«День Х»

Т/И начала нервничать за три дня и нет, конечно не потому что сомневалась в Чимине. Вот в нём как раз она была уверена почти до смешного. Мама влюбится в него минут через пятнадцать - после первой же благодарности за ужин и той самой улыбки, которую он выдавал, когда искренне смущался. Папа продержится подольше, потому что принципиально обязан сначала посмотреть на мужчину дочери так, будто проводит собеседование на должность с испытательным сроком лет в сорок.

Но он точно понравится, по другому быть и не могло, Т/И это знала. И всё равно последние несколько дней то спрашивала Чимина, точно ли он помнит время, то проверяла билеты, то зачем-то пересказывала ему характер своего отца, будто речь шла не о знакомстве с родителями, а о дипломатической миссии.

Сам Чимин сначала смеялся, потом тревога с каждым часом накрывала его с головой. Т/И поняла это ещё в гостинице, когда вышла из ванной и застала его перед зеркалом. Он стоял в брюках и белой рубашке, уже застегнув почти все пуговицы, и очень сосредоточенно поправлял волосы - третий раз.

— Чимин, - слегка улыбнулась Т/И.

— М?

— Ты нервничаешь.

— Нет.

— Ты пятнадцать минут укладываешь одну прядь, - остановилась в дверях Т/И.

— Она неправильно лежит, - посмотрел он на неё через зеркало.

— Она лежит абсолютно так же, как десять минут назад.

— Именно. Неправильно.

Т/И рассмеялась и подошла сзади и положила подбородок ему на плечо. В отражении они выглядели почти спокойно и Чимин поймал её взгляд и выдохнул.

— Хорошо. Немного нервничаю.

— Немного? - Приподняла Т/И бровь.

— Очень.

— Почему? - Улыбнулась она.

— Потому что это твои родители.

Сказал он так, будто этого объяснения было достаточно, а потом развернулся к ней.

— Они отдали тебе двадцать с лишним лет своей жизни, а теперь появляется какой-то кореец и говорит: «Здравствуйте, я люблю вашу дочь».

— Во-первых, «какой-то кореец» - это Пак Чимин.

— Это должно их успокоить?

— Маму уж очень даже впечатлишь, - засмеялась Т/И, затем поправила ему воротник. - Всё будет хорошо.

— А папа?

— Что папа?

— Он страшный? - Спросил чуть ли не дрожащим голосом Чимин.

— Очень, - наиграно серьёзно ответила Т/И.

Чимин замер. Она выдержала серьёзное лицо несколько секунд, но потом не выдержала.

— Господи, Чима.

— Это не смешно! - Возмутился Чимин.

— Он нормальный!

— Ты только что сказала «очень».

— Потому что у тебя было смешное лицо.

— Если сегодня я получу инфаркт, виновата будешь ты, - покачал головой Чимин.

У дома родителей Т/И он снова проверил подарки. Цветы для её мамы. Коробка хорошего корейского чая. Небольшой красивый набор традиционных сладостей, который Чимин выбирал сам почти час, потому что хотел привезти что-то из Кореи, но не настолько экзотическое, чтобы люди потом из вежливости ели и страдали. И ещё один пакет.

— А это что? - заметила его только сейчас Т/И.

— Ничего, - спрятал пакет за спину Чимин.

— Покажи.

— Потом.

— Чимин.

— Я сказал потом.

— Ты ещё что-то купил моему папе? - подозрительно посмотрела она на него.

Он отвёл глаза и всё стало сразу понятно.

— Ничего особенного.

— Чимин, - не успокаивалась Т/И.

— Хороший ремень.

— Ремень? - Моргнула Т/И.

— Ты сказала, он любит классические вещи, - посмотрел почти возмущённо Чимин.

— Да.

— Значит, ремень.

— Ты готовился серьёзнее, чем к некоторым премиям.

— На премиях меня хотя бы не оценивает отец моей девушки, - пробунил Чимин.

Она рассмеялась так громко, что из дома выглянула мама и всё... Отступать стало поздно.

Мама открыла дверь раньше, чем они успели позвонить.

— Господи, ну наконец-то!

— Мам, мы не опоздали, - Т/И тут же оказалась в объятиях.

— На три минуты.

— Ты считала?

— Конечно.

Потом взгляд мамы переместился на Чимина. Он сразу выпрямился и неожиданно очень чисто нар русском произнёс:

— Здравствуйте. Очень приятно познакомиться.

Мама замерла, да и Т/И тоже опешила на секунду.

