Демон в тебе 11

Санчез отправил своему отцу письмо с просьбой организовать для своего «друга» ещё одно приглашение. Он знал, что отец сможет потерпеть плюс одного от сына. Секби ему всегда разрешал приходить со своими пассиями. Но он не Секби, и ему вполне могли отказать, сославшись на какую-нибудь дебильную причину, вроде: «Твой почерк не выражал уважения». Оставалось только надеяться, что почерк устроит отца.

***

С утра воскресенья Санчез уже был дома и вовсю помогал с организацией бала. Конечно, большая часть поместья украшалась за неделю до этого, но до главного зала слуги добрались только сегодня. Сашу поставили наблюдать за ними и таскать лестницу, чтоб не расслаблялся. Оказалось, что мужиков с его последнего визита поубавилось. Отец мог уволить за что угодно, и чаще всего под его гнев попадал именно мужской пол. Наверное, потому что у него два непутёвых сына?

Секби вообще припёрся домой пьяным и проспал до обеда! И ему ни слова не сказали, чуть ли не по головке погладили. Саша надувал щёки, но сделать ничего не мог. Его брат переступил через волшебную дату — «двадцать пять лет», — когда правила отца перестают на них действовать и они действительно могут творить всё, что вздумается.

***

Начало планировалось на пять, но большинство гостей подтягивались раньше. Санчез стоял у главного входа, высматривал гостей и здоровался со всеми, хоть и знал не каждого. Конечно же, он ждал Пугода. Отпустить того одного разгуливать по его родному дому было бы просто безумием! А ещё он мог раньше времени встретиться с отцом. Пожалуй, это беспокоило парня сильнее всего.

Он не признался в письме, что испытывает к мужчине, для которого выпрашивает приглашение, какие-либо чувства. Тогда ответ был бы точно «нет». Сейчас ему оставалось только надеяться, что над ним сжалились и пригласили «друга». До этого он ни разу не посмел приглашать к себе кого-то, тем более на мероприятия отца.

Наконец среди толпы приезжих показался высокий чёрный цилиндр с жёлтой лентой. Саша облегчённо вздохнул, но сразу же взял себя в руки. Всё самое сложное только начиналось. Подбежав к Пугоду, Санчез сразу же обнял его за плечи и прошептал на ухо:

— Не отходи от меня, если не хочешь, чтобы наше общение пресекли. — И чмокнул в щёку, будто всё прекрасно и он только что не произнёс самую страшную для них обоих вещь на свете.

Пугод еле заметно кивнул и улыбнулся,надевая свою маску для светских вечеров.

—Идём за мной. Я расскажу, что это за место.

Санчез ловко лавировал между гостями, быстро выбирая повороты и проходы. Старший остался очень удивлённым: его парень редко был в чём-то настолько уверен. Но и ставить под сомнение его путь не стал. Через пару минут они оказались в не украшенной части поместья на первом этаже. Они шли по узкому коридору, метра полтора шириной, с тёмно-зелёными стенами и полным отсутствием окон. Пугод быстро заключил, что это самый отшиб поместья и сюда веками не заходят. Саша же осматривал каждую дверь и выглядел растерянным. То есть принял своё обычное состояние.

— Что-то случилось? — Пугод нагнал его и, оглядевшись по сторонам (будто сюда кто-то решится сунуться), положил руку на плечо парня, чтобы хоть как-то поддержать.

— Нет, просто мне всегда трудно найти свою комнату. В детстве они были пронумерованы, но я не знал цифр и сказал отцу, что не могу её найти. Теперь, как ты видишь, на дверях ничего нет. — После тяжёлого вздоха он пошёл дальше. — Теперь я знаю цифры, а комнату найти не могу. Мм, может, эта? — Он дёрнул за дверь, и та поддалась. Санчез с интересом заглянул внутрь и радостно подпрыгнул, распахнув дверь. — С первого раза! Представляешь!!

— Поразительно, — отрешённо ответил Пугод, проходя в комнату. В его голове совсем не укладывалось такое отношение к ребёнку.

Внутри творился полный, но какой-то систематический бардак. Стены, покрашенные в тускло-голубой, почти полностью скрывались картинами с абстрактными изображениями, выцветшими картами разных стран и городов и полками с разными коллекциями — очень странными. Куриные перья в кривых глиняных стаканчиках, галька, минералы, ракушки в фарфоровых тарелочках, жуки и бабочки в смоле, причудливые ветки, множество свечей на каждом углу и книги, которые в основном стояли в большом шкафу, но стопка лежала на столе и у тумбочки. На столе смутно угадывались письма и знакомая алая печать.

