Два родных сердечка

Глава 11

-А-а, а как на сладкое тебя потянуло - не страшно тебе было? – не выдержала Зоя Михайловна, размахивая половником, - вот как дала бы тебе по глупой твоей башке! Ирод! Медом там вам намазано, что ли?.

-Да ладно тебе, - отмахнулся Витя, - сам себе уж не рад…

Мать недовольно закряхтела и пошла на свою маленькую кухоньку справить сыну пообедать. На столе появилась тарелка горячих щей, хлеб, сало и зеленый лук. Нашел себе! Даже не кормит мужика! Доигрался!

Подперев морщинистую щеку сухой рукой, она смотрела на сына. Тот ел с жадностью. Да уж, любовью сыт не будешь! Эхх, дуралей.

К Тане она ходила каждый день. Разговаривали не раз. Видела Зоя Михайловна, что и та страдает. Как погасшая свеча ходит. Похудела, все молчит. Как глыба, ей - Богу. Не расшевелить ничем. Автоматически все делает. Что вот с ними делать? Звонить сватье? А может, сами разберутся? Чай, не маленькие…Дети в доме. Нет, все – таки, они два сапога пара. Надо помирить их как-то. Не дело это! А в деревне только и разговоров! Тешатся кумушки, все языки исчесали. Конечно, когда такое было, чтоб муж от жены уходил!

-Сюда возвращайся, - сказала Зоя Михайловна, когда Витя закончил. - Нарисовался. Соседи уж все глаза проглядели. Сдуру выгнала я тебя, лучше б тут жил. А теперь разговоров не оберешься…Нечего тебе там…

-Сам знаю..- прошептал Виктор, стиснув зубы. Решение созрело.

***

-Мам, я с ребятами на речку! – отрапортовал, влетевший как пуля, мокрый Санька. Схватил кружку, набрал воды, стал жадно пить, едва не подавился.

Таня только вздохнула. Набегался, аж в поту весь! Ну что же, лето, солнце, чего им дома-то сидеть? Пока каникулы, пусть носится…

-Андрейку возьмешь? – спросила она, - чего он один сидит?

-Пойдешь с нами? – вместо ответа крикнул Санька, наскоро умываясь. Андрейка кивнул. Таня вытерла полотенцем голову старшему, пригладила взъерошенные волосы. Санька схватил удочку, стоявшую в углу, Андрейка ведерко, и оба убежали на улицу. Рыбаки, улыбнулась Таня. Весь улов в спичечный коробок поместиться!

-Осторожнее там! – только и успела крикнуть Таня им вслед.

Убежали. Она села на стул. Дел никаких, руки опускаются. Витя с думки не сходит. Может, зря она его выгнала? Прижился теперь у этой…Огородами, вон, ходит на работу, чтоб дети не видели. Стыд-то какой. Она помотала головой и прижала ладони к лицу. Потом резко отняла. Нет, хватит рыдать. Что будет - то будет! Надо лучше домашними делами заняться, телевизор включить. Чтоб отвлечься.

Таня погладила белье, нарезала капусту для борща, почистила картошку. Внезапно она услышала какой - то шум во дворе. Она быстро вытерла руки о фартук и выглянула в дверь. Санька натужно затаскивал брата на руках во двор. Андрейка громко ревел - нога его была вся в крови.

-Мама! – крикнул Санька, - Андрейка ногу пропорол стеклом!

-Господи! - Таня, охнув, выбежала к ним.

-Сынок! – она рухнула возле него, - покажи, что там…

Андрейка, вопя, протянул ногу. Таня сама не помнила, как влетела в дом, схватила бутылку с самогоном, вату. Рану прижгла. Андрейка орал от боли. Кровь не останавливалась.

-Саня, - крикнула она старшему, - идем к фельдшерке в пункт, скорее!

***

-Витюша, - пропела Люба, - пришел уже?

-Пришел, - ответил Виктор, не спеша разуваясь в сенях.

-А я тут занавески новые прикупила, надо бы повесить! - щебетала Люба, - сразу уютно как будет у нас! Будем вить свое семейное гнездышко?

Она подошла и обняла Витю за талию, прижалась, вдыхая его запах. Какой же он большой, как богатырь! Вот это мужик! Русский, настоящий!

-Пожрать есть что? – спросил Витя, не отвечая на ее вопрос.

-Я не успела приготовить, - оправдывалась Люба, - я же в город после смены ездила, бабы сказали - ткань «выбросили», я и помчалась!

Она кивнула на диван, на котором лежала пестрая ткань, завернутая в бумагу.

-С кем же ты помчалась, - осведомился Витя, - автобус-то в город только утром и вечером ходит. Или на электричке?

-Да меня Колька Шматов подвез. Попросила… – почему-то смутилась Люба.

-Да, - усмехнулся Виктор, - больше ведь некому.

-Так ты на работе Витя, - объясняла Люба, - а там спешить надо было - разберут ведь! Там в городе надо ухо востро держать, это же не наш магазин. Та все по талонам, ничего не укупишься. Мы еще тут, можно сказать, живем.

Виктор отнял от себя ее руки и сел. Люба непонимающе посмотрела на него. Витя задумчиво закурил, решая, как ей сказать...

-Что-то случилось? – спросила Люба, - ты чего такой хмурый-то?

-Ты ж вроде семью хотела, Люба? – наконец спросил он, выпуская дым

-Ну да, - как-то неуверенно ответила Люба, все еще не понимая, к чему он клонит.

-Ну а как мы жить-то будем? – спросил он, - ты бы хоть сготовила, Люба. Я уж не говорю об остальном! Я работаю, мне после работы еще и жрать готовить?

