Демон в тебе 8

— Господин Санчез, вам письмо. — В третий раз за день Эдгар заходил в кабинет парня с этими словами, клал на стол конверт и тихо ретировался. В конце концов, он был помощником не только Саши. Не потому что у них не хватало денег нанимать отдельного для каждого, а потому что ему и Клайду помощь была нужна лишь эпизодически — принести бумаги или изредка составить компанию.

Саша как раз заканчивал разбираться с поставками чая. В последний раз махнув перьевой ручкой, он отложил бумагу подальше, чтобы тушь подсохла. Санчез обещал себе сделать перерыв на чай, но восковая печать алого цвета так и манила. Обычно он разбирал корреспонденцию в конце дня, чтобы планировать задачи на завтра, а не отвлекаться сиюминутно. Но на этот раз ему нестерпимо хотелось разорвать конверт и прочитать содержимое. Прикусив губу, он несколько долгих минут сверлил бумагу взглядом, будто та знала причину его нетерпения. Но вдруг там что-то плохое, и тогда весь оставшийся день пойдет насмарку? Нет! Нет! Такое элегантное письмо не может содержать дурных вестей.

Бледные руки потянулись к желтоватому конверту, ловким движением вскрыли его и откинули лишнее в сторону. Глаза жадно впились в строки. С первых же букв он узнал этот почерк, хоть и получал от него всего одно письмо и пару подписей в документах. Это был Пугод. Пугод звал его в театр на пьесу «Дворец истины» У. С. Гилберта. Саша не сильно погружался в современное искусство — пожалуй, у него не было на это времени, — но отказать Пугоду? Ни за что. Тем более в конверте уже лежал билет на субботу.

Переложив письмо и билет в свою сумку, Санчез придвинул к себе чистый лист, обмакнул ручку в тушь и начал писать ответ.

«Дорогой Пугод Вейнкрофт,

Примите мою благодарность за Ваше приглашение. Я с удовольствием составлю Вам компанию в театре в субботу.

Осмелюсь, однако, попросить Вас на будущее: удостойте меня сначала вопросом о моей возможности посетить мероприятие, прежде чем приобретать билеты. Мои выходные нередко оказываются заняты непредвиденными делами, и я был бы расстроен, вынудив Вас напрасно тратить Ваши средства.

Санчез Алькасар.»

Он несколько минут смотрел на лист. Хотелось добавить ещё пару фраз, но вдруг кто-то посторонний прочитает, и тогда у обоих будут проблемы. Нет. Пусть чувства останутся только между ними. Бумага слишком ненадежна для этого. Хотя парень все же добавил в конце небольшой рисунок розочки и рассыпал между строк несколько лестестков. Теперь письмо выглядело более изящным, даже немного женственным — из-за утонченного почерка Саши и этих наивных рисунков. Чтобы окончательно не испортить впечатление, он отложил лист для просушки и взялся за новый документ. Решил сделать перерыв позже. Заодно передал Эдгару готовый ответ.

Закончив переписывать на чистовик контракт, Саша вложил письмо в конверт и направился на этаж ниже, в комнату отдыха, попутно размышляя, почему некоторые клиенты настаивают на документах, написанных от руки, а не на печатной машинке? Это же в сто раз сложнее.

Зайдя в комнату, Санчез заметил Эдгара, растянувшегося на диване, и Ники, которая сидела перед зеркалом и пыталась уложить волосы.

— Добрый день. Как дела? — пройдя внутрь, Саша положил письмо на грудь парня, который, как оказалось, спал, и подошел к Ники, чтобы оценить её старания поближе. Девушка собрала волосы в массивную косу и закрепила её на затылке, так что прическа напоминала цветок. Она как раз втыкала в конструкцию последние шпильки с алыми цветами; композиция смотрелась прекрасно.

— Не скажешь, что ты сделала это сама. Очень красиво, — заметил парень, но в зеркале увидел недовольное лицо Ники; казалось, она вот-вот заплачет. — Где твоя служанка? Разве она не должна тебе помогать?