— Ты это когда выучил? - Медленно посмотрела она на него

— Сюрприз, - улыбнулся краешком губ Чимин.

— Ой, какой молодец, - приложила руку к груди мама.

И тут же обняла его. Чимин явно не ожидал, на секунду даже растерялся, потом мягко обнял в ответ.

— Спасибо.

— Всё, - пробормотала Т/И. - Мама уже твоя.

— Я всё слышу, - усмехнулась мама.

Папа появился из кухни гораздо спокойнее. Высокий, в домашней рубашке, с тем самым выражением лица, которого Чимин опасался с утра. Они посмотрели друг на друга. Т/И почувствовала, как ладонь Чимина незаметно коснулась её пальцев.

— Ну, здравствуй, Чимин, - протянул руку папа.

— Здравствуйте, - пожал руку в ответ Чимин.

Папа внимательно посмотрел ему в глаза и Чимин не отвёл взгляд, потом отец вдруг улыбнулся.

— Проходи уже. А то дочь тебя так описывала, будто к нам президент Кореи приезжает.

— Папа!

Чимин рассмеялся первым и напряжение наконец немного отпустило.

Первое серьёзное испытание случилось за столом. Мама решила, что раз дочь привезла мужчину знакомиться с семьёй, нужно приготовить примерно на двадцать человек. На столе стояли: борщ, салаты, домашние соленья, картошка с мясом, пирожки и тарелка пельменей, которую мама принесла уже после того, как Чимин несколько раз сказал, что еды более чем достаточно.

Он смотрел на стол со смесью уважения и лёгкого ужаса.

— Жалеешь, что приехал? - Тихо спросила Т/И.

— Я просто пытаюсь понять, в какой момент к нам должны присоединиться ещё как минимум шесть гостей.

— Ешь, - мама поставила перед ним борщ.

— Это я понял даже без перевода, - посмотрел на Т/И Чимин.

Она в ответ засмеялась и стала ждать реакции парня. Он осторожно попробовал. Сначала ложку бульона, потом ещё одну. Мама и папа внимательно наблюдали. Т/И вообще перестала есть, потому что следила за лицом Чимина. Он проглотил и на мгновение задумался.

— Очень вкусно, - совершенно серьёзно сказал Чимин.

— Правда? - Просияла мама.

— Скажи ей, что правда. И что теперь я понимаю, почему ты постоянно жалуешься, что мой суп «какой-то не такой». - посмотрел на Т/И Чимин.

— Я такого не говорила, - прищурилась она.

— Говорила.

— Один раз! - Возмутилась Т/И.

— Семь, - улыбнулся Чимин.

— Значит, готовит? - Хмыкнул папа.

— Кто? - посмотрела на отца Т/И.

— Чимин.

— Да.

Чимин понял по интонации, что речь идёт о нём.

— Что? - Т/И перевела. - Конечно, - кивнул он.

— Хорошо готовит? - Поднял бровь папа.

Т/И посмотрела на Чимина, потом на отца.

— Скажем так: он просто очень красивый.

Чимин сразу понял по её лицу, что она сказала какую-то гадость.

— Что ты перевела? - Прищурился Чимин.

— Что ты отлично готовишь.

— Ты врёшь!

— Ешь борщ, - засмеялись все в комнате, кроме Чимина.

Через двадцать минут Чимин уже попробовал всё, что ему положили. А положили ему буквально всё. Особенно его заинтересовали солёные огурцы. Он съел один, потом второй.

— Это очень хорошо, - посмотрел на тарелку Чимин.

— Всё. Мама теперь будет присылать нам банки, - прищурилась Т/И.

— Я не против.

Мама, ничего не понимая, но заметив, что Чимину нравится, тут же подвинула миску ближе.

— Бери ещё.

Он послушно взял третий.

— Наш человек, - наблюдал за ним папа.

Настоящая «проверка» началась позже. Мама с Т/И ушли на кухню за чаем, а Чимин остался один в гостиной с её отцом.

Когда Т/И это поняла, в моменте чуть не уронила чашки.

— Мам.

— Что? - Невозмутимо спросила мама.

— Ты специально нас сюда позвала?

— Конечно.

— Зачем?!

— Пусть поговорят, - совершенно спокойно мама раскладывала пирог.

— О чём?

— О тебе.

— Вот именно!

Она уже собиралась идти обратно, как мама поймала за локоть.

— Не мешай.

— Мам, Чимин русский знает на уровне «здравствуйте» и «очень вкусно».

— Папа знает английский.