— У тебя тут... Странно. С твоих слов, твой отец мне казался довольно... — Пугод помялся, замечая в комнате иконы. Обычно они не доставляли ему проблем. Да, смотреть было больно, глаза будто сжигало изнутри. А не отведешь взгляд — так сгоришь полностью. У нормальных людей под иконы выделялся отдельный угол. Но это же Санчез! У него образки были раскиданы по комнате без всякого намёка на структуру. Куда ни взгляни — начинаешь гореть. — Довольно контролирующим. Я ожидал увидеть стерильную комнату.

— У него заканчиваются силы быстрее, чем он добирается до моего уголка, — хихикнул Санчез, подходя к окну и раскрывая шторы.

Пугод за секунду оказался за его спиной,создав небольшой поток ветра. Шляпа слегка сползла набок. Смотреть на огромный сад было куда приятнее, чем на иконы.

— Солнце, — старший обнял Сашу за плечи и сжал сильнее, чем обычно. Ещё одно мгновение, за которое Санчез и вздохнуть не успел, его повернули и затянули в поцелуй. — Всё будет хорошо. Не нужно так волноваться. Ты весь трясёшься. Даже я это заметил, — сладко цедил Пугод в чужие губы.

Младший обмяк в его руках и прикрыл глаза.

Резко распахнулась дверь, и внутрь вошёл человек. Пугод сразу же оттолкнул Сашу и уставился на вошедшего, постаравшись скрыть своё раздражение.

— Привет. Ты ведь Пугод? Рад познакомиться, — он шагнул внутрь, чуть не споткнулся об огромный ковёр на полу и протянул старшему руку.

Гость смерил парня взглядом и,натянув улыбку, пожал руку. Чуть сильнее, чем требовалось.

— Да. А как вас зовут, юноша? — Он чуть склонил голову, осматривая его одежду. Тот выглядел небрежно, но это подчёркивало его статус, а не делало менее значимым. Непримечательная рубашка, прямые штаны и короткий пиджак чёрного цвета с жёлтой отделкой. Санчез же был полностью в чёрном. Что Пугоду казалось до безумия нелепым. Он привык видеть его в белых, красных или, на крайний случай, коричневых костюмах.

— Секби. Старший брат твоего, хм... парня? — Заметив растерянность на лице мужчины, он прищурил глаза. — Да! Он успел мне всё рассказать, — он с усмешкой наблюдал за сменой эмоций на лице мужчины: от удивления до раздражения и обратно в улыбку. — Я очень рад, что мой брат выбрал такого спутника жизни. Надеюсь, что у вас всё очень серьёзно. Но, проще вас, не разглашайте это особо на публику. Если это дойдёт до отца, Санчезу будет очень нехорошо.

— Я могу позаботиться о нём. Не беспокойся. Никто и никогда не сможет навредить ему.

— Эх. Как скажешь, как скажешь. Я просто беспокоюсь за младшего брата. Он мне очень даже дорог!

— Приятно это слышать, — Пугод подтянул Сашу к себе и обнял за плечи, будто подтверждая перед Секби их отношения. — Это всё, что ты хотел сказать? Просто мы...

—Нет. Нам уже пора отправляться в зал. Вы сможете уединиться уже через час-два, — взгляд Секби скользнул на Санчеза. — А тебе пора бы перестать прятаться в своей комнате! Тебе уже двадцать один! Некоторые друзья отца уже сомневаются, что ты жив. Ты обязан вылезти из своей пещеры хоть раз.

— Ладно, ладно. Никуда от тебя не спрятаться, — Саша выбрался из хватки Пугода и направился к двери. — Так, поесть, станцевать с кем-то там, познакомить Пугода с отцом, и я свободен? Да?

— Угу, — Секби взглянул на мужчину своего брата и добавил. — Он станцует с моей невестой. Вы должны быть знакомы, Санчез рассказывал, что вы виделись на нескольких балах.

— Как её имя?

—Ники. Пойдём, мы можем поговорить по пути. Опаздывать невежественно, верно?

Секби вышел в коридор следом за Сашей, выровнялся с ним, оставляя Пугода позади.

Вечер проходил прекрасно. Гости собрались в главном зале, шумно общались, обнимались и целовались, будто век не виделись. Каждый близкий знакомый отца считал своим долгом подойти к Санчезу и высказаться о его новой должности. И неважно, что он на ней уже год. За этот год они увиделись впервые.