— У неё ребенок заболел. Клеш сказал, чтобы она не приходила и никого не заражала. А я что должна делать! У меня ничего не получается, — помрачнела она, и на глазах выступили слезы. Девушка уронила голову на стол, тихо всхлипывая. Господи, он не это имел в виду! Хотел просто чаю попить. — У меня важная встреча, и как я теперь пойду? — бубнила она.

— Эм... Попроси Эдгара! — нарочито громко предложил Санчез, и слуга на диване вздрогнул, сел и стал следить за диалогом. — У него же есть сестра, наверняка он помогал ей со сборами.

— Что?! Парень такого статуса не может меня касаться, — но она все же подняла голову и посмотрела на Эдгара. — Только если он никому не скажет...

— Не скажу! — тут же подскочил парень и приблизился к ним. Письмо тем временем лежало на столике у дивана.

— Действительно, Ники, мы не найдем человека, более преданного нашей компании, чем он, — с улыбкой произнес Саша, отходя к водонагревателю. Налив воду в стакан, он добавил заварку и, помешивая, продолжил. — Я тоже никому не расскажу.

Ники перестала всхлипывать, а Эдгар уже приступил к разбору прически. Решив не мешать им, Санчез ушел с чаем в свой кабинет. Там тоже было спокойно; главное — не подходить к столу с документами. Один раз он уже пролил чай на бумаги, и пришлось пожертвовать парой выходных, чтобы все восстановить. Бр-р. Вспоминать было страшно.

***

Дни пролетели ужасно быстро. Саша не успел узнать, о чем будет постановка, даже примерно! Знал только название: «Дворец истины». В голову не приходило ни одной внятной идеи, о чем может быть пьеса. Авторы часто грешили философскими названиями, по которым в жизни не угадаешь содержание.

Но да ладно. С самого утра парень был на взводе, то и дело поглядывал на часы. У театра нужно было быть в пять вечера, сейчас только восемь утра, а он уже не находил себе места. По сути, это было их первое полноценное свидание, а не случайная встреча на балу. Слишком волнительно. Свое беспокойство Санчез пытался загнать в чтение очередного любовного романа, который недавно подарил ему Диамкей в шутку. Мол, ты же не станешь это читать? Еще как станет. Хотя там наверняка будут какие-нибудь извращения, это ведь подарок от Димы. Но это лучше, чем маяться весь день от мыслей о Пугоде.

Роман, как ни странно, оказался интересным. История о бедном юноше, который влюбился в богатую девушку, но, получив большое наследство, понял, что она не так уж и интересна. Поскольку ранее она не отвечала ему взаимностью, он нашел любовь в другой — небогатой, но прекрасной. Обычно подобные сюжеты заканчивались иначе, что всегда бесило Санчеза. «Ей же нужны только твои деньги, почему ты на ней женишься? Дурак».

А за поздним обедом, который он сам сварил на скорую руку, Саша задумался, зачем Дима вообще дал ему эту книгу. Не намёк ли это на то, чтобы Санчез возвращался обратно в свое село где-то под Лондоном и искал счастье там. Если это так, то он может и не ждать. Там его видеть не желают.

Следующий час Саша потратил на сборы и попытки уложить свои длинные волосы в нечто, напоминающее современную прическу молодых артистов, — все-таки он шел в приличное место. Но волосы отказывались слушаться, как бы он ни старался. Вот у Пугода чёлка вообще не двигается, будто ей всё равно, в каком положении находится хозяин. Может, он ее приклеивает? Либо это мания, либо он умеет обходить законы физики, что тоже сродни магии.

До театра он добирался пешком. Погода была прекрасной, что удивительно: в прошлом году в это время лили нескончаемые дожди, деревья стояли голыми, а листья гнили под ногами. Тогда хотелось только забыться и накуриться, но сейчас светило солнце, растительность лишь начинала желтеть, и, слава богу, не было ни одной лужи.

Санчез не заметил, как начал напевать себе под нос незамысловатую песенку, которую слышал в детстве от служанки; под этот напев шаг ускорился. До театра он дошел за рекордные сорок минут вместо положенного часа. Возможно, он бы прошел мимо, если бы не засмотрелся на забавную красную карету, сколоченную из железа. Интересно, сколько она весит? Как лошади её тянут? Он так увлекся, что врезался в целующуюся пару. Дама вскрикнула, чуть не упала, но мужчина подхватил ее и прижал к себе. Санчез отступил назад, откинул чёлку с глаз, чтобы разглядеть пострадавших.

