Демон в тебе 13

Пугод спал в одной комнате с Санчезом ещё несколько лет. Потом подростковый максимализм взял свое, и на два года, с четырнадцати до шестнадцати, парень жил отдельно, забравшись на необитаемый чердак. Ему, видите ли, там лучше думалось. Саша, как хороший родитель, пытался переселить подростка в место получше. Но Пугод был категоричен в своем решении. Пришлось обустроить «детскую» там.

На свое семнадцатилетие Пугод явился к Санчезу в спальню в разгар ночи, чтобы «просто поговорить по душам». А потом — «просто уснуть у него на кровати» и «просто больше не покидать комнату».

Тогда Саша очень удивился такому поступку. Его маленький милый мальчик давно вырос и не должен был спать с ним. Но даже так отказать он не смог и просто смирился. Они ведь не делали ничего незаконного. И родственниками не являлись. Хотя Санчез первое время пытался выстроить семейные отношения. Ничего не вышло: Пугод воспринимал его как забавного друга постарше, который всё разрешает.

— Пора спать, — Санчез задернул шторы и взглянул на кровать.

Пугод валялся на своей стороне, придвинувшись поближе к тумбочке с газовой лампой. Он нервно покачивал ногой и покусывал губу, читая книгу «Грозовой перевал» Эллис Белл, которая недавно пропала с тайной полки горе-родителя.

— Я серьезно! Ты уже не маленький. Должен понимать, что чтение до полуночи ни к чему хорошему не приведет, — он, хмурясь, пробежал взглядом по обложке своей книги. — Тем более такого.

— А ты прям святоша, видимо, — Пугод закатил глаза, захлопнул книгу и помахал ею в воздухе, напоминая, кто именно принес это чудо в дом.

Саша фыркнул. Собственное увлечение женскими романами казалось ему слишком глупым, и он старательно скрывал каждую новую книгу. Но маленький демон все равно находил каждую и демонстративно читал при нем.

— Нет. А тебе бы пора перестать рыться в моих вещах. Это личное, — Санчез погасил лампу, что стояла на столе, где пару минут назад он заканчивал с пригласительными на день рождения. — Тебе, черт возьми, сегодня восемнадцать. А ты все ещё спишь со мной. Не думал что-то пересмотреть? — в воскресенье запрещалось устраивать балы, и празднование перенесли на среду следующей недели.

— Ммм... Как стукнет двадцать один, может, подумаю. Я же только тогда буду взрослым. А сейчас меня всё устраивает, — он победно улыбнулся.

Саша вздохнул полной грудью. Как всегда — бесполезно. Подойдя и свалившись на кровать, он растянулся звездочкой. Мол, «я тут хозяин». Пугод воспринял это по-своему. Сощурил глаза, медленно отложил книгу, не отрывая взгляда от мужчины, и пересел на его живот. Санчез, подняв брови, взглянул на него. В ответ ему пожали плечами.

— Я ведь почти взрослый? Да? — склонив голову, Пугод невзначай опустил руки на край ночной рубашки.

— Чтобы считаться взрослым в обществе, тебе не хватает трёх лет. Но если учитывать мое мнение, то да. Ты взрослый.

— А раз я взрослый... Не хочешь всё же рассказать, как я у тебя оказался и почему ты положил всю свою жизнь на мое воспитание?

— Эм... Во-первых, это неправда. Я живу прекрасной и счастливой жизнью. Может, я всегда о таком и мечтал? Во-вторых, твои родители отправили тебя ко мне, чтобы уберечь от эпидемии холеры. В столице, как никак, тебе бы точно могли помочь, вдруг ты заболеешь. А как ты уже знаешь, тебе бы там не помогли. Твои родители от этого и умерли...

— Да-да. Глупые туристы привезли в город вирус, и все умерли. Но, раз ты такой богатый, почему не помог перебраться и моим родителям?

Санчеза и без того грызла совесть из-за «исправления» могил родителей Пугода. Огромный грех, если задуматься. Но он ведь во благо? Навряд ли Бог станет смотреть на такое. Он потревожил покой двух давно покинувших мир людей, которые и так страдали от демона под боком.

— Мог. Конечно, мог. Но они попросили защитить именно тебя. Я, как видишь, справился. Ты не рад?

— Рад... Но я скучаю по ним. Почему они не попрощались со мной и ничего не объяснили?

— Мы уже сто раз это обсуждали. Ты думаешь, что я что-то от тебя скрываю? Разве мои слова хоть раз менялись?

