День 26+21
Алина
Джемма никогда не придавала особого веса всяким гаданиям и суевериям, кроме профессионального интереса (с которым смешивался столь же профессиональный скептицизм). Вот счастливые трусы это да, рабочая схема в некоторых делах, послушать от знающих людей, что о тебе там им карты Таро нашептали — бесценно, а вот сколько ей там пропоет кукушка, Джемма считала бредом. Ей и сны снились только изредка, и то она их забывала, стоило следующему дню наступить.
В этот же раз, какая-то женщина пятидесяти плюс лет так внушающе вещала Джемме о гаданиях в Сочельник по календарю ортодоксов, что даже захотелось опробовать один из способов. Гадание заключалось в простом: положить рядом с собой на ночь тарелку с дольками красного яблока, а потом на утро посмотреть, что с ними произошло. По идее это что-то должно сказать о любви.
"А почему бы не попробовать? Ну на самом деле, что мне может сказать яблоко?" — продолжала думать Джемма, разрезая вечером яблоко, которое стащила из офиса.
— Приснись мне суженный, ряженый, и даже думать не смей подходить к моим волосам с расчёской.
С этими словами Джемма положила на прикроватную тумбу тарелку с яблоками, а сама, завернувшись в одеяло, провалилась в сон, который был полон тумана, подземных ходов, в которых виднелся образ какого-то высокого парня, от которого так и веяло скукой, но расторрмошить его, как и разглядеть внимательнее, не удавалось — до него не дотянутся, туман поглощал его всë сильнее и сильнее.
С чувством необъяснимого разочарования Джемма проснулась, не помня ничего из своего сна. Лениво потянувшись в кровати и пытаясь стереть со своего лица оставшееся чувство недовольства от сна, она таки села, и так и замерла с рукой в своей лохматой гриве.
Яблоки на прикроватной тумбе за ночь целиком сгнили. От них остались лишь ошмётки.