— Смотрите куда идете, юноша! — басисто произнес морщинистый мужчина, хмуро глядя на Сашу. — Новое поколение, совсем не видят мир вокруг! — продолжил он, прижимая к себе девушку, которая была даже младше Санчеза. Та вся сжалась, по рукам пробежала легкая дрожь, а глаза она зажмурила до белых пятен. Парень скривился и, не ответив, направился к главному входу в театр. Обычно он не позволял себе грубости, но от лицемерия мужчины стало тошно. Нравоучения такого человека ничего не стоили.

Зайдя внутрь, Санчез не обратил внимания на голубой интерьер и белые сводчатые потолки. Небрежно показав охраннику билет, он спросил, где курилка, и направился туда. Он предпочитал курить в одиночестве, но побоялся, что тот мужчина начнет его тыкать: «Такой молодой, а уже курит!» — хотя сам, скорее всего, курит вдвое дольше, чем Саша живёт на свете. Войдя в нужную комнату, пропахшую табачным дымом, Санчез поморщился и, подойдя к окну, распахнул створки. Пара мужчин покосилась на него; видимо, они собрались здесь задохнуться.

Плюнув на этикет, он уселся на подоконник у открытого окна, достал из кармана штанов сигарету и зажигалку, закурил. На него смотрели несколько секунд, после все вернулись к своим напыщенным разговорам. Кто-то рядом принялся рассуждать о «новом поколении». Почти все курили трубки, а не сигары, но Саша считал их слишком громоздкими. Да и рядом с таким агрегатом он выглядел бы глупо, как дитя. А он уже не ребенок!

Поглядывая на часы над дверью, Санчез болтал ногами, медленно курил и ждал, когда подойдет время их сеанса. Ещё бы не помешало сразу найти Пугода. Саша давно не был в театре и не представлял, как найти своё место. Зато он прекрасно знал, что принято приходить за двадцать минут до начала. Когда до начала осталось десять минут, он бросил окурок в небольшое белое блюдце и вышел из комнаты. Окно за ним тут же захлопнули. Видимо, компания всё-таки решила угореть. Но это была уже не его проблема.

Холл наполнился людьми. Мужчины в темных костюмах и с зализанными волосами, женщины — в светлых нарядах и с замысловатыми прическами на каркасах. В волосах дамы перед ним что-то зашевелилось, и парень вздрогнув, постарался отойти в сторону нужной ему двери. Попутно он высматривал высокий черный цилиндр. Хорошо, что они сейчас не в моде, и Пугод должен был выделяться.

Санчез пробрался сквозь толпу к залу. Мужчина в синей форме перепроверял билеты, прежде чем впустить зрителей внутрь. Пугода он всё ещё не видел. В груди зашевелилась легкая тревога. Может, он что-то перепутал? Пришел не туда или не в то время? Полез в карман, достал билет, еще раз изучил. Нет, всё правильно. Прикусив губу, он продолжал водить глазами по бумажке, пытаясь убедить себя, что ошибки нет.

Люди рассасывались по залу, а те, кто появлялся в дверях, направлялись внутрь, не задерживаясь в холле. Санчез уже хотел спросить кого-нибудь из сотрудников, как сзади на его плечо легла теплая рука, а ухо обдало горячим, но знакомым дыханием.

— Что? Уже испугался? — с усмешкой произнес Пугод, сильнее сжимая ладонь на чужом плече.

— Вообще-то, неприлично приглашать человека, а потом опаздывать! — вспылил Саша, выкручиваясь из хватки и поворачиваясь к нему лицом. Он уже набрал в легкие воздуха, чтобы продолжить, но его перебили.

— Я ещё не опоздал. А вот если ты будешь кричать, мы точно опоздаем. Да, сэр? — переведя взгляд с парня на мужчину в синем, Пугод прищурился, и тот сразу же покрылся мурашками и закивал. — Вот видишь, Саша? Пойдем. — Вырвав из его рук билет, он протянул мужчине оба и прошел внутрь. Пугод шагал впереди — уверенно направляясь к сцене. От неё отходило несколько лестниц, ведущих на разные балконы. Старший оглянулся на поспевавшего Санчеза, кивнул и поднялся выше.

