День рождения

В квартиру двадцать три раздался звонок. Сигма, сидевший на кухне, и спокойно пивший чай, вздрогнул от неожиданности. Кого там принесло?.. Кто вообще мог прийти к нему? Ответ напрашивался сам собой. Неожиданным гостем бывал лишь один человек в его окружении — Николай Гоголь. И вот, Сигма, под трель звонка, поднялся со стула и направился к двери. Стоявший за ней не переставал звонить, что еще раз подтверждало его догадки. 

Открыв дверь, Сигма уже был готов произнести "привет, Коль", но не успел. Ему в лицо сунули что-то больше и яркое, а также оглушили визгом.

— СЮРПРИИИИЗ!! — Радостно крикнул Гоголь. Загадочной вещью, которую он сунул Сигме под нос, оказался букет ярко-красных роз. В руках Николай держал небольшую, но красиво и аккуратно, (что для него удивительно), упакованную коробочку. Сигма, наконец осознав, что произошло, удивленно уставился на букет роз, а после перевел взгляд на Николая.

— Коль, это что? 

— это тебе! — Все с той же радостью ответил Николай, улыбаясь во весь рот. Сигма, все еще ужасно удивленный, наконец сообразил взять букет в руки. Следом за ним Гоголь протянул и коробочку, которую он тоже принял. 

— а.. что за повод?.. — ошарашенный Сигма смотрел то на букет, то на Николая, то на коробочку, не понимая, что он должен с этим делать. Сейчас распаковать или потом? Что сказать Гоголю? 

— как, что за повод?! Твой день рождения! — Радостный ураганчик с именем Николай влетел в квартиру. Снял ботинки, повесил куртку, (которая благополучно упала с крючка) и подошел к Сигме. — ты что, не отмечаешь, что-ли? — Сигма удивился еще больше. 

— я не говорил тебе дату своего дня рождения. — все было именно так. Он всячески увиливал от вопросов Николая касательно своего дня рождения, назвал только год. А может, и его не называл, он уж не помнил. Так как партнер смог узнать про это?.. 

— а тебе и не обязательно. Мама любезно поделилась твоими документами, ха-ха! — Гоголь залился смехом. Его мать — Мария Ивановна — одна из ректоров университета, где они с Сигмой, собственно, и учатся. Уговорить женщину выдать ему "Всего-лишь одно дело, большего я не прошу!" было не сложно. Сигму это насторожило. Ему не нравилось, когда кто-то узнавал нечто лишнее, что он рассказывать не хотел. Надо будет — расскажет сам, не надо — умолчит. Такой политики придерживался парень. А сейчас Гоголь фактически вторгся в его личное пространство, что отвратительно. 

Заметив, что Сигма хмурится, Гоголь перестал смеяться. 

— что-то не так? Аллергия на цветы? 

— Николай. — холодно сказал Сигма. Улыбка Гоголя стала чуть менее яркой. — ты просто изучил мои документы, которые я подал в ВУЗ без моего ведома? И ты считаешь это нормой? — услышав претензию, Гоголь не удержался, и вновь залился смехом. Это окончательно сбило Сигму с толку. 

— нет, конечно нет! Ты бы убил меня, если бы я так поступил! Я попросил мать сказать лишь твой день рождения. Она больше и сама бы не дала — не положено. — На лице Николая вновь появилась привычная яркая улыбка. Сигма же облегченно вздохнул. Что ж, день рождения —это не столь критично.. 

— придурок. — буркнул он, а после ушел на кухню. Нужно поставить цветы в вазу, чтобы не завяли. Гоголь, естественно, побежал за ним. 

— ты так и не ответил на вопрос! Не отмечаешь день рождения? 

— не отмечаю. — подтвердил Сигма, набирая воды в вазу. 

— а почему? 

— просто. Не нравится. — Николай на этих словах скривился. 

— и как ты собирался провести этот день? 

— ну... Посидеть дома. Сходить на прогулку. Может, заказать пиццу и посмотреть телевизор. Не знаю, что еще я мог бы сделать. — В глазах Гоголя появился озорной огонек. 

— а как насчет того, что бы сделать все вышеперечисленное вместе? Даже не обязательно потому что это твой день рождения. — Сигма поставил вазу на стол, скептически взглянув на Николая. Предложение ему сначала показалось не самым лучшим, но потом он подумал, что, может, не все так плохо? Почему бы не провести праздник, пусть и не признанный, с любимым человеком? 

— ладно. Пусть будет по-твоему. 

— УРА! — Николай заключил Сигму в крепкие объятия. 

В тот день в квартире номер двадцать три долго горел свет. Николай ушел лишь утром. Целую ночь они смотрели фильмы и ели пиццу, отмечая таким образом день рождения Сигмы. И уже после ухода Гоголя последний признался себе, что это определенно был лучший праздник в его жизни, пусть и прошедший столь по-домашнему.