— Нет, — Пугод тяжело вздохнул, его лицо осунулось, а в карих глазах потух огонек. В нем теплилась надежда на магическое воссоединение со своей настоящей семьёй. Сашу он тоже любил. Но он не мог заменить ему родных. — Тогда почему ты не заведешь семью? Тридцать лет, как никак. — за пару секунд он перешёл обратно к игривой форме. Правая ладонь скользнула под рубаху и погладила впалый живот Санчеза.

— Мм... Куда уж мне? Кому нужен мужчина с ребенком?

— Я уже взрослый и явно не создаю так много проблем, как раньше! И многие женщины готовы разделить ложе с тобой.

— Тебе-то откуда знать?

— «Ой, а твой братец не женат? Ой, а почему? Ой, а давай ты нас познакомишь», — он изобразил наигранный женский голос. — Фу! Как же они мне надоели. Тебе бы хоть для вида завести женщину.

— Хах. И как я объясню, что со мной спит мой «брат»?

Всем они представлялись как братья с очень большой разницей в возрасте. Пугод это принял, хотя, когда они оставались наедине, использовал легенду как способ подшутить или выпросить у Саши очередную личную книгу.

— Ой. Подкупил весь дом, сможешь и женщину продажную найти. Большая проблема, прямо, — Пугод закатил глаза и свободной рукой щёлкнул его по лбу.

— Эй! Совсем берега попутал!? — Санчез не успел разразиться лекцией про уважение к старшим, как его перебили. (Никакого уважения!)

— Знаешь, почему я ушёл на чердак? — он заманчиво прищурил глаза, зная, как братец мечтал об этом узнать. — У тебя есть забавная привычка выворачиваться из одежды и одеял, пока спишь. Если я просыпался раньше и наблюдал эту картину, то испытывал приятное жжение внизу живота, — Пугод расплылся в лёгкой улыбке, а щеки Саши вспыхнули от осознания. Тот бы в жизни о таком не подумал. — Я спросил у учителя.

— Что ты сделал!?!

— Слушай и не перебивай! Или ничего не расскажу! — ... — Он сказал, что это пройдет с возрастом. Где-то после семнадцати. И ещё, если меня это волнует, я могу на это время перебраться в другую комнату.

— Это он тебе посоветовал на чердаке запереться!? Я его прибью!

— Нет! Это я сам решил. Там прикольно! Столько разных вещей. Ты не помнишь! И ещё раз! Не перебивай меня! — Пугод снова щёлкнул его по лбу, чтоб не встревал. — Но это чувство не прошло. Тогда я поговорил с Ники. Она ведь каждый день просыпается в кровати с мужчиной, ей, наверное, виднее, — он непринуждённо пожал плечами.

Санчез откинул голову на подушку и прикрыл глаза. На этом историю можно было закончить. Он знал уровень советов Ники ещё с момента отношений с демоном. Они работали, но были крайне радикальны. Вроде: «Тебе не нравится, что он слишком сильно тебя трахает? Ну так трахни его тоже, чтоб понял!» — только вот после этого они больше не спали. Проблема решилась, но не так, как хотелось.

— Она посоветовала рассказать всё тебе и посмотреть на твою реакцию.

— Я в шоке! Господи! Сын моих друзей возбуждается от моего вида! Как я должен, по-твоему, отреагировать?

— Положительно? — Пугод перевёл руку, что лежала на животе, на пах мужчины и осторожно погладил выступивший бугорок.

— Мх... Не трогай там!

— М, думал, я не замечу? Я думал, чем же мог привлечь тебя. Ты ведь относишься ко мне как к ребенку, хотя я уже совсем не маленький. Когда я ещё жил с родителями, мне часто говорили, что я похож на отца. Очень похож. Может... Ты имел с ним какие-то связи?

— Боже мой! Не говори так о своем отце! Это ужасно!

— Тц. Я почти его не помню. Для меня ты в сто раз важнее, чем он. Так что? Вы имели какие-то интимные связи? — Санчез молчал. Ему было очень некомфортно обсуждать давно умерших людей. Он считал себя виноватым перед ними. — Ладно. С этим как-нибудь в другой раз. А со мной... Со мной ты хочешь интимных связей, Саша?

Санчез сделал глубокий вздох и открыл глаза. Пугод красивый. Очень похож на ту версию, что знал мужчина. Только теперь без заманчивых глаз и надоедливой чёлки. Так он казался даже красивее.

