Drive insane.

Внутри все мгновенно оборвалось. Как в кошмаре. Чонгук медленно обернулся, замечая как Тэхен стоял в нескольких метрах позади в черном пальто, под дождем. Он выглядел настолько спокойно, будто не гнался только что за сбежавшим человеком через лес, но хуже всего были его абсолютно пустые глаза.

— Эй, приятель, он сказал, что…

— Закрой рот, — тихо произнес Тэхен.

И от его голоса воздух будто стал тяжелее. Чонгук почувствовал, как внутри поднимается настоящая паника.

— Тэхен, не надо…

— Ты посадил чужого человека между нами, малыш.

— Я просто хотел уйти, — Чонгук попятился назад.

— Нет, — Тэхен сделал шаг вперед, — ты снова предал меня.

Следующее произошло слишком быстро. Чонгук только успел увидеть, как Тэхен резко подходит к машине, открывает дверь со стороны водителя и буквально вытаскивает мужчину наружу. Тот даже не успел нормально среагировать, как раздался глухой удар. Чонгук вздрогнул всем телом, когда Тэхен с такой силой впечатал мужчину лицом в капот, что по металлу пошла вмятина.

— Тэхен!

Голос сорвался, потому что это уже не было похоже на вспышку гнева со стороны альфы. Тэхен держал мужчину одной рукой за шею, даже не напрягаясь, пока тот пытался вырваться.

— Я ненавижу, когда к тебе прикасаются чужие, — тихо произнес альфа, глядя только на Чонгука. — Особенно после того, как я так долго учил тебя оставаться рядом.

— Отпусти его…— Чонгук почувствовал, как ноги начинают дрожать.

— Зачем? — Тэхен слегка наклонил голову набок, — Чтобы ты снова попытался сбежать?

Мужчина захрипел, и только тогда Чонгук заметил кровь, медленно стекающую по капоту машины.

— Тэхен, пожалуйста…

Тэхен медленно отпустил водителя, и тот сразу рухнул на мокрый асфальт, тяжело кашляя. Затем альфа перевел взгляд обратно на Чонгука и от этого взгляда захотелось исчезнуть.

— Подойди.

Чонгук понял сразу, что это не просьба, но он не смог найти в себе силы двинуться. Тогда Тэхен медленно подошел сам и когда оказался рядом, резко схватил Чонгука за лицо, заставляя смотреть прямо себе в глаза.

— Запомни одну вещь, — произнес он почти шепотом. — Если ты еще хоть раз втравишь в это кого-то постороннего, я перестану быть добрым.

У Чонгука внутри все похолодело, потому что он вдруг понял страшное.

До этого момента Тэхен действительно себя сдерживал.

•••

На следующий день Чонгук заболел. Сначала это казалось обычной усталостью после ночи, проведенной под ледяным дождем и в паническом бегстве через лес, но к вечеру тело начало ломить так сильно, будто кости медленно выкручивали изнутри. Горло жгло, дыхание стало тяжелым, а голова кружилась настолько сильно, что иногда Чонгуку приходилось держаться за стены, просто чтобы дойти до кухни.

Хуже болезни было только то, что Тэхен больше почти не смотрел на него. После той ночи на трассе что-то окончательно сломалось между ними. Громких скандалов не было, Тэхен выбрал способ больнее. Он по-прежнему держал Чонгука рядом, будто не мог позволить ему исчезнуть из поля зрения даже на несколько минут, но теперь между ними появилась страшная, тяжелая дистанция, от которой у омеги внутри все начинало болезненно сжиматься.

Тэхен больше не касался его просто так. Не притягивал к себе, не смотрел долго в глаза и не разговаривал. Он приносил таблетки, молча ставил кружку с горячим чаем возле кровати и уходил раньше, чем Чонгук успевал что-то сказать. Он менял мокрые от температуры простыни посреди ночи, поправлял одеяло, если Чонгук начинал дрожать от озноба, но делал это так безэмоционально, будто заботился не о человеке, которого любил до безумия, а просто выполнял необходимую обязанность. И это было страшнее любых вспышек ярости, потому что Чонгук вдруг начал понимать одну ужасную вещь:

лучше бы Тэхен кричал, снова сжимал его запястья до синяков, смотрел своим страшным и больным взглядом.

Потому что это молчание ощущалось так, словно его медленно вычеркивали из чужой жизни прямо у него на глазах.

•••

Чонгук пытался заговорить с ним.

