"Дороже всех". Мазенцовы

Солнце уже ушло за горизонт. Выпускники, получившие аттестаты, веселились в коттедже, где играла громкая музыка, куча еды и, как же без этого, выпивки. Родители оставили своих детей отдыхать, настаивая на том, чтобы они ничего не разгромили. На полу валялись чьи-то красные ленты, конфетти. Около стола уже что-то разлили, но никто не вытирал.

Тушенцов, выпивший всего пару бокалов, смеялся с нелепой истории одноклассника и покачивался под музыку вместе с остальными.

Вдруг он оглянулся, замечая, что что-то не так. Среди всех его окружающих не было его самого лучшего друга — Ильи. Они дружили, кажется, с самого первого дня в школе. Целых 11 лет сидели за одной партой, хоть и различались характерами. Руслан был всегда за движ, часто спорил со сверстниками и учителями, попадал в драки. А Илья наоборот. Учился хорошо, избегал ссор, общался с меньшим количеством людей, но, кажется, их обоих это не смущало. Огромное количество времени они проводили вместе, даже за стенами школы. Сосчитать совместные прогулки, наверно, даже невозможно, их было и правда много.

Заволновавшись, Руслан пробежался глазами по помещению, заметил балкон и скользнул туда. Интуиция подсказала, что Коряков мог уйти туда, ведь любил побыть один и отдохнуть от общества.

Дверь открылась с легким скрипом. На улице было прохладно, солнце ещё не успело прогревать землю до конца. Тёмные волосы растрепал ветер, шумящий листьями деревьев. Где-то в траве стрекотали светлячки, это было отчетливо слышно, когда он закрыл дверь, отрезая громкую музыку от балкона.

Около перил и правда стоял Илья, смотрящий куда-то вдаль, возможно, изучая небо, которое сегодня не было занавешено тучами.

— О, Илюх, а я тебя потерял. — Тот повернулся на голос и улыбнулся.

— Я здесь, тут хорошо. — Руслан пристроился рядом, глядя на луну.

— И вправду хорошо. Думаешь о чём-то?

— Ага, — кивнул Коряков, — школа так быстро пролетела, я сам не верю. Теперь выбирать, куда поступать, и всё такое.

— Ну, у тебя выбора много, ты же вон как хорошо всё сдал. — Руслан слегка пихнул его локтем, усмехаясь.

Илья не ответил. Он вздохнул тяжело, будто что-то обременяло его. Тушенцов посмотрел на него, волнуясь.

— Всё в порядке? — спросил он.

— Да... просто... — Илья отвернулся, смотря куда-то вниз. — Я думал о том, что этого больше никогда не будет. Мы никогда не сядем за одну парту, да и, наверно, вовсе перестанем общаться. Так ведь у многих происходит.

— Не правда! Мы будем дружить, мы же лучшие друзья с тобой, Илюх.

— Я знаю, но эта мысль не отпускает меня, я об этом думаю будто постоянно. Я, может, просто себя накручиваю, но... — Он не успел договорить. Руслан перебил его и положил ладонь на плечо.

— Илюш, правда, я дорожу тобой, нас же не только школа объединяет.

Коряков кивнул, но отвернулся, не желая смотреть на своего собеседника. Илья всегда отворачивался так, когда пытался скрыть выражение лица.

— Ну Илююш, — протянул Тушенцов и осторожно притянул парнишку к себе в объятия.

Тёмная макушка сразу же прижалась к крепкому плечу, а ладони упёрлись в грудь, скрытую под белой рубашкой. Руки Тушенцова, всегда тёплые и такие родные, прижимали его ближе, в попытках защитить друга от его же демонов, которые застряли в его головушке.

— Я люблю тебя, — прошептал Илюша, не поднимая головы.

— Что? — переспросил Руслан, будучи не уверенным, что услышал правильно.

— Ничего...

— Я всё слышал, дурак. — Он провёл по чужим волосам ладонью, мягко гладя затылок. — Я тоже... не так, наверно, но я знаю, что ты мне дороже всех, слышишь?

Коряков в ответ кивнул, всё ещё сжимаясь в чужих объятиях. Постепенно он расслабился и осторожно отстранился, поднимая голову.

— Ты ведь серьёзно говоришь, да? — спросил он.

— Конечно, я бы не стал шутить над таким, Илюш. Я не знаю, как это называется, но мне спокойно рядом с тобой и вообще хорошо.

Взгляд Ильи бегал по лицу Тушенцова, будто пытаясь найти намёк на то, что он шутит или врёт, но это всё не находилось. Он помялся пару секунд и вдруг сказал торопливо, стесняясь:

— Можно, я тогда тебя поцелую? — Он опустил взгляд, чувствуя, как кровь прилила к лицу.

Руслан наблюдал за этим мягким, розоватым румянцем и улыбнулся. Он посмотрел в сторону двери и окна внутрь. Рядом никого не было.

— Можно, Илюш.

Парнишка неумело приподнялся на носках, потому что Руслан был выше, обвил руками чужую шею и коснулся его губ своими. Его движения были неумелыми и робкими. Тушенцов ответил, притянув его за талию, будучи чуть более настырным, чем сам Илья. Поцелуй был совершенно недолгим — оба боялись, что кто-то заглянет на балкон.

— Офигеть... — произнёс Коряков, не веря самому себе, что это наконец-то произошло.

Руслан усмехнулся, не отпуская парня.

— Ну вот, а ты боялся, дурашка. — Его карие глаза смотрели как-то по-другому, не так, как раньше, нежнее.

— А что теперь? Кто мы друг другу? — Илья сжал чужие плечи, теперь его волновало другое.

— Мы всё ещё друзья. Если что-то получится, то значит будет. А если нет, то будем друзьями, которые однажды поцеловались на выпускном. — Тушенцов ответил в своей манере, хмыкая и довольствуясь собой.

— Мне первый вариант больше понравился, если честно. — ответил Илья, и вдруг за дверью послышались шаги и разговоры. Парни отстранились друг от друга — не хотелось, чтобы кто-то из уже бывших одноклассников их видел.

Они в последний раз переглянулись между собой и пошли внутрь. Всё вернулось в то же русло, которое было минут двадцать назад. Руслан влился в разговор, Илюша сидел на диване, слушая, как музыка оглушает голоса вокруг, и сейчас это не раздражало, а, скорее, наоборот, расслабляло и давало надежду на то, что, может, всё сложится очень хорошо.