-Ну, а в чем сложность, - возмутилась Люба, - у нас равноправие вообще-то! И я же тоже работаю!

Виктор только покачал головой.

-Я ухожу, Люба, - поднялся он.

-Да погоди ты, сейчас мигом картошки отварю, сардельки купила, - быстро сказала Люба, - что из-за такой ерунды ссориться что ли?

-Ты не поняла. Я совсем ухожу. – повторил Витя.

-Куда? – Люба смотрела на него ошалелыми глазами. Она думала, что ослышалась.

-К матери. Жить. – сказал Виктор, - сумка где?

-Зачем к матери? – в ужасе пролепетала Люба.

-Не могу я тут больше. Все. – отрезал Виктор. – Не семья это. Не нужен я тебе!

-Но я же люблю тебя! Витя, - Люба кинулась к нему, - ты что, с ума сошел? Все же хорошо было! Какая муха тебя укусила?

-Любишь…Да нет…Тебе это кажется…Кто и правда любит – для себя не живет. - вздохнул Виктор, и пошел собирать вещи.

-Ты что меня бросаешь? – взвизгнула Люба, - я столько натерпелась! И косых взглядов, и разговоров, и твоего равнодушия! И теперь ты…

Она подлетела к шкафу, вывалила все вещи на кровать, и стала кидать в его сумку. Так яростно, что даже вспотела. Она вытерла рукой мокрый лоб, выдохнула:

-Ну и иди! Еще давай, к толстухе своей вернись! – ее губы нервно дрожали.

-Таню не трогай! – вспылил Витя, - чтоб я даже не слышал!

-Да нужны вы больно! – крикнула Люба, - шуруй, давай!

Виктор взял сумку и вышел, даже не взглянув на нее. Люба рухнула на кровать и завыла.

***

Таня, вся обмирая со страху, сидела на кушетке в медпункте. Тамара, медсестра выставила ее вон, чтобы не мешалась под ногами. Да и Андрейка без матери вел себя спокойнее. Ему зашивали порез на ноге.

С Тани уже семь потов сошло. Пожалела она, что не выпила корвалола – сердце теперь от страха заходится. Тащила Андрейку на себе, почти бегом. А с ее-то весом это тяжело! Хорошо, конечно, что она похудела, но нужно еще! Вот, казалось бы, ну что она, ран не видела? Она Саньку вырастила!

А Санька рос - так это сплошные содранные коленки, синяки, шишки, сбитые локти. Но Андрейка другой, он неженка. Для нее эта его рана - как на сердце шрам!

-Как же так получилось? – немного придя в себя спросила Таня, вытирая носовым платком лицо.

-Мы шли, - объяснял Санька, - а там пацаны, я на минуту отвлекся, а он в кустах уже наступил на осколок. Как заорет! Фу ты…

Санька и сам испугался, что брат кровью истечет. А у Тани аж мороз по коже пошел как она представила...

-Ну что там? – в медпункт вбежала Зоя Михайловна. За ней, к удивлению Тани, вошел Витя! Он-то тут откуда? Наткнувшись на Танин взгляд, Витя потупился. Таня не успела ничего сказать.

-Папка! – обрадовался Санька, и повис на отце, словно игрушка на елке, – Приехал! Родненький! А у нас тут Андрейке ногу пришивают!

-Зашивают, - только и смогла вымолвить Таня. Не было у нее ни слов, ни сил. Опустила голову, скрывая слезы.

-Ладно, будет тебе, - сказала Зоя Михайловна, потрепав ее по плечу. – Чай, не голову же зашивают, а нога заживет!

-Вы откуда узнали – то? – вытирая нос, спросила Таня, переводя разговор.

-Вера Пенькова сказала, она видела, как вы бежали, - пояснила Зоя Михайловна, - говорит, Михална, однако, что-то случилось – забежали втроем к фельдшерице. Ну и мы бегом сюда!

Всхлипывающего Андрейку с забинтованной ногой вручили родителям. Витя взял его на руки.

-Папочка, - он обвил ручонками шею отца и уткнулся в нее. Витю аж до слез пробрало.

-Сыночек…- он обнимал его худенькую вздрагивающую спину

Он стоял с ребенком на руках, не зная, что делать дальше.

-Айда-ка, домой-то, - сказала Зоя Михайловна, - чего как статуи встали?

***

Таня покормила Андрейку, уложила его спать. Санька накупался и без задних ног спал, Зоя Михайловна ушла. А Витя, не зная, как поступить, тихо сидел на крыльце, куря одну сигарету за другой. Внутри все колотилось. Как увидел их сегодня…

Таня вышла в кухню. Никого. Ушел, значит. Ночь, опять эта тишина и пустота. Она устало опустилась на стул. Слава Богу, хоть с Андрейкой все в порядке. Ох и натерпелась она страху! Виктор на улице кашлянул. Таня словно очнулась. Он здесь? Она вышла во двор.

-Тань, - Виктор стоял перед ней, опустив голову. – Ты прости меня. Не могу я без вас. Понимаю, что виноват, плохо я поступил…Никогда со мной такого не было, вот и не знаю как теперь дальше жить. Домой хочу вернуться…

Он вытер глаза огромной ладонью.

– Все для вас с мальчишками сделаю, что скажете. Только прости! - он встал на колени. Таня вздохнула, молча посмотрела на него, стараясь не расплакаться. В носу защипало... Предательские слезы! Не хотела она перед ним плакать.

-Иди домой, Витя... Разговаривать потом будем...

Автор рассказа: Рассказы Ждановны

Канал рассказов по главам: 👉 Кофе и книги