— Тэхен…ты почти не спал.

Никакого ответа, а только тихий звук ножа о разделочную доску.

На следующий день:

— Я сам могу выпить таблетки.

Тэхен молча поставил воду рядом с ним и вышел из комнаты.

•••

Иногда Чонгук специально начинал делать что-то сам, несмотря на температуру и ватные ноги, надеясь хотя бы так вытянуть из альфы хоть какую-то эмоцию. Он однажды едва не упал на кухне, когда пытался достать тарелку с верхней полки. Тэхен мгновенно оказался рядом и сильные руки удержали его прежде, чем он рухнул на пол. Сердце Чонгука тогда болезненно дернулось от этой неожиданной близости.

— Тэхен…

Но альфа только молча поставил его обратно на ноги и ушел, даже не посмотрев в глаза и именно тогда Чонгук впервые тихо заплакал. Сидя прямо на полу кухни, сжимая дрожащими пальцами край собственной кофты, потому что начинал понимать, насколько сильно привык к этому человеку.

Ночами становилось хуже. Температура поднималась, тело ломило, а дом казался слишком большим и холодным без Тэхена рядом. В одну из таких ночей Чонгук все-таки не выдержал. Он медленно поднялся с кровати, кутаясь в одеяло, и босиком дошел до комнаты Тэхена. Альфа лежал на кровати спиной к двери и, судя по дыханию, не спал. Чонгук несколько секунд просто стоял в темноте, нервно сжимая ткань одеяла в пальцах, а затем тихо лег рядом. Сердце колотилось как сумасшедшее. 

Несколько секунд ничего не происходило. Чонгук уже почти позволил себе поверить, что Тэхен останется рядом, но затем матрас резко прогнулся. Тэхен молча поднялся с кровати, взял подушку и ушел спать на диван без единого слова. У Чонгука внутри будто что-то оборвалось. Он лежал в темноте, слушая далекий шум дождя за окнами и скрип старого дивана в соседней комнате, а затем тихо закрыл лицо руками, чтобы заглушить собственные всхлипы. Ему никогда не было настолько больно. Даже в момент расставания, потому что тогда Тэхен хотя бы смотрел на него. А сейчас, будто перестал видеть вовсе.

•••

На следующее утро Тэхен с самого рассвета ушел на улицу рубить дрова и рубил их до самого вечера. Тяжелые удары топора разносились по двору весь день, эхом отдаваясь внутри дома. Чонгук слышал их даже сквозь сон. Тэхен ни разу не зашел внутрь и ни разу не посмотрел в сторону окон, будто пытался физически вымотать из себя все чувства.

К тому времени Чонгук уже почти выздоровел и отчаяние внутри стало сильнее обиды. Он приготовил ужин сам, хотя руки все еще дрожали от слабости. Медленно нарезал овощи, обжигался о горячую сковороду, несколько раз останавливался, потому что начинало кружиться в голове, но продолжал. Потому что хотел хоть что-то исправить. Когда солнце начало садиться, Чонгук вынес тарелку на улицу. Тэхен сидел возле поленницы, весь уставший, с влажными от пота волосами и напряженными руками, на которых проступали вздутые вены. Чонгук осторожно поставил тарелку рядом.

— Я приготовил тебе поесть…— тихо проговорил он, — надеюсь тебе понравится.

Снова тишина. Чонгук стоял рядом еще несколько секунд, а затем тихо ушел обратно в дом, чувствуя, как внутри снова начинает все болезненно сжиматься.

Когда Тэхен зашел домой поздно вечером, внутри было непривычно тихо. Он медленно прошел по коридору, снимая перчатки, и нахмурился, не заметив Чонгука ни на кухне, ни в гостиной, а затем открыл дверь своей комнаты и замер. 

Чонгук стоял возле кровати в одной длинной рубашке, ткань которой едва прикрывала бедра. Волосы были слегка влажными после душа, щеки — розовыми от смущения и волнения, а в руках омега неловко сжимал маленькие бутылочки с маслами. Босые ноги чуть подрагивали. Он выглядел до невозможности уязвимым и слишком красивым. Чонгук нервно сглотнул, заметив, как потемнел взгляд Тэхена, а затем тихо прошептал, будто действительно сейчас расплачется:

— Ты много работал…м-может массаж поможет расслабиться.

Несколько секунд Тэхен просто смотрел на него, а затем молча кивнул и это было первым согласием, которое Чонгук получил от него за последние дни. В ванной уже была набрана горячая вода.