— Можем попробовать... — тихо согласился Саша, зажмурив глаза. Сдерживать свое влечение столько лет было сущим адом. Он даже не смел мечтать, что когда-нибудь Пугод посмотрит на него в таком свете.

— Прекрасно! — парень взвизгнул и сразу же огляделся, обдумывая, с чего бы начать. Во-первых, он перебрался с живота мужчины на кровать, между его ног.

— Ты уже решил, что собираешься делать? — Санчез воспользовался моментом, собрался с мыслями и сел, прижавшись к спинке кровати.

— Прям досконально не думал. Но однажды представил, как бы я взял тебя на нашей кровати. Мм... Это выглядело очень красиво! И я смогу увидеть это вживую! — он вновь вскрикнул от счастья.

— Если бы всё было так просто, как ты думаешь, — Саша закатил глаза. — Ладно. Раз идея твоя, то и процессом руководить будешь ты. Что мне сделать?

— Уф... М... Ляг? Посередине и на спину, — Пугод прищурил глаза, всматриваясь в образ Саши. Тот, не теряя времени, перебрался на центр и повалился, раскинувшись всё так же звездой.

Санчез взглянул в потолок и сделал глубокий вдох. Мысли о неправильности решения сильнее заполняли голову с каждой секундой.

«Я же его воспитал... Я предал память его родителей... Я ужасный человек!» — дыхание совсем сбилось. Перина рядом прогнулась, и совсем близко мелькнула тёмная копна волос.

Пугод устроился там же, между ног мужчины. Склонившись над ним, он слегка трясущимися руками начал методично расстёгивать пуговицы на ночной рубашке. Саша зажмурился ещё сильнее, стараясь заглушить внутренний голос, что так беспощадно закидывал его обвинениями. По оголённой груди пробежали мурашки. Санчез в удивлении раскрыл глаза. Всё в миг стихло. Он встретился с испуганными карими глазками напротив.

— Тебе не будет холодно?

— Нет. Не глупи и продолжай, — Саша постарался улыбнуться.

Парень кивнул. Последние две пуговицы были побеждены без прежней дрожи. Он с предвкушением развёл края одежды, взглянул на чужое тело и облизнулся.

— Впервые я могу посмотреть на это с твоего разрешения, — Пугод сглотнул и протёр губы запястьем. Саша неопределённо хмыкнул, согнул ноги в коленях, а руки сложил за головой. — Ты очень красивый. Все взрослые мужчины выглядят так? — тёплая ладонь осторожно легла на середину груди и медленно пошла вниз.

— Без понятия, — на выдохе отозвался Санчез. Он не заметил, как затаил дыхание, ожидая прикосновения.

— У тебя вообще нет опыта в этом? Даже с женщинами? — парень добрался до ночных штанов, подцепил сразу две резинки и потащил вниз. — И для кого ты себя бережёшь, дорогуша?

— Есть, вообще-то. Я бы не стал соглашаться, если бы не был уверен, что мне понравится.

— Во-от как! И кто же был этот счастливчик? — Пугод очень медленно избавлялся от нижней части одежды. Саше хотелось стукнуть его, чтоб двигался быстрее. Но детей бить нельзя, поэтому он откинулся на руки и взглянул в потолок. — Честно говоря, меня очень привлекала мысль быть у тебя первым...

— Ты опоздал лет так на десять, — Саша прикусил губу, чтобы не рассмеяться от абсурдности ситуации. Формально, всё это время он спал с одним «человеком», только в разных телах. А сейчас его впервые трогал реальный человек, который хотел его не по каким-то извращённым причинам.

— Ох. Иногда забываю, что ты намного старше меня. И сколько у тебя было?

— Если партнёров, то один. Если раз, то я сбился со счёта в первый же день.

— Чего!? И почему я никогда не видел его!? Санчез! Так нельзя!

— Во-первых, мы разошлись в момент, когда ты появился. Он был не готов воспитывать ребенка. Я сказал, чтоб шёл на все четыре стороны, если не хочет принимать тебя. Во-вторых, делай уже что-то! Или я тебе коленкой врежу.

— Ой. Ну ты и злюка...

— Ты можешь применить свой длинный язык в другом месте, — Санчез легонько стукнул бедро Пугода коленкой. Тот снова ойкнул и наконец избавился от штанов и нижнего белья. — О Господи, это случилось!