— Вот поэтому я и переживаю,- Т/И посмотрела с ужасом.

В гостиной действительно было тихо. Папа сидел напротив Чимина. Несколько секунд оба просто смотрели друг на друга, потом отец перешёл на английский.

— Ты давно с ней? - Медленно пытался подобрать слова папа.

Чимин немного расслабился и тоже ответил на английском:

— Почти два года.

— Любишь?

Вот так просто, без какого либо подвоха. Обычный вопрос на который Чимин знает ответит.

— Очень, - улыбнулся Чимин.

— Почему? - Кивнул отец.

Чимин явно не ожидал продолжения. Несколько секунд смотрел на свои руки, потом поднял глаза.

— Потому что рядом с ней я могу быть разным.

Папа слушал и не перебивал. Чимин говорил медленнее обычного, стараясь выбирать понятные слова.

— Не только хорошим. Не только весёлым. Не только сильным. Если я устал - она не требует, чтобы я улыбался. Если мне страшно - она не делает вид, что это слабость. - Пауза. - И она очень… добрая. Иногда даже слишком.

— Это есть, - усмехнулся папа.

— Но ещё она сильная. Иногда думает, что должна всё делать сама, но я не всегда могу помочь, а иногда она сама не позволяет, - слегка улыбнулся Чимин.

— Это тоже есть, - теперь оба рассмеялись, потом отец снова стал серьёзным. - У вас очень разные жизни.

— Знаю.

— Разные страны. Язык. Да и работа у тебя… необычная.

— Знаю, - кивнул Чимин.

— Ей бывает тяжело?

Теперь он ответил не сразу.

— Бывает, - Тише ответил Чимин. - И мне тоже.

— А дальше? - внимательно посмотрел на него отец.

Чимин сглотнул. Вот он вопрос, которого боялся весь день.

— Я не могу обещать, что всегда будет легко, - он говорил спокойно. - У меня работа, из-за которой я часто уезжаю. Иногда мы не видимся долго. Иногда оба очень устаём. Бывает мы ссоримся.

— Ссоритесь? - Чуть приподнял бровь папа.

— Да... Бывает очень сильно, - они оба усмехнулись. - Но я никогда не думаю во время ссоры, что мне нужна другая жизнь без неё. - Папа перестал улыбаться. - Даже когда я злой, я всё равно хочу потом вернуться именно к ней. Для меня это важно. - Небольшая пауза. - Я не знаю точно, как будет выглядеть наша жизнь через десять лет. - Он слегка нервно провёл ладонью по колену. - Но если она захочет, я хотел бы быть в ней.

Отец долго молчал. Чимин уже начал нервничать сильнее, но потом папа спросил по-русски:

— Водку будешь?

— Простите? - Моргнул Чимин.

И в этот момент в комнату вошла Т/И.

— ПАПА!

— Что? Проверку прошёл, можно расслабиться, - рассмеялся отец.

— Что он сказал? - посмотрел на неё Чимин.

— Лучше тебе не знать, - она закрыла лицо рукой.

— Почему?

— Потому что это российская ловушка.

Через час Чимин уже сидел рядом с её мамой и смотрел старые семейные фотографии. Т/И считала это предательством, а особенно что мать показывала самые ужасные.

— Мама, убери альбом.

— Вот здесь ей пять.

— Мама.

Чимин наклонился ближе. На фотографии Т/И стояла в огромной зимней шапке, красном комбинезоне и с совершенно несчастным лицом.

— Какая милая, - рассмеялся он.

— Я тебя ненавижу.

— А здесь первый класс, - мама нашла следующую.

Т/И попыталась выхватить альбом, а Чимин только поднял его выше.

— Нет, мне интересно.

— Ты больше никогда не выйдешь отсюда.

— Я готов рискнуть.

Он разглядывал каждую фотографию так внимательно, будто это были невероятно важные документы. Потом мама показала снимок подростковой Т/И с очень сомнительной причёской. Чимин замолчал.

— Даже не смей, - сразу заметила она.

— Я ничего, - прикусил он губой.

— Ты сейчас лопнешь.

— Я уважаю твоё прошлое.

— Чимин.

Он всё-таки рассмеялся, а Т/И ударила его диванной подушкой. Папа из кресла спокойно прокомментировал:

— Всё, значит, действительно наш человек.

Когда они наконец собрались уходить, было уже далеко за полночь. Мама упаковала им половину холодильника. Чимин несколько раз пытался отказаться, но понял, что это бесполезно. Теперь стоял в прихожей с огромным пакетом контейнеров, банкой огурцов и пирогом.

