста. «Цена моей жизни – четвертак» – ухмыльнулся про себя юноша, отматывая к началу.

– Ну, прохиндей! – весело погрозил пальцем Ричи, проверяя чемоданчик. – Джордано тебя прикрыл, на первый раз прощаю.

– Я выхожу, – тихо, но твердо произнес Алекс.

– Нет, ты посмотри, – обернулся Ричи к старику. – А ты говоришь, не надо угрожать пистолетом. Как же по-другому эта мелюзга будет чтить авторитеты?

Проигнорировав это замечание, Джон снова поплелся на кухню. Обернувшись, спросил Алекса:

– Какао будешь? – и получив в качестве ответа кивок, продолжил: – Я бы и Ричи предложил, но он уже уходит. А ты, юнец, оставайся. Завтра поедешь со мной на ловлю устриц, работы много. Но и деньги хорошие. А потом на заправку за вещами. Тебя после прогулов вряд ли там ждут. Да надо и твой велосипед из воды вытащить...

– И еще… – отозвался Алекс. – Вы должны мне двадцать пять центов.