Договорились?

Лёгкое движение руки и дверь мягко поддаётся, открываясь внутрь. Заключённый 007 переступает порог и, не спеша, закрывает за собой дверь, подтолкнув её лёгким движением ноги. Он предпочёл молчать, когда прошёл в глубь комнаты и смирно сел на стул.

ФМ: Добро пожаловать... На допрос, Заключенный 007. 

Заключённый молча кивнул вместо приветствия.

ФМ: Не слишком разговорчив? 

Пауза.

ФМ: Уже подружился с кем-нибудь из заключенных?

007: Это относится к делу? Есть некоторые персоны.

ФМ: Вся информация о тебе относится к делу, конечно же! 

Расскажи побольше. Ты как-никак психолог, не так ли? Может ты даже расскажешь нам что-то интересное.

007: Я не на рабочем месте. В первую очередь, тут, я такой же человек как и они. Но... Меня смущает выбор именно этих групп людей... А также сам факт того, что я оказался тут позже остальных.

ФМ: Позже остальных... Почему смущает? До тебя на седьмом месте были и другие.

007: Не смотря на всё, люди уже знакомы друг с другом. Новеньким часто трудно влиться в общество тех, кто уже создал группы для общения. Если тебе интересно посмотреть на общение заключённых в закрытой тюрьме, то это был рискованный ход.

ФМ: Интересно не мне, а нашим зрителям! Просто заключенные нарушающие порядки и заставляющие меня раздражаться - нуждаются в замене.

Надзиратель постучал по микрофону. 

007: Не скидывай вину с себя, ты все еще организовал всё это, значит для тебя это не менее интересно для тебя... Или же, в чем твой мотив для подобного?

Заключённый постучал в ответ.

Тактично проигнорировав заключенного, Надзиратель посмеялся.

ФМ: Расскажи что ты последнее помнишь перед попаданием сюда.

007: Я читал.

ФМ: Читал? Ничего большего? Ммм... А вина за убийство... Тебя не гложет это?

007: Просто читал, верно. А если бы я убил, то ощущал бы стыд. Но мои руки не запятнаны кровью

ФМ: Понятно. Тоже будешь отрицать? 

Выдох.

ФМ: Хорошо... Расскажи побольше про свою жизнь вне тюремных стен.

007: Я признаю, что за мной были ошибки и решения, которые можно трактовать как неверные. Но важно уточнить, что я никогда не прибегал к физическому насилию и не считал силу инструментом решения проблем. Моя сфера деятельности всегда была связана с психологией: я работал с людьми, помогал им разбираться в себе, в их переживаниях и мотивах. На этом завязывалась вся моя жизнь, ведь у взрослого человека мало времени на хобби.

ФМ: Значит всё свое время ты работал психологом? Не сложно было помогать людям? Я уверен у таких как ты было не мало уродов на приемах.

007: Да, я не сильно заинтересован в отношениях, потому, тратил все время на работу. Помогать людям – мой долг. Даже если они совершают плохие поступки, то я должен помочь разобраться в причине и найти выход.

ФМ: Вот оно как... Понятно. Были ли интересные случаи на работе? Или те, которые запомнились больше всего?

007: Да, были.

ФМ: Расскажешь? Или врачебная тайна?

007: Ты все верно понимаешь, врачебная тайна. Даже в такой ситуации... Будет неправильно с моей стороны говорить о проблемах моих клиентов. Ты бы хотел, чтобы твой врач молчал о твоих ситуациях?

ФМ: Хаха, хорошо, я тебя понял.

Пауза.

ФМ: Вообще ничего интересного в жизни не происходило? Скукота... 

А что с семьей? Друзьями?

007: Семья? Я не искал отношений, а также нет времени на детей. Мои родители – обычные люди. Друзья – коллеги по работе. Я живу самой обычной жизнью

ФМ: Нравится мне твой акцент на "самой обычной жизни". 

Посмеялся Надзиратель, выдыхая в микрофон.

ФМ: А сам то ты страдал чем-нибудь? Выносить на себе чужие проблемы... Это не самая легкая вещь, даже для взрослого самодостаточного мужчины.

Заключённый выдохнул в микрофон в ответ

007: Не думаю. У меня слишком "скучная" жизнь, как ты сказал ранее, чтобы были какие-то ситуации. Конечно, повторяя раз за разом одно и то-же, становится странно на душе... Но я всегда находил момент, чтобы отвлечься на книгу, забыться в статьях в сети и прочее.

ФМ: Книги тоже по психологии читаешь?