— Это нормально? - тихо спросил он.

— Поздравляю. Ты официально понравился маме, - застёгивая пальто сказала Т/И.

— А папе?

Она посмотрела в гостиную. Отец как раз подошёл, остановился перед Чимином и протянул руку. Тот сразу поставил пакет на пол и пожал. Папа сначала ничего не сказал, потом неожиданно притянул его ближе и коротко хлопнул по плечу.

— Береги её.

Чимин не понял слов, но смысл понял и посмотрел на Т/И.

— Он сказал: береги меня, - перевела тихо она.

Лицо Чимина сразу стало серьёзным. Он снова посмотрел на её отца и ответил медленно, но по-русски - явно фразой, которую тоже выучил заранее:

— Обязательно.

Т/И почувствовала, как моментально защипало глаза.

— Так, всё, -она быстро отвернулась. - Мы уходим, пока я здесь не разревелась.

— Я уже, - уже плакала мама.

— Мам!

— Почему все плачут? - Чимин растерянно посмотрел на обеих.

Папа взял пакет с продуктами и сунул ему обратно в руки.

— Иди. Это у нас семейное.

В машине Т/И молчала первые несколько минут. Чимин сидел рядом и держал на коленях банку огурцов, потому что места в пакете уже не осталось. Картина была настолько абсурдной, что она всё-таки рассмеялась.

— Что? - Поверулся он.

— Ничего.

— Ты весь вечер смеёшься надо мной.

— Ты сидишь в дорогом пальто с трёхлитровой банкой огурцов на коленях.

Чимин посмотрел вниз, потом совершенно серьёзно прижал банку ближе.

— Мне их подарили, - она рассмеялась ещё сильнее. - Я правда им понравился? - Улыбнулся он.

— Чима, - перестала смеяться Т/И.

— Что?

— Мама готова тебя усыновить.

— А папа?

Она немного помолчала.

— Папа не предлагает водку мужчинам, которые ему не нравятся.

— Так вот что он спрашивал? - Нахмурился Чимин.

— Да, - снова засмеялась Т/И.

— А ты не перевела!

— Я спасала тебя.

— От чего?

— От международного конфликта.

— Я очень переживал, - он покачал головой и стал серьёзнее.

— Знаю, - Т/И положила голову ему на плечо.

— Мне правда было важно, чтобы они поняли, что я... - он замолчал, подбирая слова.

— Что? - подняла взгляд она.

Чимин посмотрел в окно.

— Что я не просто мужчина, который сейчас рядом с их дочерью, - потом перевёл взгляд на неё. - Я хочу быть человеком, рядом с которым им не страшно тебя оставлять.

У Т/И мгновенно пропала улыбка.

— Чима… - внутри стало очень тепло.

— Я знаю, ты взрослая и тебя никому не нужно «оставлять». Я просто подумал сегодня, как сильно они тебя любят. Это видно во всём. В том, как мама тебе постоянно что-то подкладывает в тарелку. Как папа делает вид, что вообще не переживает, но смотрит на тебя каждые пять минут. - Его пальцы нашли её ладонь. - И мне почему-то стало очень важно, чтобы они знали: я тоже тебя люблю.

— Они знают, - переплела их пальцы Т/И.

— Точно?

— Абсолютно, - он наконец расслабился и Т/И прижалась ближе. - Кстати.

— М?

— Папа потом спросил меня кое-что.

Чимин моментально насторожился.

— Что? - Моментально насторожился Чимин.

— Когда ты приедешь снова.

Он несколько секунд молчал, но потом медленно улыбнулся.

— Значит, прошёл проверку?

— На отлично, - поцеловала его в щёку Т/И.

— Тогда в следующий раз привезём им кимчи, - Чимин довольно откинулся на сиденье.

— Только не остро, - Т/И сразу представила лицо отца.

— Почему?

— Потому что он из принципа съест и не признается, что ему плохо.

— Теперь понимаю, в кого ты такая, - рассмеялся Чимин.

— Какая? - Подняла голову Т/И.

— Упрямая.

— Пак Чимин.

— М?

— Ты слишком быстро освоился в моей семье.

— Мне нравится твоя семья, - он наклонился и коротко поцеловал её в висок. - Особенно их дочь.

И вот после этого даже Т/И пришлось отвернуться к окну, потому что улыбка стала совершенно глупой, а Чимин только сильнее сжал её руку и всю дорогу до гостиницы не отпускал. А на коленях у него так и стояла банка маминых огурцов.