Держись...

Быть тайным агентом всегда трудно и опасно. Вступая в подобные организации, стоит понимать те риски, на которые ты обрекаешь свою жизнь. Никто не любит, когда ты вмешиваешься в их дела, угрожая успешному завершению задания или проведения сомнительной аферы. Каждый контакт — потенциальная угроза, каждый союзник — возможный предатель. Сны наполнены кошмарами, где лица врагов смешиваются с лицами близких, чьи жизни ты поставил под удар ради выполнения миссии. Цена твоей работы — не только риск смерти, но и вечное одиночество, невозможность построить нормальную жизнь, наполненную радостью и спокойствием. Ты — призрак, живущий на грани света и тени, обречённый на вечный бег от своей тени.

  Бутхилл знал это не понаслышке. Как и его напарница.

— Ты уверена, что именно ты больше всего подходишь на эту роль, Бита?

— Абсолютно, Ковбой.

  Девушка, названная "Битой", повернулась лицом к парню. Серые волосы, туго перевязанные в хвост, взметнулись, а на "Ковбоя" уставилась пара янтарных глаз, в которых так и читалась твёрдость еë намерений.

— Или ты сомневаешься в моих способностях?

  Бутхилл поджал губы, слегка хмыкнув.

— Ничуть.

  Девушка усмехнулась. Бутхилл внимательно следил за тем, как она снимает свой бронежилет и верхнюю куртку военного типа, оставаясь в одном лишь чёрном спортивном топе. Парень протянул ей тёмный свитшот в рубчик, который девушка моментально надела на себя, поправляя края. Еë вид в этой одежде был максимально заурядный и непримечательный, впрочем, как и нужно было для задания. Оставалась лишь одна маленькая деталь...

— Твои очки.

  Бутхилл передал девушке аксессуар, которые та сначала покрутила в руках, а затем аккуратно надела на себя, указательным пальцем слегка поправляя расположение. С виду они выглядели совершенно обычно, как и 90% носимых людьми очков. Вот только в этих была одна особенность... Мини камера, расположенная в одной из дужек, с прямой трансляцией на два экрана: портативный, в случае выезда из части, и большой, с которого за ходом миссии будет наблюдать сам еë непосредственный руководитель.

— Да, как же без них, хаха.

  Парень улыбнулся, но улыбка его казалась слегка кривой, будто натянутой. Отчего-то на душе сквозило, будто в сердце появилась дыра, вот только что на то была причина? Эта девушка... Она не раз блестяще справлялась даже с самыми трудными и невыполнимыми миссиями, так что просто проникнуть в ряды врага и собрать нужную информацию для неё не составит труда.

— Стелла...

  Девушка вздрогнула, поворачиваясь. В их части у каждого было своё позывное для, во-первых, конфиденциальности, а во-вторых, для удобства обращения во время выполнения миссии. Случаи, когда сотрудники называли друг друга по настоящим именам бывали, но происходили редко.

— Будь аккуратна.

  Бутхилл вздохнул. Стелла слабо улыбнулась, а затем прижала кулак к груди, вставая по стойке "смирно".

— Товарищ капитан третьего ранга, я с блеском выполню задание. Уже сегодня днем все нужные сведения будут в штабе.

  Парень похлопал её по плечу, усмехаясь. Он любил задор этой девушки. Он ценил её преданность. Он не хотел отпускать столь ценного сотрудника на эту миссию... Но решал тут не он.

***

  Находясь рядом с самим "Драконом", Бутхилл не мог не испытывать смешанные чувства. Они оба стояли перед большим экраном, на который транслировалась видеозапись с очков Биты. Позади них за компьютерами сидели программисты и другие агенты, занимающиеся этим делом.

— Товарищ генерал-майор, почему вы не отправили на эту миссию меня?

  Сбоку раздался вздох, и Бутхилл повернул голову в сторону мужчины.