Пар медленно поднимался вверх, заполняя помещение теплом, от которого после холодного молчания последних дней становилось почти больно. Тэхен начал раздеваться совершенно спокойно. Именно это заставило Чонгука смутиться сильнее, после чего он быстро отвел взгляд, чувствуя, как начинают гореть щеки. Но все равно замечал слишком многое. Широкие плечи, следы старых шрамов на спине, напряженные мышцы под влажной кожей. Тэхен опустился в горячую воду и прикрыл глаза впервые за долгое время выглядя действительно уставшим. Чонгук осторожно сел позади него и дрожащими руками вылил немного масла на ладони, медленно касаясь чужих плеч. Чонгук начал массировать его осторожно, медленно разминая напряженные мышцы. Его пальцы скользили по горячей коже, нажимали мягче, потом сильнее, чувствуя, насколько сильно тело альфы было забито усталостью и постоянным внутренним напряжением. Тэхен молчал и этого хватало, чтобы у Чонгука болезненно щемило внутри.

— Я скучал по тебе… — тихо произнес омега, продолжая массировать его плечи. — Даже когда ты был рядом.

Никакого ответа, только тихий плеск воды. Чонгук закусил губу, а голос начал дрожать.

— Не игнорируй меня так…пожалуйста.

Пальцы соскользнули ниже по спине Тэхена.

— Лучше накричи…сделай что угодно, только не веди себя так, будто меня больше нет.

Последние слова прозвучали почти сломанно. Чонгук чувствовал, как начинают гореть глаза.

— Я знаю, что виноват…знаю, но когда ты вот так молчишь…мне кажется, будто я задыхаюсь.

Голос окончательно сорвался, а Тэхен резко выдохнул. Затем вдруг развернулся к нему и тут же мокрые ладони альфы легли на его лицо.

— Ты не представляешь, как тяжело мне было не трогать тебя, — хрипло произнес он.

И прежде чем Чонгук успел ответить, Тэхен отчаянно поцеловал его. Так, будто пытался этим поцелуем заткнуть собственную боль последних дней. Чонгук судорожно выдохнул, когда Тэхен медленно усадил его в ванну, легко раздвигая собственные ноги шире и устраивая омегу между ними так естественно, будто это движение было давно знакомым для них обоих. Горячая вода мягко качнулась вокруг тел, обжигая кожу приятным теплом. Спина Чонгука сразу прижалась к груди альфы и именно это заставило омегу прикрыть глаза, чувствуя, как внутри снова начинает предательски таять все сопротивление. Тэхен медленно провел ладонями вдоль его талии, неторопливо оглаживая бока через мокрую ткань рубашки, а затем наклонился ближе, касаясь губами обнаженной кожи между лопаток.

— Надеюсь, малыш опомнился? — шепчет альфа в затылок, втягивая носом его феромоны.

Он чувствовал, как чужое дыхание скользит по влажной коже шеи, как тяжелые руки продолжают удерживать его слишком близко, слишком крепко, будто Тэхен до сих пор боялся, что стоит отпустить и омега снова исчезнет.

— Я уже понял, что убежать от тебя невозможно, — тихо ответил Чонгук, стараясь скрыть дрожь в голосе.

— Неправильный ответ, — Тэхен тихо усмехнулся ему прямо в кожу.

Ладонь альфы медленно поднялась выше, скользя по животу Чонгука, и омега тут же напрягся всем телом, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее.

— Тогда какой правильный..?— едва слышно спросил он.

Тэхен повернул голову чуть в сторону, прижимаясь губами к его шее.

— Что ты больше не хочешь убегать.

Тэхен медленно целовал его шею, оставляя горячие, долгие прикосновения губ, от которых дыхание Чонгука сбивалось все сильнее. Его пальцы лениво скользили по талии омеги, временами слегка сжимая кожу, будто альфа проверял, действительно ли Чонгук сейчас находится здесь, у него в руках. Мокрая рубашка давно оказалась на полу, после чего омега тут же почувствовал спиной чужое возбуждение отчётливее. Ладонь альфы неспешно скользнула по его груди, оглаживая кожу так внимательно, будто Тэхен заново изучал его после этих мучительных дней расстояния. Каждый жест был медленным, почти мучительно осторожным, но именно это сводило Чонгука с ума сильнее всего.

— Такой чувствительный, — хрипло произнес альфа, слегка прикусывая кожу у него на плече. — И все равно продолжаешь делать вид, будто не скучал по мне так же сильно.