— Перестань... Ты меня смущаешь! Что мне дальше делать? — Глаза Пугода недовольно потянулись к полувставшему члену. Сглотнув, он встретился с ним взглядом и ещё через секунду накрыл ладонью.

— Мх-а...

— Тебе нравится? Ты такой горячий... и такой мокрый, — Пугод обхватил член и несколько раз провёл по всей длине, размазывая скопившуюся на головке влагу. Санчез протяжно выдохнул и откинул голову на простыни. Проведя по возбуждённому органу ещё пару раз, он отнял ладонь и положил два пальца себе в рот. — Ммм... А ты солёный... — с лёгкой усмешкой отвечает он на вопросительный взгляд снизу.

— Вижу, ты и без моих советов разобрался, что делать. Молодец, — Саша приподнялся на локтях и заглянул в чужие глаза. Их обладатель очень старательно смазывал пальцы слюной. Уже через полминуты он подставил их к входу. Немного помедлив, Пугод с лёгким сопротивлением протолкнул внутрь один и осторожно подвигал им. — Мх...

— Тебе больно? Я что-то не так делаю? — обеспокоенно спросил парень, но что-то внутри подсказывало, что всё идет как надо.

— Нет. Всё хорошо, в начале всегда немного неприятно. Продолжай.

— Ага, — парень с интересом глядел вниз, чем очень смущал Санчеза. Его щёки покрылись румянцем, а дыхание сбилось. — Я ведь могу добавить второй? — вопрос был риторическим, ведь не успел Саша среагировать, как почувствовал новый объект в себе. Пугод действовал мягко, но быстро. Каждое его движение буквально кричало о желании войти внутрь.

— Малыш, не торопись. У нас вся ночь впереди. Насладись моментом. Я не хочу, чтобы всё закончилось через две минуты, — Санчез продолжал рассматривать личико парня. С сосредоточенного оно перешло в растерянное, а движения внутри прекратились. — Всё хорошо. Давай я тебе помогу? — Теперь Пугод выглядел удивлённо, брови поползли вверх, а глаза широко распахнулись. Саша перехватил его ладонь в свою и толкнул чужие пальцы поглубже. — Ах... Давно я такого не ощущал.

Щёки парня тоже покрылись лёгким румянцем. Он устремил взгляд обратно к дырочке, теперь процесс завораживал ещё больше.

«Санчез трахает себя моими пальцами... Кому я должен продать душу, чтобы ещё раз это увидеть?» — мелькнуло в голове Пугода.

— Ты можешь двигать ими. Вверх, вниз или раздвинуть. Пробуй, — Саша расслабил ладонь, позволяя ему вновь выбирать темп. Тот кивнул и развёл пальцы подобно ножницам, потом принялся ощупывать мягкие стенки, пока не добрался до выпирающего комка. Долго не думая, он прошёлся по нему пальцами. Санчез моментально вскрикнул и выгнулся в спине. — Ой, — издевательски произнес Пугод и добавил третий палец. Тот вошёл без преград. Возможно, Саша до конца не осознал, что только что произошло. Слишком давно не испытывал подобного.

— Я... я думаю, ты уже можешь войти. Только дай мне подушку!

— Э? Что за странное условие?

— Кхм... Честно говоря, не помню, чтобы в такой позе меня брали. Обычно лицом в кровать или другую поверхность, и я за что-то держался. А сейчас не за что, а руки чешутся.

Пугод усмехнулся и достал пальцы с хлюпающим звуком. Развернувшись, он подхватил подушку в белой наволочке и положил на грудь Санчеза. Тот сразу обвил её руками и прижал к себе.

— Спасибо.

— У тебя есть любимая поза? И почему ты мне сразу не сказал про свой опыт? Может, нам стоило попробовать то, что тебе нравится, сначала? — Пугод приподнялся и одним движением стянул с себя ночные штаны, посмотрев на свой вставший член. Он был так увлечен другим, что не заметил собственного болезненного возбуждения. Хотя, как при таком очаровашке не забыть про себя?

— Есть. Но я расскажу тебе потом. Не отвлекайся, пожалуйста. Если ты хочешь просто говорить, то давай я оденусь и принесу чай!

— Нет! Извини, — Пугод пристыжённо отвёл взгляд. Плюнув себе в ладонь, он размазал слюну по ноющему члену и подставил его к растянутому отверстию. Парень взглянул на Санчеза. Тот почти полностью скрывался за подушкой, что, признаться, его расстроило. Виднелись только янтарные глаза и белая макушка. А взгляд выражал «ещё один вопрос — и ты идёшь нахуй». И какой же выбрать ритм?