Они оказались на третьем ярусе балкона. У золотых перил стояли два стула, обитые дорогой тканью карминного цвета. Пугод кивнул Саше, предлагая выбрать место. Тот выбрал место поближе к сцене и оглянулся. Старший кивнул и присел на оставшееся. Рядом доносились чужие голоса: справа беседовали две молодые девушки, слева — супружеская пара.

Разговаривать в такой обстановке не хотелось, и Саша молчал, глядя на сцену, закрытую карминным занавесом. Тишина на их балконе давила на парня, но начинать беседу первым он не хотел. В груди еще тлела обида на опоздание Пугода.

— Ты знаешь, о чем будет постановка? — тихо спросил Пугод, облокотившись на перила балкона. По лицу Саши он понял, что тот не в курсе. Улыбнулся и хмыкнул. — Ничего, сюжет простой. Но если что, я тебе помогу разобраться. — И он подмигнул.

Санчез никак не отреагировал, продолжая смотреть на сцену в ожидании начала действия. Вскоре прозвенел звонок, занавес открылся, и на сцену выбежал мужчина, нарядом напоминавший короля.

***

Всю пьесу и весь антракт они просидели молча. Саша старался понять сюжет, но тот был до безобразия простым и одновременно запутанным. Король много лет ходил во дворец, в котором говорят только правду; его жена просила отвести туда принца и принцессу, потому что они должны скоро пожениться, а она, видите ли, не видела между ними страсти. Огромной толпой, зачем-то прихватив слуг, они пришли туда и начали задавать друг другу вопросы, после чего началась настоящая «Санта-Барбара», в которой Санчез ничего не понял. Ни кто кому изменил, ни кто кого любит, ни у кого в итоге оказался артефакт, который помогает обходить магию дворца, и работает ли он вообще, и кто с кем в итоге остался.

В молчании они покинули театр. Саша размышлял над увиденным. Он пытался докопаться до смысла, но мозг кипел не хуже, чем во время сделки с особо вредным клиентом. Пугод поглядывал на парня из-за плеча; тот плелся позади, совершенно не следя за дорогой. Поэтому Пугод выбрал направление сам — повел к ближайшему кафе.

Саша очнулся от мыслей, только споткнувшись о порог, и быстро огляделся.

— Мы где? — поправляя штанину, спросил он.

— В кафе, — коротко ответил Пугод и направился к столику у открытого окна. Саша, наконец отряхнув брюки, подошел и занял место ближе к окну.

— Не думал, что вы выберете такое место, — тихо усмехнулся Санчез, поправляя чёлку.

— Это ещё почему? — возразил Пугод, подпирая голову кулаком и с интересом глядя на парня.

— Ну... Здесь же не подают алкоголь? А ты на каждой встрече его пил.

— Так совпало. Мне не обязательно постоянно пить. Я просто хочу угостить тебя. Ты не против?

— Нет.

Пугод кивнул, поднялся и направился к кассе. Пока он выбирал у витрины десерты и напитки, Санчез осматривал посетителей. Ему хотелось курить, но можно ли? Надо бы почитать правила этикета, чтобы не позорить ни себя, ни отца, ни Пугода. Вот вошел мужчина, сел у окна и сразу же задымил трубкой. На него никто не оглянулся, все продолжали мило беседовать и есть пирожные.

Немного помявшись, Саша достал из кармана сигарету, прикурил и сделал затяжку. К столу как раз подошел Пугод. Он поставил два небольших блюдца и сел на свое место, испепеляя парня взглядом.

— Тебе не идет курение, — строго произнес старший, слегка хмурясь.

— Правда? А мне другие говорили обратное, — выдохнув темный дым, ответил Саша. — В любом случае, это просто способ снять стресс.

— М-да. И где же ты так намучился, детка? — в его голосе прозвучал сарказм. Санчез закатил глаза, потушил окурок о подошву, завернул в салфетку и отложил.

