Девиант. Глава 6.

𖤐

Меня вытолкнуло на поверхность через невысокое жерло – маленький холмик из ржавого песка. Его поверхность размывали алые ручейки, уходящие в невысокую траву.

Встав на четвереньки, я вырвал кровью – не знаю, моей ли, но от этого становилось противнее всего.

Ну и где я, чёрт побери, теперь?

Я оглянулся по сторонам. Ландшафт ничем не примечательный, чем-то смахивающий на бороздчатое рисовое поле. Никаких отличительных знаков.

– Остолоп! Вас что, не учили финансовой грамотности?! – отрывисто бросил кто-то со стороны.

Притаившись в траве, я стал наблюдать. По обе стороны от огромного камня расположились несколько мужчин и женщин.

– От остолопа слышу! – крякнул мужчина в ответ. – Скупой платит дважды, не слышал?

– Платит. Да за что! – продолжал упираться первый. – А вы потратили половину бюджета нашей деревни. И на что?

– Хочешь сказать, открытие казино было плохой идеей? Ха! Давай продолжай упираться, дряной старикашка. Притворись, будто сам с удовольствием не посещаешь его!

Полноватый мужчина с оголённым торсом с силой тронул камень. Несколько человек вокруг последовали его примеру.

– Очередной способ содрать побольше денег с народа! – проворчал мужчина с другой стороны.

– Не вижу, чтобы народ был против!

Это ещё что такое?

– Господа! – крикнул я им отвесной скалы. – Могу узнать причину спора?

Все члены разбирательства, не сговариваясь, подняли голову. Несколько женщин, стоящих по одну сторону, стали перешёптываться: мол, кто я, откуда... И что личико у меня симпатичное. Одна и вовсе поинтересовалась, за сколько можно купить мои услуги.

– А ты кто ещё такой? – расставив ноги и задержав руки на боках, спросил вождь правой стороны.

Я задумался. Из их разговора можно было понять, что они все из одной деревни. Тогда кто я?

– Моё имя Демиан, я... – хотел было сказать «путешественник, кочующий по миру», но меня перебили.

– Ай, да не важно! – главарь махнул на меня рукой и отвернулся. – Вот ты, как представитель обычного народа, хотел бы свои деньги преумножить?

Я улыбнулся.

– Это вы так спрашиваете о моей жадности?

– Это про то, сколько тебе денег надо для счастья.

Я всерьёз задумался.

– Ну... Риск – это не всегда плохо. Важно, какие последствия он несёт.

– А конкретнее? – прикрикнул старичок с другой стороны.

– Чего пристал? Сказал же – риск, это не плохо! – главарь со своей свитой с силой ещё раз подтолкнули камень вперёд. И здесь я заметил, что представителями «расточительных» взглядов оказалась преимущественно молодёжь. Следовательно, силы у них тоже было больше.

– Какими странными бывают люди. Вы тоже так считаете, Демиан Хоуп? – раздалось у меня над ухом.

От неожиданности я отпрянул и пополз в сторону на четвереньках.

Мужчина выровнялся и, как подобает человеку высшего сословия, поклонился. Его глаза были скрыты полями шляпы, а остальная часть лица была испещрена уродливыми шрамами.

– На земле, должно быть, очень холодно и сыро. Недавно прошёл дождь, – он протянул мне ладонь, обтянутую тонкой белой перчаткой. Идеально чистой и целой для ада.

– Прошу прощения. Знакомы? – я поднялся с земли, не отпуская его руку.

Мужчина попридержал слова, лишь холодно улыбнувшись. И мелькнуло в этой улыбке что-то узнаваемое.

– Бог умер. Вам всё ещё есть в кого верить?

Он. Этот человек.

Я отпрянул на несколько шагов назад, оказавшись едва ли не у самого края скалы.

Перед глазами снова всплыло то воспоминание.

Лондон, погрязший в реформах и кризисах. И фраза Ницше, разлетевшаяся по всему миру.

«Бог умер».

Она пустила корни в человеческих головах.

«Бог умер».

Её взвинтили даже детям, так, что их маленькие черепки захрустели под давлением.