— Подушка в мои планы не входила, — пробормотал Пугод, склоняясь над телом. Одной рукой он упёрся сбоку от Санчеза, а второй направил член. С лёгким толчком внутрь вошла головка. Горячие стенки обхватили её. Ощущения были непривычными, куда более приятными, чем долбёжка в руку. Он толкнулся ещё раз, войдя наполовину, и застыл. Из-за переполнявших его чувств и побелевших костяшек пальцев на подушке. — Саша? Тебе больно? — парень ощутимо долго пялился на его руки, но взгляд на глаза совсем напугал. В их уголках собирались слёзы.

— Всё хорошо! Не бойся, мне не больно. Просто я уже не надеялся, что смогу ощутить такое... Ты такой красивый... и большой. Я правда тебя вырастил? Правда я?.. Не верю. Ты слишком великолепен.

Повисло неловкое молчание. Пугод не осознавал и половины слов, что сказал ему Санчез. Впервые на его памяти Саша заплакал. Тот был довольно эмоциональным, часто радовался, грустил, злился, но слёз мальчик никогда не видел. Почему? Это новая ступень их доверия?

Пугод, не задумываясь, вырвал из его рук подушку и откинул в сторону. Та, судя по звуку, улетела на пол. Не прошло и секунды, как он прижался к чужой груди и накрыл своими покусанные губы. Последний толчок — и он вошёл до конца.

Поцелуй вышел неудачным и смазанным, младший сразу же отстранился, понимая, какую глупость совершил. Санчез запустил руки в копну тёмных волос и притянул к себе, целуя. Прям по-взрослому, взасос и с языком, с полной инициативой Саши. Только от этого Пугод мог кончить. Но где-то на задворках сохранилась капля сознания, и тело сделало несколько резвых толчков, прежде чем излиться внутрь. Не так позорно, как могло бы быть.

Саша закатил глаза и простонал в поцелуй.

— Боже мой. Надеюсь, в свой первый раз я продержался дольше, — стоило их губам разомкнуться, как Санчез залился смехом, и даже член ему не помешал.

— Я разве был плох?..

— Нет. Ты моё сокровище, — Саша притянул его к себе и чмокнул в губы. — Просто ты соперничаешь с очень-очень опытным человеком.

— Тц. Если я его найду, то прибью. И не с кем мне будет соревноваться, — Пугод надул щёки, а Санчез лишь больше рассмеялся. Что это с ним?

Голый бледный торс, скомканная рубашка, белые прядки волос лихорадочно покрывали близлежащие к затылку территории, а по щекам скатились струйки слёз. Настолько странная картина, что Пугод не мог и представить. В его фантазиях он покрывал всю шею и грудь отметинами, чтобы каждый знал, чей он. И чтоб никакие «очень-очень опытные человеки» не смотрели на его пассию.

С хлюпающим звуком Пугод вышел. Белая жидкость сразу же хлынула следом, пачкая простынь. А для себя он неожиданно обнаружил, что его член снова стоял, а Саша не кончил. Вот черт.

— Я хочу ещё. Как ты любишь?

Санчез уже сел и огляделся, видимо, искал подушку. Потом взглянул вниз и усмехнулся.

— Какой ужас. Никогда так больше не делай. От тела оттереть сперму гораздо проще, чем сделать это с матрасом.

— Проблемы не твоего уровня дохода, — фыркнул Пугод. — Я серьезно. Я хочу ещё.

— Ах... Только не до потери сознания, хорошо? Хотя... Я же на этот раз не пил? — он опять хихикнул.

— Санчез!

— Ладно! Ладно! Мне очень нравилось, когда он перегибал меня через стол. У него был такой огромный, я прям висел на нём. Прикинь? — Пугода это удивило. Саша не был мелким, хотя по росту тот перегнал его в семнадцать. — Но больше он любил кровати, особенно прижимать меня лицом в подушки. Признаться, я думал, что однажды задохнусь так.

— Ясно, — Пугод наклонился к полу, подхватил подушку и метнул в Сашу. — Тогда в позу, — он улыбнулся.

У Пугода не было человека ближе Санчеза. Теперь он мог с победой сказать, что завладел им полностью. И точно прибьёт любого (или любую), кто посмеет посмотреть на него не так.