007: Не только... Но предпочитаю их. Мне по душе детективы и книги где описывают преступления. Это интересно почитать, для развития мозгов.

ФМ: Трукраймом увлекаешься, получается?

007: Можно и так сказать. А ты, разве, нет?

ФМ: Немного. Есть любимые кейсы?

007: Наверное... Вайнвилльские убийства в курятнике. Это слишком запутанная история.

ФМ: Не самый простой кейс... Интересно. Я думал ты упомянешь что-то менее локальное. Хаха! Психолог любящий трукрайм... 

Теперь ты кажешься ещё более подозрительным.

007: Если я упомяну что-то менее явное... Не станет ли это более подозрительным? Словно я намерено, используя свой статус психолога, изучаю то, что мне интересно, исключительно ради душевной забавы?

ФМ: Например что? Я подозреваю тебя, потому что это имеет смысл, учитывая что на тебя уже повесили обвинение в убийстве.

007: Кто повесил? Снимите.

ФМ: Хааа... Можешь по преступлению что-то скажешь? 

Выдох.

ФМ: Если бы ты мог убить, то как бы сделал это?

007: А кто сказал, что я не могу? Я могу, однако, желания не имею. Я не поведусь на провокации

ФМ: Вердикт для тебя как пустой звук, я погляжу?

007: За что меня будут судить, если я своими собственными руками никого не трогал? Или это суд за тот факт, что я наступил на муравья?

ФМ: Убийство может быть прямым и непрямым. Мы судим и то, и то. По сути доведение до убийства... Самоубийства тоже считается. Ты так или иначе причастен.

007: Я никому никогда не говорил "убейте того человека", не вынуждал на совершение каких-то поступков. Работа с людьми – тяжёлый случай. Если кто-то из моих клиентов совершил какой-то поступок, что противоречит законам и моралям, то это множество факторов. Психология это тяжёлый труд, мозг человека словно лабиринт.

ФМ: Я и не говорю, что ты говорил этого. Никто из нас и не знает что именно ты сделал. Всё что мне, и зрителям конечно же, известно... Так это то, что ты так или иначе причастен к убийству.

Не проще ли будет, если ты прекратишь играть в дурака и расскажешь всё как есть?

007: Так будет слишком просто. Если ты решил это устроить, то не думай, что люди будут к тебе открыты и любезны. В моих интересах также понаблюдать за другими, вынести свое мнение и добавить интересных аспектов в твоё "шоу", ведь я могу прямо вмешаться в ход событий. Не проще ли будет, если ты прекратишь попытки оказывать давление и сможешь принять все, что я сказал? Или.. Если так хочешь поговорить, то сам расскажи о себе. Я не люблю говорить с картинкой, иначе мои сеансы были бы онлайн.

ФМ: Интересное ты существо, заключенный 007... Хочешь поговорить обо мне? 

Сеанс психолога, а? Надеюсь, ты не возьмешь с меня оплату.

007: Не беспокойся, это будет бесплатно. Ты интересен для меня намного больше, чем моё окружение в данный момент, что состоит из детей и подростков. Что ты готов рассказать для меня о себе? Если это будет действительно интересно, то в ответ я расскажу все, что знаю о том, что ты хочешь называть "преступление".

ФМ: Ха... Даже так... 

Пауза.

ФМ: Ответ на ответ, получается? Ты задаешь вопрос - я отвечаю. И наоборот.

007: Если ты согласен на такие условия, то они меня более чем устраивают.

ФМ: Вполне. Тогда задавай свой вопрос.

007: Хорошо... Мне интересно, что для тебя означает слово контроль?

ФМ: Контроль... Держать все в своих руках. Страх - тоже метод контроля, не так ли?

Пауза.

ФМ: Расскажи побольше про своих родителей. Имена, кем они были, общаетесь ли вы сейчас.

007: Общался, до попадания в тюрьму. Но лишь короткие сообщения и звонки. Отец, Наохито Шираиши, работал преподавателем в университете, мать, Найя Шираиши, ведёт уроки музыки на дому.

Заключённый прокашлялся, прежде чем задать вопрос

007: Скажи, а в твоей жизни были моменты, когда приходилось брать на себя слишком много ответственности?

ФМ: Всё это место - одна сплошная ответственность. Поэтому да, приходилось. И не раз.

Думаешь я бы смог сделать что-то такое, если бы не проворачивал ра...

Надзиратель перебивает сам себя.

ФМ: Какой твой самый запоминающийся пациент?

