Древняя традиция

- Нет, дорогие мои, нет, - сказала мать. – Наружу я вас не выпущу. Только вглубь, только вглубь. Нас спасет глубина. Вот и отца спросите.

- Матушка права, - подтвердил отец. – Нам нужно уходить в дальние пещеры. Там мы встретимся со своими и вместе будем искать выходы. Пока беда не минует…

- Почему, почему мы всегда так поздно узнаем о ней?...

- Не знаю… Если бы все было по календарю! – воскликнул отец. – А сейчас мы узнаем о беде, когда она уже рядом… Вот и уходим впопыхах… вразброд, кто как может… Горе нам, горе… Навсегда бы надо отсюда уйти.

- Тут беда хотя бы не каждый год, - возразила мать. – Но знать бы заранее – все бы успели дочек замуж отдать…

- Мне замуж давно пора, за Диннуана вы меня не отдали… - сердито напомнила старшенькая, Эллиэт.

- Диннуан – серого племени, а ты – золотого, ты – принцесса, сколько можно повторять. Если бы он был хоть черного племени – мы бы еще подумали, золото на черном… - мать вздохнула. – Он хороший, твой Диннуан, да только нельзя, понимаешь. Серого племени много, а принцесса золотых – одна.

- И поэтому мы сидим тут одни, - буркнул младшенький, Раннан. – А не ушли вместе со всеми! Все из-за нее!

- Я его люблю! – воскликнула Эллиэт.

- Тише… - зашипело все семейство. – Накличешь…

- Выход мы найдем сами, - строго сказала мать. – Сами справимся.

- Креаннан уже должен был бы вернуться, - проворчал отец.

- Как я устала… Как я устала… - пробормотала мать.

- Если Креаннан найдет выход под обрывом, будет полегче. Говорят, таких выходов много. Только бы он не заблудился в норах. Молитесь за него, - приказал отец. – И ты, принцесса, молись.

- Племя лиловых нашло выход, но это теперь их выход, нас они туда не пустят. Почему, почему мы не умеем договариваться с другими? – в отчаянии спросила Эллиэт.

- Тихо! – воскликнул младшенький, Рарран. – Матушка, это оно!

- Свет, уберите свет! – велел отец. – Забивайтесь в щели, не держитесь друг за дружку… живо, живо…

Шорох, который первым услышал Рарран, превратился в грохот. В глубине туннеля, который вел наружу, рушились камни и рвались корни оплетавших его растений. Чудовище приближалось медленно и неотвратимо. Его светящиеся розоватые щупальца застревали в корнях, оно их высвобождало и продвигалось дальше – все ближе и ближе к семье.

- Жена, береги принцессу, - прошептал отец. – Дети, по щелям, по щелям… не прикасайтесь, у него ядовитый пот… я встречу его… до вас оно не доберется…

- Сюда! – мать втолкнула Эллиэт в трещину. – Останешься за старшую. Если не дождетесь Креаннана – сама всех поведешь…

- А ты?

- А я – с отцом.

- Я не пущу!

- Тише…

Оно ползло узким тоннелем – ползло молча, неотвратимо, оно уже протиснулось, насколько могло, заполнило тоннель собой, и щупальца вползли в узкую и высокую пещеру. Они шевелились, дергались, пытаясь захватить добычу, но отец вовремя прижался к стене – и они ловили воздух.

- А вдруг оно застряло? – прошептал Рарран.

Эллиэт нашарила камень и попыталась отодвинуть его от стены пещеры. Камень был большой – может, оно схватит его и, не разобравшись, утащит? Но пошевелить глыбу принцесса не смогла.

Рядом с камнем был лаз – тот, которым ушел на поиски выхода Креаннан. Креаннан был средним – еще хрупкий и гибкий, как подросток, но уже сообразительный, как взрослый принц. Если семья уцелеет и Эллиэт отдадут замуж – отец передаст ему корону… лишь бы вернулся, лишь бы вернулся…

Если вернется с удачей – можно будет расширить лаз… ну, почему родители так поздно додумались искать второй выход?.. Почему все родители на свете так бестолковы?.. Они же знали, знали, что пещера с одним выходом – ловушка! На что надеялись?.. На то, что выход снаружи удачно замаскирован? Ну и не помогла эта глупая маскировка!

Страшный вопль наполнил пещеру – и оборвался.

- Отец! – вскрикнула Эллиэт.

Шорох и треск были ей ответом.

Оно, захватив добычу щупальцами, выползало из тоннеля.

Мать кинулась следом. Пыталась отбить, повредить щупальца. Не удалось.

Она вернулась и позвала детей.

Дети кинулись к ней в потемках, спотыкаясь. Не сразу догадались осветить пещеру.

- Я умру, - сказала мать. – Я умру без него. Эллиэт, ты – старшая в роду… и не смей выходить замуж за серое племя…

- Матушка, нельзя! Не уходи!

- Я умру. Это совсем просто.

- Матушка!

- Я нашел! – раздался голос Креаннана. – Все сюда! Я нашел этот проклятый выход! Там все наши – и серые, и черные, и лиловые! Сидят на карнизах над бездной, ждут рассвета!

Ему не ответили.

- Отец?.. – растерявшись, позвал Креаннан. – Матушка?.. Отец!..

- Ты теперь – король, Креанннан, - тусклым голосом ответила мать. – Ты теперь король золотых… И выход больше не нужен…

* * *

Трубачи на стене ждали сигнала – и вот тоненько зазвучал рожок. Вывел сигнал из трех повторяющихся ноток – и в замковую стену ударил первый луч солнца.

