🩸Driving with My Darling

— Дазай?! — Чуя в одно мгновение напрягся всем телом и резко затормозил, с силой ударившись лбом об руль при остановке машины. Спустя пару секунд он приподнял веки, посмотрел сквозь забрызганное лобовое стекло на освещённую фарами дорогу впереди, и с губ его сорвалось тихое: — …Проклятье.

Очередное задание было завершено. Это была зачистка, поэтому босс принудил Двойной чёрный отправиться вместе. Всё прошло вполне гладко, однако Порчу всё равно пришлось задействовать, из-за чего Чуя вымотался. Отчитавшись боссу, юноши подошли к машине, оставленной им ранее, и Чуя принялся рыскать по карманам в поисках ключей. Дазай тем временем, будучи, наоборот, в неплохом расположении духа, от скуки решил позадирать напарника. Тот и так из последних сил старался не свалиться с ног, поэтому лишь что-то рыкнул в ответ. Но когда же Осаму продолжил провоцировать Накахару к ожидаемой вспышке гнева, тот не выдержал и, скрепя зубами от ярости, резко открыл дверь авто, сел за руль и на быстром старте уехал один, оставив напарника посреди леса под начавшимся дождём. Дазай был так удивлён тем, что Чуя не разразился всевозможными ругательствами или не ударил в ответ, как случалось обычно, и в самом деле просто оставил его, что даже никак не смог противостоять.

Трасса пустовала. Вокруг нависал тёмный густой лес, и ничто не нарушало этой блаженной тишины, так что Чуя позволил ей поглотить себя с головой. Гул от автомобиля сопровождало постукивание капель о крышу и стёкла. Дазай не жужжит под ухом и не трогает его… Наконец-то тишина. Совесть Накахары была чиста и молча наслаждалась редкими мгновениями спокойствия: Чуя не переживал о том, что напарник не сумеет добраться до порта — как-нибудь да вывернется. Как он обычно и делал. Хотя, наверное, беспокоиться всё-таки стоило, ведь интуиция неприятно и тревожно скреблась где-то внутри.

Вскоре ручьи воды совсем застелили вид на трассу, когда моросящий дождик превратился в беспощадный ливень, поэтому пришлось включить дворники. Но стоило щёткам пару раз протереть лобовое стекло и открыть обзор на дорогу, как юноша вдруг увидел в паре десятков метров впереди какую-то фигуру, внезапно появившуюся прямо по середине, подобно призраку.

— Дазай?! — мгновенно вырвалось у Чуи, как только он рассмотрел знакомый силуэт.

Юноша не успел затормозить прежде, чем на капот автомобиля налетел его напарник. Наконец, парень вжал педаль тормоза в пол, однако было поздно — на лобовое стекло чёрной полосой брызнула кровь, и тело с гулким стуком безвольно отлетело вперёд.

Руки в перчатках так сжались, что суставы захрустели, а голова не смогла оторваться от руля. Накахара не смел вздохнуть. Это не может быть он, нет… Дазай должен был добраться пешком сам. Но кто ж знал, что он сократит дорогу через лес и окажется на пути!? Он специально встал посредине? Хотел, чтобы его сбили?! Это вполне в его духе… А может, просто пытался поймать попутный автомобиль? Или ждал Чую?..

Невероятными усилиями поборов страх, сковавший всё его тело, мафиози всё-таки приоткрыл глаза и взглянул на трассу в надежде на то, что ему всё очень реалистично померещилось, и сейчас там окажется просто какой-нибудь крупный зверь. Но, как только Чуя взглянул на тело вдалеке, освещённое автомобильными фарами, с его дрожащих губ сорвалось:

— …Проклятье.

На дороге, в небольшой, но так быстро расползающейся луже крови, валялся Дазай. С затихшим сердцем Накахара выбрался из машины и на ватных ногах медленно подошёл к напарнику. Чёрными ручьями щёки, лоб и повязку того заливала кровь. Волнистые волосы и так были мокрыми от дождя, а сейчас потемнели ещё сильнее и местами слиплись. С уголка губ его капала горячая кровь, расплываясь в луже воды на асфальте и мгновенно остывая. Узкий глаз коньячного цвета, непроизвольно приоткрытый, был направлен в беззвёздное небо с холодным спокойствием.

Парень ни в какую не желал верить в происходящее. Медленно наклонившись и стянув кожаную перчатку, он дрожащей рукой потянулся к щеке напарника и докоснулся кончиками пальцев. Спустя мгновение тело неохотно приподнялось над землёй и на расстоянии пары десятков сантиметров зависло в воздухе. Затем с тихим ударом быстро упало обратно. Накахара в ужасе распахнул глаза и, выронив перчатку, закрыл рот ладонью. Способность Дазая не подействовала. Она не обнулила Гравитацию.

Осознание пробило черепную коробку подобно выстрелу пистолета, и тело Чуи накрыло цунами из мурашек, сопровождаемое крупной дрожью.

Он сбил Дазая. И тот был мёртв.

Конечно, Накахара ненавидел Осаму. Естественно, он был одним из первых, кто во всеуслышание желал ему смерти. Да сам Дазай вечно при любом удачном случае старался попасть на тот Свет! И наконец, тот погиб по вине Чуи… Тогда почему сердце Накахары не ликует, а наоборот — налилось тяжёлым свинцом ужаса и отчаянья? Вот, тело ненавистника буквально лежит прямо у его ног. Эти губы больше никогда не смогут растянуться в язвительной ухмылке и произнести очередную шутку. В его карих глазах больше не блеснёт издёвка, а руки ни за что не коснуться рыжей макушки в унизительном жесте… Но это слишком больно. Почему?..