«Бог умер».

Да. Одна эта фраза сломала всю мою жизнь.

Или её сломал я сам?

Я хорошо помню тот промозглый вечер. Молодая гувернантка провела меня по дубовым ступеням на второй этаж. Старуха говорила, что богатей-меценат живёт здесь. Смеху же будет, если меня одурачили.

Я постучал по двери костяшками пальцев. Тихо, как в гробу.

– Войдите, – раздалось изнутри, и я послушно отворил дверь.

Нос защекотал слабый хлорированный запах. Слишком чистый, слишком лицемерный.

Его рабочий кабинет был скромным, почти спартанским. Массивный дубовый стол посередине комнаты, по двум стенам от него тянулись книжные полки со скучными корешками. Чернильница, стопки бумаг, печатный станок и чашка чая. Ничего примечательного, кроме одной маленькой детали – стул для гостей (или клиентов) стоял не прямо перед столом, а на расстоянии ровно двух метров от него.

– Вы Демиан Хоуп, так? Мне нашептали, что вы нуждаетесь в деньгах, – поставив последнюю подпись, он поднял на меня глаза.

Я вздрогнул. Что-то было с ним не так.

Длинное лицо, обычная улыбка, непримечательные зеленые глаза, по щелкам которых раскинулись возрастные «лучики». Обычный британский джентльмен. Но весь он был как-то неестественно наряжен. Словно искусственный.

Он вскинул руку с аккуратно остриженными ногтями, призывая меня присесть.

– Вы правы, – я опустился на стул. – Могу и я узнать ваше имя?

Джентльмен вскинул брови.

– Вам не сказали? Что ж, тогда прошу прощения за дурной тон. Моё имя Дэвид Макмиллан, я меценат.

Я разрешил себе чуть ухмыльнуться. Кто бы мог подумать, что дядька действительно окажется меценатом. Хотя по обустройству дома и не скажешь, что у него водятся большие деньги. С другой стороны, для возврата долга он установил какой-то свой, беспроцентный эквивалент. Он точно не работает себе в убыток?

– Но я не деятель искусства.

– Религия – само по себе искусство, – господин Макмиллан сцепил руки в замок. – Все священники в той или иной мере художники.

Он помолчал.

– ... Заставляют людей верить в то, что не имеет смысла.

Я непроизвольно напрягся.

– Вы не верите в Бога?

– Много чего произошло. Сам Ницше заявил о том, что Бога нет.

Мы оба замолчали. В этой комнате по воле судьбы встретились два полюса одной Земли. А может, всё это – написанный им же сценарий?

– В чём заключаются условия сделки? Допустим, вы дадите мне сумму. Что я буду должен взамен? – оторвавшись от спинки стула, я чуть потянулся вперёд.

– Вы покажете мне стойкость своей веры. Возможно, – он потер подбородок, чуть ухмыльнувшись, – я даже изменю свои взгляды на жизнь.

Слишком туманный ответ. Я долго не мог определиться с выбором.

– Хорошо. Я согласен.

Мужчина улыбнулся, словно сытый кот.

– Замечательно. Просто замечательно, – казалось, он сейчас захлопает в ладоши. – На днях вам придёт оповещение на почту.

И я ушёл. Не зная, к чему меня это приведёт.

Со дня моего визита к нему прошло два дня. И действительно, в моём почтовом ящике ютился белый простенький конверт, без печатей, без отправителя. А внутри – пятьсот золотых, ни монетой меньше!

Спина покрылась холодным потом. Какая неосмотрительность! Почтальон заткнул конверт с целым состоянием в ящик, даже не потрудившись закрыть его – иначе я бы даже и не подумал заглянуть внутрь!

Интересно. Почему ни один местный мальчишка не решил сунуть носа в конверт? А может, этот смельчак уже лежит где-то со сломанными ногами?

Холод, исходящий от металла, грел руки тем самым опасным теплом. Отчего-то мне даже захотелось попробовать золото на зуб, чтобы убедиться в его подлинности.

Кто такой этот Дэвид Макмиллан...

𖤐