- Отличная примета, парни, - сказал старый Герберт. – Ну, грянем!

И грянули!

Принцесса, стоя у замковых ворот, запрокинула голову, глядя на красавцев-трубачей. Мост неторопливо опустился, ворота отворились. Оставалось совсем немного – пройти через северный двор замка, войти через высокую арку в южный и встать посреди – перед резным двухместным троном.

Но принцесса смертельно устала и уже еле волочила ноги.

Ее никто не встретил, никто не снял с ее плеча походный мешок. По традиции она до последней торжественной секунды должна была все сделать сама.

Северный двор был пуст, все собрались в южном. Принцессе освободили проход, и она подошла к трону.

- Родители, - сказала она, - я справилась! Я уже взрослая, родители, слышите?! Вот!..

- Погоди, погоди, - ответил отец, - не все сразу. Господин сенешаль, пажи! Ну-ка, живенько…

- У нее есть норов… - одобрительно зашептались в толпе. – Хороший, сильный норов… кажется, нам наконец повезло…

Пажи сняли с девочкиных плеч походный мешок, распустили тесемки, сенешаль подцепил пальцем кольцо позолоченной клетки и поднял ее так высоко, как только смог.

- Ах!.. – пронеслось по толпе. – Золотой! Сам золотой! Король драконов!

И две сотни глоток разом возгласили славу принцессе.

Маленький дракон сидел, съежившись и прикрывая голову крылом. Клетку поднесли к трону, и сама королева милостиво просунула вязальный крючок сквозь решетку. Дракон не шелохнулся.

- Он жив? – с тревогой спросила королева.

- Жив, ты же видишь – не потускнел, - ответил король и встал. – Слушайте все! Принцесса, наша дочь, достигнув тринадцати лет, как велит обычай, в одиночестве ушла совершать свой подвиг. Три дня и три ночи она шла к Драконьему ущелью. По дороге она переправлялась через ручьи и реки, наугад двигалась по заросшим лесным тропам, отбивалась от диких зверей…

Девочка кивала. Ей и впрямь досталось – руки были ободраны, поперек щеки – длинная царапина, в волосах – хвоя и прелая листва.

- Она похитила лучшего из драконов! Слушайте все! Принцесса доказала, что способна занять трон, и вскоре ее портреты будут отправлены в соседние и заморские страны! Чтобы собрались на турнир знатные женихи…

Девочка слушала отцовскую речь и хмурилась. Вот уж в женихах она сейчас точно не нуждалась. Потом, когда исполнится шестнадцать, - может быть… И что ей предстоит стать королевой – все знали, и она тоже знала, для этого и древнее испытание – похищение дракона… То есть – покажи, будущая королева, силу характера! Иначе – подрастет и пойдет к Драконьему ущелью младшая сестра.

Принцесса покосилась на мать – неужели эта полная дама, не выпускающая из рук вязания даже в такую минуту, тоже переплывала ночью незнакомую реку в обнимку со связкой сухого камыша?

Речь завершилась, затрубили герольды, сенешаль вынес большую клетку для золотого дракона.

Девочка все смотрела на мать – не может быть, чтобы мать похищала дракона, ведь тогда он должен был бы жить в этой самой клетке, а клетка, сколько девочка себя помнила, стояла в чулане пустая.

Принцесса подняла руку.

- Что, дочка? – спросил король. – Что ты хочешь сказать нашему доброму народу?

- Я спросить хочу! Матушка, где твой дракон?

Королева вздохнула.

- Он умер, доченька.

- Отчего?

- Кто его разберет. Наши доктора не умеют лечить драконов.

- От тоски он помер! – крикнули из толпы. – Тосковал и издох!

Принцесса прижала к груди маленькую клетку.

- Я не для того его похищала, чтобы он издох! А ну, пропустите!

- Но это традиция! – кричали ей вслед родители. – Дракон в клетке! Похищенный дракон! Женихи!..

Принцесса взбежала на галерею, где стояли трубачи. Там были узкие амбразуры, в которые виднелись окрестные луга и рощи. Вот как раз такая амбразура ей и была нужна.

- Лети, - сказала она. – Лети, маленький король! Пропади она пропадом, эта дурацкая традиция! Я отпускаю тебя – я, королева… Лети к своим!

Крыло у золотого дракона было повреждено, но в воздухе он справился с болью и нашел способ лететь, пусть не стремительно, однако – лететь.

Девочка повернулась к толпе.

- Вот так, - сказала она. – Мне решать, что делать с моей добычей! Мне, а не традиции! Мне, а не обычаю предков! Все поняли? А если женихам не понравится, что рядом с моим креслом нет клетки с драконом, – тем хуже для женихов!

- Славный норов! – крикнули из толпы. – Королевский норов! Братцы, нам наконец повезло!

- Что будем делать? – растерянно спросил супругу король.

- А тут уж ничего не поделаешь, - горестно ответила королева. – Я ведь тогда тоже хотела отпустить дракона… побоялась… Может, оттуда и все наши неприятности? А она вот не боится.

- Но ты ведь тоже шла три дня и три ночи, еле выползла из оврага, чуть не утонула?

- Все это сейчас не имеет ровно никакого значения, милый. Выплыть может каждый, выползти может каждый… А вот плюнуть на обычай и поступить по-королевски – нет… Я не сумела, мне такой смелости не дано. А дочке – дано! Радуйся – она будет настоящей королевой.

Рига

2013