— Я давно не был в театре, а ты ещё и опоздал. Я думал, что пришел не туда, или опоздал, или ещё что-то перепутал. И постановка... Слишком странная. Много персонажей, я в них запутался.

— Извини, я закупил новых лошадей, и кучер пока с ними не справляется. Немного задержался, — признал Пугод. — А основную идею ты хоть понял? — Подвинув к парню тарелку со светлым бисквитом и голубой розой из крема.

— Хм... — Санчез взял ложку, отломил кусочек мягкой розочки и съел. — То, что все друг другу изменяют? Я ничего не понял.

— Ха. Ладно, я найду для тебя печатное издание пьесы, — себе он выбрал пирожное «картошку», посыпанное орехами. — А что бы ты делал, если бы попал во дворец истины?

— Наверное, говорил бы правду? Разве есть варианты? — пожал плечами он и съел еще кусочек.

— Может, ты хотел бы что-то спросить? У меня, например? Что бы ты спросил?

К столу подошла официантка в черном платье, поставила перед ними две дымящиеся чашки с чаем, поклонилась и удалилась. Пугод сразу же взял свою и отпил, даже не поморщившись. Саша побоялся прикасаться к чему-то настолько горячему.

— Про твои глаза, конечно, — глядя на его чай, произнес парень, кладя ложку в рот. Пугод сразу нахмурился, откинулся на спинку стула и насупился.

— Глупый вопрос. Я и сам не знаю, что с ними, — фыркнул он, поджав губы.

— Серьезно? А когда они стали такими?

— Наверное, с рождения. Моя мать сошла с ума от моего присутствия. Отец решил, что это из-за странных глаз, и прятал меня от людей. Это сработало. Но чисто теоретически, я могу довести человека до сумасшествия одним взглядом. Так себе дополнение.

— Зато красиво. Да и я пока не сошел с ума. Я же, по сравнению с другими, много в них смотрел?

— Вообще-то... — Пугод отпил чай и помолчал с минуту. — Да. Ты хорошо держишься. Или моя магия ослабевает. Я был бы рад от этого избавиться.

Саша улыбнулся; его пирожное закончилось, и он взглянул на «картошку». Пугод даже не притронулся к ней. Проследив за взглядом, тот усмехнулся и подвинул сладость к Санчезу.

— Ешь, если нравится. Я не большой любитель сладкого. Зато чай здесь отменный.

— И чертовски горячий. Они его на костре греют? Почему он так дымится? — с улыбкой съев первый кусок «картошки», удивился Саша.

— Это такой сорт, но да, он очень горячий. Мне нравится.

— Кстати! Как там бар? Нужно будет зайти к тебе и посмотреть, как получилось.

— Мне всё нравится. Можешь не утруждаться.

— Не-а. За рабочими только и смотреть, ты мог и не заметить, если они что-то напортачили. Твой «магазин» работает с девяти до трёх, да? — Пугод слегка кивнул. — Мы зайдем к тебе через пару дней.

— Кто «мы»?

— Возьму кого-нибудь с собой. Чтобы проверили мою работу. Я все ещё считаюсь новичком, и крупные заказы за мной перепроверяют. Но я уверен, что всё сделал правильно! — гордо заявил парень, в два укуса доедая «картошку».

— Хах. Хорошо, как скажешь. Буду ждать. Ты уже всё? Тогда пошли.

Санчез кивнул и последовал за Пугодом на улицу. Тот направился обратно к театру. У дороги стояла знакомая карета; похоже, он шёл именно к ней.

— Мы расходимся? — догнав, спросил Саша.

— Могу тебя подбросить, мне всё равно в ту сторону.

Санчез огляделся. Погода всё ещё была прекрасной, ни тучки на небе.

— Не-а. Я пешком пойду, хоть погуляю. Не сидеть же вечно в четырёх стенах, — с легкой улыбкой произнес он, останавливаясь у кареты.

— Хорошо. Удачи тебе, — склонившись к Санчезу, Пугод чмокнул его в щеку и скрылся за дверцей кареты.

Парень стоял в оцепенении, пока экипаж не скрылся за поворотом. Встряхнув головой, Саша побрёл домой, обдумывая всё произошедшее за этот вечер.