007: Я долгое время работал с людьми, которых общество называет убийцами. И вот парадокс, чаще всего они не видели себя монстрами. Один из них, например, каждый раз начинал разговор с обсуждения погоды... Он уходил от сути, создавал иллюзию нормальности, чтобы не соприкасаться с тем, что сделал. Я наблюдал за этим и понимал, что для него убийство было чем-то вроде разрыва в реальности. К сожалению он умер.

Заключённый печально вздохнул

007: Ты сожалеешь?

ФМ: Смотря о чем. 

Но нет. Жить с сожалением... Глупо. Зачем вообще жить сожалея о чем-то? 

Секундное молчание.

ФМ: Кого бы ты убил, если бы приходилось?

007: У меня нет врагов... Если представить, что это необходимость, если я вынужден кого-то убить... То я бы завёл отношения, зачал бы с девушкой ребёнка, а после настоял на аборте. Я не понимаю суть вопроса. Можно подробнее?

ФМ: Я имею ввиду есть ли тот человек, чью смерть ты был бы не против совершить? Никогда не поверю, что у тебя нет... Врагов, к примеру.

007: Нет таким людей, с которыми я бы хотел поквитаться. Я не получаю удовольствие от мысли, что в моих руках чье-то холодное тело. А ты?

ФМ: Нет. Я не ублюдок и руку на человека не подниму без причины. Есть люди которые мне не нравятся, но каждый из них так или иначе виноват в этом.

ФМ: Почему заключенные здесь не кажутся тебе интересными?

007: Я уже объяснял свою точку зрения... Если ты не понял, то объясню более простым языком. Они типичные.

ФМ: Типичные? Разве не странно, учитывая насколько недавно ты здесь? Опрометчиво психологу так считать, не находишь?

007: А я более не психолог. В тюрьмах нет профессий, не считая надзирателя, уборщика и прочих врачей... В них есть психологи, но заключённые точно ими не станут. Или ты хочешь нанять меня?

ФМ: Тюремный психолог? Звучит интересно, я бы подумал над этим, хаха!

ФМ: Ты говорил, что на твоем опыте были убийцы... А были ли те, кто убил уже после твоего приема? 

Клянусь, последний вопрос.

007: Я принимаю клятвы исключительно на коленях. 

Заключённый хихикнул, после задумался над вопросом

007: Были.

ФМ: Хаха, ты подкатываешь ко мне или клоуничаешь? 

Пауза. 

ФМ: С этой секунды хотелось бы поподробнее... Ты был инициатором их убийства?

007: Если желаешь расценивать это как намек на любовь, то я не сдерживаю твои фантазии. Хочешь прервать допрос ради секса по телефону?

ФМ: Хаха.

Заключенный замолчал на пару мгновений, думая как лучше ответить

007: Нет. Как я мог подвести их к этому? Так сложились обстоятельства. Я говорил то, что говорил многим людям... Я каюсь, ведь все люди совершают ошибки, мне стоило быть аккуратнее с некоторыми пациентами, однако, вину за их поступки я не собираюсь на себя брать. Конечное решение было на их совести... Я многих давал советы как справляться с гневом, что подавлять не вариант. Но некоторое слушали лишь часть о том, что "сдерживать себя – плохо", от чего расценивали это как вызов.

ФМ: Понятно. Тогда я закончил. 

Хочешь спросить у меня что-то на последок, Заключенный 007?

007: Вы очень интересная персона, Надзиратель. Знаете, есть в вас нечто особенное... редкое сочетание власти и чего-то удивительно тёмного, присутствие, которое действительно ощущаешь, и конечно легкое давление. Многие бы сочли подобное пугающим, но для меня это скорее вызывает любопытство. Я привык к тому, что люди прячут свои истинные стороны, но у вас всё иначе. Вы не скрываетесь, вы существуете рядом. 

Заключённый замолчал на мгновение, позволяя перебить его или услышать знак того, что он может продолжать, но Надзиратель сохранил молчание, хотя будь здесь любой другой заключенный - он бы перебил его.

007: Я уверен, что вы умеете ценить наблюдательность и спокойный ум... В этом я мог бы стать для вас неплохой помощью. Не как пленник, а как человек, что разбирается в человеческой природе. Я знаю многое, вы понимаете это сами... Подумайте о моем предложении. Это не лесть... Просто вы и ваши мотивы мне более интересны, чем остальные.

ФМ: Интересно... 

Вздох. 

ФМ: Закончим наш допрос, Тэрухиро.

007: Моя камера всегда открыта для вас. Был рад побеседовать.