— Ты специально… делаешь это…

— Что именно?

Тэхен явно наслаждался тем, как тяжело Чонгуку становится говорить. Его ладони медленно сжались на талии омеги, притягивая еще ближе к себе и опускаясь ниже.

— Заставляешь меня терять голову, — тихо выдохнул Чонгук.

— Малыш, — низко произнес он, проводя губами вдоль линии его челюсти, — если бы я действительно захотел заставить тебя потерять голову, ты бы сейчас даже говорить нормально не смог.

Рука Тэхёна соскользнула между ними, чувствуя под водой, как обильно омега течёт. Он обводил дырочку юноши, массируя пальцами сфинктер, однако не входя. Словно играясь и дразня парня, который уже до побеления костяшек сжимал бортики ванны, от того, насколько сильно тело помнило прикосновения бывшего.

— Скажи еще раз, что не хочешь от меня убегать, — тихо произнес Тэхен, проводя большим пальцем по влажным губам омеги.

— Не хочу…

Язык проник в его уста тут же, целуя эти сладкие до невозможности губы. Одновременно в нутро юноши проник палец альфы, из-за чего он вздрогнул всем телом, однако не прервал поцелуй. Чонгук взял в руку член Тэхена и медленно водил по всей длине. В поцелуй просочился рычание Тэхена, который стал прибавлять темп, растягивая своего мальчика. Второй палец проник в парня во время жадного поцелуя. Они чувствовали, как до безумия скучали друг по другу за всё это время и эта тоска сейчас вливалась в их соитие. Как только Чонгук почувствовал, что достаточно растянут, он слез с пальцев Тэхена и слегка привстал сам, чтобы сесть на член.

— Идеальный…— прошептал Тэхен, поглаживая его спину.

Чонгук медленно вводил в себя член Тэхена, пока альфа не притянул его за талию, входя по самое основание. 

— Т-Тэх…блять!

Крик разошёлся по всей ванной комнате, как только альфа вошёл в парня полностью.

— Тише.

Тэхен не двигался какое-то время, давая Чонгуку привыкнуть к его размерам. Чонгук тяжело дышал и крепко зажмурился, пока альфа стал медленно двигаться. В моменте он вошёл под правильных углом, после чего омегу подкинуло вверх и он выгнулся словно кот. Стало слишком хорошо. Он покрылся мурашками от удовольствия и вскрикнул имя Тэхена, пытаясь слезть с члена. Альфа крепко держал за талию омеги, толкаясь сам усерднее, вбиваясь в ту самую точку. Чонгук стал отталкивать торс мужчины от того, что стало тяжело дышать от удовольствия. 

— Успокойся. Иначе успокою.

Но это не сработало. Чонгук продолжал хныкать и у него дрожали ноги от столь прекрасных ощущений. Тэхен не выдержал и поставил мальчишку раком, тут же входя в него, удерживая его руки на бортиках ванны. Чонгук еле держал себя на ногах, не зная куда себя деть. Толчки усиливались всё сильнее и глубже. Этот псих двигался в нём слишком хорошо, чтобы ноги не дрожали. Чонгук думал, что привык к этому удовольствию, пока рука альфы не расположилась на его члене. Он двигал своей рукой по члену омеги, заставляя этим Чонгука двигать бёдрами. Каждый раз, когда бёдра омеги двигались вперёд и обратно, Тэхен входил в него ещё глубже. Тело будто пронзили током, когда Чонгук испытал оргазм и чуть не свалился на ватных ногах. Благо, крепкие руки тут же поймали его, не давая упасть. Она обхватила его талию, пока у него не было сил даже стонать. Тэхен увидев его такое состояние лишь усмехнулся и крепко держа за его талию сказал чётко и громко:

—Ты.

Толчок.

— Принадлежишь.

Глубже.

— Мне.

Ещё один. После этого он излился в омегу, создавая между ними сцепку. Член Тэхена увеличился в размере, из-за чего казалось бы бездыханное тело омеги тут же «отреагировало» Чонгук схватил руку Тэхена, ища в нём самом поддержку.

— Не бойся, малыш. Это естественно.

Чонгук медленно успокаивался под голос своего мужчины и окончательно пришёл в себя, когда сцепка спала. Его тут же подхватил Тэхен, неся на кровать. 

В этот раз он не уходил.

В этот раз он прижимал себе своё сокровище так, что если отпустит, то потеряет самое ценное.