Непроизвольно парень прекратил использовать способность на себе, и ледяной дождь быстро намочил его с головы до ног. Было холодно, особенно ветреной ночью, но Чуя не чувствовал ничего, кроме страха, отчаяния и слишком уж сильной боли. Он не хотел принимать все вышеперечисленные факты.

В области груди всё так и разрывало на части при взгляде на безжизненное тело. К горлу подступил солёный ком, и по щекам, помимо ливневой воды, потекли непрошеные слёзы. Юноша схватился за голову и зажмурил глаза до красных пятен. Воздух пронзил резкий крик, больше походивший на вой раненного зверя, и капли дождя в радиусе нескольких метров, не достигнув земли, застыли, точно замороженные.

Через какое-то время в разум отрезвляющей волной наконец-то хлынуло осознание. Необходимо доложить боссу и привезти тело в порт. Эмоции ничем не помогут. Чуя тихо всхлипнул и снова медленно прикоснулся кончиками подрагивающих пальцев Дазая, активируя способность. Он осторожно и неторопливо положил промокшее тело на задние сиденья и хлопнул дверью машины. Закрыв красные от слёз глаза, парень провёл ладонью по лицу, убирая влагу, и зарылся пальцами в мокрые волосы, запрокинув голову под дробящие капли с небес. Было отвратительно и тошно. Он не хотел возвращаться. Что он скажет Мори-сану? Что с ним сделают по законам мафии? По сути, это ведь по вине Чуи исполнитель Портовой мафии погиб. А хотя, имеет ли это сейчас значение?..

Юноша сглотнул и пошарил по карманам в поисках сотового. Тот остался в машине. Накахара забрался в салон на переднее сиденье рядом с водительским и достал из бардачка телефон. Внутри отчётливо пахло железом. Продолжающие дрожать пальцы кое-как сумели набрать верный номер, и раздались протяжные гудки. Ожидание длилось слишком долго, но когда на том конце Огай наконец выдал сухое “слушаю”, Чуя почти шёпотом проговорил хриплое:

— Дазай мёртв. Тело привезу через полчаса, — и сбросил трубку.

Не стоило ему оставлять Осаму после задания. За три года можно было бы и привыкнуть к его выходкам. Ведь если бы Чуя сдержал свои гнев и гордыню, тот был бы жив… Но к чему сейчас эта бессмыслица?..

Складной телефон тонко затрезвонил, однако Накахара лишь закинул его обратно в бардачок и захлопнул крышку, откинувшись на сиденье и накрыв глаза ладонями. Нижняя губа продолжала подрагивать от слёз в горле, но парень изо всех сил старался не реветь. Он больше не мальчик, чтобы плакать… Да ну нет, что за бред. Будто из-за смерти близкого плакать нельзя.

…

“Близкого”?.. Дазай и “близкий”? Каким образом два этих слова появились вместе? Нет. Осаму был ему не более, чем просто раздражающий напарник, с которым приходилось проводить время лишь принудительно. Не более…

— Ну что же ты, не убивайся так, — раздался приторно-ласковый и слишком уж знакомый голос с усмешкой прямо над ухом. От неожиданности Чуя перестал дышать и застыл, ровно как и его сердце. — Я ведь так сильно тебя бесил... Разве не этого ты хотел?

Широко распахнув глаза, мафиози резко развернулся к водительскому креслу и замер, вжавшись спиной в дверь машины.

За рулём сидел Дазай Осаму.

Какие-либо слова или звуки застыли в груди парня, не в силах вырваться через настолько сжатые челюсти, что, казалось, зубы вот-вот треснут и раскрошатся. Чуя не мог поверить собственным глазам.

Как!? Он собственноручно положил остывающее тело на задние сиденья. Он видел, как тот лежал на дороге с неестественно вывернутыми конечностями и стекающей кровью с головы... мёртвый, чёрт подери! Мёртвый!.. Дазай не дышал, а его способность не действовала. Не может быть того, чтобы он, как ни в чём не бывало, сейчас сидел, облокотившись локтём о руль авто, и разглядывал Накахару!..

Первым всё-таки решил отмереть Осаму; он, не моргая, отстранился от руля, медленно провернул ключ зажигания, заводя машину, и улыбнулся ещё шире, всё также не отрывая взгляда от Чуи.

— Через сколько ты там сказал мы доберёмся?.. Полчаса? — щурясь в ухмылке, переспросил шатен, трогаясь с ручника. — Думаю, придётся повременить, — будем позже. Но ты не переживай, перед боссом не придётся отчитываться! — подмигнув, заверил он Чую, который никак не изменил своего положения и всё ещё пытался сообразить, что за чертовщина здесь творится.

Дазай почти сразу же вдавил педаль газа в пол, отчего Накахара с удвоенной силой впечатался в кресло, не сводя глаз с не так давно мёртвого напарника.

Если Осаму мёртв, то… кто сейчас ведёт машину?.. Чуя быстро обернулся, однако на задних сиденьях осталось лишь чёрное пятно крови, пахнущее железом и лесной влагой. Парень вновь посмотрел на водителя; некогда белая повязка на лице того была полностью залита тёмной жидкостью, и остался заметен лишь сощуренный до узкой щёлки карий, почти чёрный глаз, продолжающий неотрывно следить за Накахарой.

Похоже, Чуя просто сошёл с ума. Дазай тем временем с каждой секундой безжалостно всё набирал и набирал скорость; машина быстро разогналась до предела. Вокруг стремительно мелькали деревья. Но ни одного встречного авто.

Дорога предстояла действительно долгая. Видимо, она будет длиться целую вечность…