— Ты вспыльчив. Я знаю, что у тебя есть личная неприязнь к этим людям, если наши подозрения об их личностях верны. К тому же миссия слишком лёгкая для твоего уровня, позволь более молодому поколению проявить себя.

Кулаки парня непроизвольно сжались. Да, они не знали точно о том, кто именно действует, но... Бутхилл был уверен, что это те же самые люди, из-за которых он лишился не только детства, но и родителей, дома и ещё много чего... Когда-то он поклялся отомстить им. Но всё же Дракон был прав и хотя бы ради безопасности своей организации Бутхилл не мог действовать опрометчиво. Хоть желание и было настолько сильным, что перехватывало дыхание.

— Так точно, генерал-майор.

  Тихо пробормотал он, переводя взгляд обратно на экран, пытаясь сосредоточиться на картинке. Стелле уже удалось проникнуть во вражеский штаб. Её тщательно осмотрели, проверили на наличие жучков и камер, но так и не обнаружили ничего странного. В её документах и личности так же не усомнились, не зря лучшие специалисты их штаба так долго готовили подставные документы и составляли легенду. Всё прошло идеально, и теперь Бита погружала коробки в какой-то грузовик по приказу одного из бандитов. В коробках было различное оружие, но самое главное — бомбы кассетного типа. Главной задачей девушки было узнать, куда везут это оружие, а затем специальный отряд направится на перехват.

  В камере стало заметно, хоть и не сильно, как Стелла напряглась, явно прислушиваясь. В очках был встроенный микрофон, но звук он писал не так качественно, как если слышать что-либо вживую, поэтому им оставалось только ждать...

— Пенакония, ██████, дом █.

  Шёпот был едва слышен, но разборчив. Агенты сзади зашушукались, хлопая друг друга по плечам и начиная собираться для перехвата фуры. Бутхилл продолжал стоять без движения и смотреть, как Бита невозмутимо продолжала погружать коробки. Только в эту секунду он понял, что на его губах теплилась улыбка.

  Парень почувствовал, как на плечо его легла рука. Нетрудно было догадаться, кому она принадлежала.

— Товарищ генерал-майор, вы были правы. Она блестяще справилась.

  Бутхилл повернулся лицом к Дракону, вот только... Вид у него был явно не радостный. Брови сошлись в одной точке, а слегка хмурый взгляд крайне пристально следил за движущейся на экране картинкой. Парню крайне не понравился этот его взгляд.

— Дракон?

— Шнайдер. - губы мужчины сжались в тонкую линию.

  Земля резко ушла из под ног мужчины. Это имя... Было знакомо всем в их части. Бывший сотрудник, ныне числящийся как дезертир, перешедший на сторону их главных врагов. Человек, знавший его в лицо... И отлично знающий Биту.

— Она под угрозой. Очень большой.

  Бутхилл посмотрел на экран. Он сразу узнал Шнайдера, тот почти не изменился с последней их встречи два года назад... Тот разговаривал с каким то мужчиной, как вдруг его взгляд скользнул по Стелле, которая тут же отвела взгляд. Как вовремя, ведь если бы он увидел её лицо, сразу бы узнал бывшую напарницу. Почти сразу микрофон уловил его голос.

— Ты новенькую взял? Серьёзно? На носу такое серьёзное дело, в котором нельзя оплошать, а ты нанял человека с улицы?

— Пришлось. Прошлый паренёк ногу сломал, так бы я его запряг. Но я проверил эту, она чиста.

— Проверил? - Шнайдер хмыкнул. Было видно, как руки Биты дрогнули в камере. Видно и она узнала этот голос. - Давай ещё раз проверим. Только по моим каналам. В таких делах проверки лишними не бывают...

  Сердце Бутхилла пропустило удар.

— Товарищ генерал-майор...

— Бегом в машину. - холодно, как отрезав сказал мужчина. Было видно, как тело его напряглось.

***

  Бутхилл крепко сжимал руль, будто от того, как сильно он это делал, зависела скорость машины. Сзади слышался негромкий шум, перекрываемый тихим бубнежом его напарников. Парень едва сдерживал себя от того, чтобы не вдавить педаль в пол, лишь бы быстрее добраться до базы, где сейчас невесь что происходило с Битой... Со старшим лейтенантом его группы... С его Стеллой. Сердце едва не выпрыгивало из груди, но он не показывал это. Крепко сжав челюсть, он едва не скрипел зубами, слишком пристально смотря на дорогу. Он не мог сейчас сказать и слова, ведь тогда...

Сзади послышался громкий возглас и ахание. Ковбой едва не дёрнул руль в сторону от этого неожиданного звука... Звука, пугающего его больше, чем когда его угрожали застрелить во время одной из операций. Голос, доносившийся из динамика переносного устройства, на которое так же транслировалось в реальном времени всё, что снимала камера на очках Стеллы, был едва слышен из-за рëва мотора, но Бутхилл узнал его... Это был тот самый мужчина, который разговаривал со Шнайдером.

— Здравствуйте, дорогие. У нас для вас сюрприз)

  Парень не видел, что происходило на экране, но слышал, как его напарники резко, как по щелчку пальцев, перестали дышать.

— Ниндзя, Енот. Что происходит? - холодным, стальным голосом сказал Ковбой, не отрывая взгляда от дороги. Им оставалось совсем немного, каких-то жалких две минуты, и они будут на базе бандитов...

— Капитан третьего ранга, вам... - послышался тихий, сбивчивый голос девушки сзади, но Бутхилл резко перебил её.

— Я спросил, что происходит. Исполняй приказ. - его тихий, едва не шипящий шёпот раздался громче удара о железные прутья металлическим стержнем.

  Сзади послышалось шуршание, а затем сбоку от него появилась рука, держащая небольшой, как полтора телефона экран.

  Картинка слегка дрожала, но было трудно не заметить и не понять, что на ней происходило... Там была Стелла. Она висела, подвешенная на толстых верёвках, уходящих куда то к потолку, концы были привязаны к её предплечьям. Она не шевелилась. Но она была жива. Её глаза были открыты, а лицо... Один глаз отёк, под вторым стоял фингал. Левая щека опухла, по всей коже были кровавые подтеки, свежие и глубокие раны с сочащейся из них кровью. Не было сомнений, что её били. И делали это много и долго.

  Парень не мог на это смотреть. Он видел множество трупов, обезображенных людей, но сейчас был другой случай... Сейчас все его внутренности холодели. Он отвёл взгляд от экрана, который тут же исчез позади, утягиваемый рукой Ниндзя.

— Сукин сын...

  Прошипел он, будто сплевывая желчь. Из динамика вновь раздался голос этого мужчины, обращённый к висящему телу Биты.

— Знаешь, а ты мне понравилась, мне даже как-то жалко тебя убивать...

  Бутхилл ещё крепче сжал руль, всё его тело было напряжено. Одна минута... Меньше минуты то места назначения.

  И вдруг послышалась череда выстрелов. Ковбой вжал педаль в пол.

***

Грохот.

  Шины заскрежетали по земле.

Выстрелы.

  Агенты выскочили из машины, открывая огонь по противникам.

Крики.

  Тела падают на землю, окрашивая траву в темно-бордовый.

Треск.

  Здание горит...

— Енот, туши! -

  Бутхилл с ноги выбил входную дверь, держа автомат наготове. Маловероятно конечно, что бандиты устроили засаду в горящем здании, а всех не успевших уйти бандитов они уже успешно устранили. Движения его были быстры, когда он проходил комнату за комнатой, ища ту самую... Сердце бешено колотилось в груди, а в ушах гудело. Кто-то что-то говорил в наушник, но он не слышал.

  Он нашёл её...

  Огонь только начал охватывать комнату, ещё не успев достаточно распространиться. Тело девушки висело всё в том же положении, которое в последний раз он видел на камере. Она выглядела как ведьма в средневековье, которую пытались сжечь жители королевства, движимые страхом, яростью и завистью. Одежда была потрепана и слегка изодрана, голова склонена к груди... В которой виднелись пулевые ранения, сквозящие алой кровью.

  В неё выпустили целую обойму. Все 12 патронов.

  Времени думать не было. В голове всё смешалось в одну кашу. Как в трансе, парень скорее на автомате подбежал к Стелле, выпутывая её из верёвок и взваливая на плечо. Как сквозь туман он слышал, что кричал Еноту, чтобы тот как можно скорее потушил огонь. Но Бутхиллу было не так важно сохранить все те улики, которые впопыхах могли оставить бандиты. Сейчас его волновало совсем другое.

— Держись, держись...

  Парень выбежал из здания, подбегая к ближайшему холму земли, аккуратно кладя на неё девушку. По еë подбородку текла кровь, он весь был в её крови. Но он не замечал этого. Бутхилл быстро стянул с себя каску с маской и наушником, почти небрежно отбрасывая их в сторону, следом полетели и ставшие такими неудобными в этот момент перчатки.

— Стелла... Стелла, СТЕЛЛА!! Не смей умирать!! - с каждой секундой его голос звучал громче, в нем появлялись нотки обеспокоенности. - Живи, живи!!

  С губ девушки сорвался тихий хриплый стон, а пустой взгляд несмыкаемых глаз медленно переместился на парня.

Сердце парня замерло. Жива.

— Как... Как они..узнали... - девушка захлебывалась в своей крови, булькающий звук сопровождал ее слабый голос, слова звучали рвано.

— Шнайдер. - коротко ответил Бутхилл, в его голосе слышалось едва уловимое отчаяние. - Ты только держись...

  Едва услышав ответ, девушка закрыла глаза, голова завалилась вбок. В грудь Бутхилла будто вонзили рыболовный крюк, который начали медленно, мучительно проворачивать.

— Смотри на меня... Смотри. СМОТРИ НА МЕНЯ! - голос Бутхилла сорвался на крик.

  Его рука прижалась к ее шее, два пальца нащупали точку пульса. Его не было. Рука бессильно опустилась вниз, а взгляд парня опустел. Казалось, что его в одночасье покинули все жизненные силы, оставляя от него лишь опустевшую оболочку. Он потерял ее. Он потерял ту, что давала ему смысл не жить одной лишь местью и жаждой немедленного отмщения. Он потерял ту последнюю ниточку, позволявшую ему радоваться каждому дню, чувствовать себя по-настоящему живым. Он не мог плакать, так как все эмоции будто покинули его вместе со Стеллой.

  Сердце раскололась. Душа опустела.

  Наушник лежал на земле в стороне, из него доносился голос Дракона, требующий его немедленно ответить. Но Бутхилл не слышал его. Он не слышал и шагов своих напарников, которые пытались утешить друг друга, но при этом не подходили ближе к Ковбою, ведь понимали, что ему надо дать время. В ушах будто была вата, оттесняющая все посторонние звуки. Отголоски реального мира оставались за фантомным куполом, внутри которого остановилось время.

  Время Стеллы. Время её жизни.

  Кулаки невольно сжались, ногти впились в грубую кожу ладони, оставляя на них побелевшие полумесяцы. Челюсть сжалась до скрипа зубов, глаза немигающим, расфокусированным взглядом уставились в одну точку. Пустота внутри Бутхилла начала заполняться. Ненавистью. Злобой. Жаждой отмщения, когда-то усмиренной Стеллой. Но сейчас... Как безудержная природная энергия, она прорвала все заслоны, вскипая в жилах и пульсируя в точке в районе виска.

— Шнайдер... Рано или поздно я доберусь до тебя и заставлю вспомнить каждое имя дорогих мне людей, жизнь которых ты отнял. Твоя смерть будет мучительной... Прямо как все те годы, что я жил с всепоглощающей болью. Помяни моё слово, сукин сын.