Секби играл роль хозяйки, что обычно отводилась матери семейства. Алькасары таким не обладали, и старшему с подросткового возраста поручалось развлечение гостей, знакомство их друг с другом, опекание юных леди-дебютанток. Конечно, он успевал подобраться и к брату, перекинуться с ним парой слов или спасти от надоедливого мужчины в возрасте, который никак не отставал.

Пугод хорошо сливался с этой массой людей. Многие присутствующие были его ровесниками и даже старше. Он вёл лёгкие светские беседы, отвечал на вопросы с лёгкой уклончивостью и всем своим видом демонстрировал, что находится на своём месте. Саша наблюдал за ним с лёгкой завистью. Ему всегда было трудно преодолеть стеснение и вливаться в абсолютно незнакомый коллектив. А если эти люди ещё и друзья семьи... Ладони мгновенно потели, а язык заплетался.

— Твой друг – интересный человек, — из-за спины послышался голос отца.

Санчез вздрогнул и повернулся к нему.Из-под прямоугольных очков на Сашу смотрели два тёмно-зелёных глаза. Потом они скользнули за спину парня и обратно. В руках он держал трубку и, не стесняясь, затянувшись, выдохнул вбок, на какую-то парочку.

— Да. Он умеет произвести впечатление, — с трудом выдавил из себя Санчез. Зато без дрожи в голосе!

— Мы знакомы. Не волнуйся, — на лице расцвела хитрая улыбка. — Но не очень близко. Я не ожидал, что мой сын, особенно такой, как ты, сойдётся с ним характером. Удивляешь. Передай ему, что я буду ждать его у себя в кабинете через полчаса. Нам есть что обсудить.

— Что вы хотите обсудить с ним? — Санчез напрягся и сжал влажные ладони в кулаки. Сейчас они почти не пересекались, отец не мог узнать их секрет.

— Ну как же. Ты впервые привёл в дом друга. Я хочу познакомиться с ним, — не ожидая ответа от сына, он скрылся среди гостей, оставив Сашу с тревогой на душе.

Потерев потные руки о штаны, Саша шагнул в толпу, чтобы найти Пугода и передать слова отца. Просто разговор, ничего же не случится?..

***

Санчез скрылся в своей комнате сразу же, как Секби дал на то добро. Ему нужно было только показать, что он ещё жив, а остальное было за братом. Следить за Пугодом теперь не имело смысла. Он столкнётся с отцом в любом случае. Поэтому парень выбрал уединение. Зажёг газовую лампу, выбрал из стопки книг личный блокнот и принялся перечитывать церковные истории о демонах.

«Элли рассказала о демоне, что вселяется в разные предметы, которые человек всегда носит с собой. Например, браслет, очки, цепочку или другую ценную вещь, что тоже находится всегда при нём: камень, перо, монетку. Бес может полностью затуманить рассудок человека, по сути, оставив только кожаную оболочку, а силами своими может повлиять на внешность. При крепкой связи плоть и проклятый предмет можно разлучить на время без вреда для уз. Также демон способен перемещаться между предметами. Главное – объект должен вечно находиться при плоти.»

Саша с трудом разбирал свой юношеский почерк. В памяти непроизвольно всплыло воспоминание, как он прятался под кроватью, зажигал свечу и переписывал всё, что ему наговорила девочка. Стоило хоть раз усомниться в её словах, но даже сейчас он выбрал поверить.

«Чтобы освободить человека от влияния беса, нужно уничтожить предмет: сжечь, раздробить, разрезать. В зависимости от того, что выбрал демон. После – не дать демону вселиться во что-то другое, до его полного исчезновения. Это может занять от минуты до нескольких часов, всё зависит от силы демона.»

Он любил Пугода. Но не мог принять его целиком. Потому что его тело контролирует другое существо. Вот от него Саша и хотел избавиться. Освободить своего мужчину и жить счастливо. Без его глупых тайн и манипуляций беса, которые уже не действовали.

Саша ещё немного поизучал дневник и убрал на место, отправившись на кухню. Там он попросил солёную треску для прикрытия, а заодно и прихватил банку с солью. Вернувшись к себе, поставил тарелку на письменный стол, а соль рассыпал кругом по ковру. Хорошо, что уборкой заниматься не ему.

Только сейчас Санчез задумался, в чём должен сидеть бес. Вспомнив каждую их встречу, он заметил только один общий признак — чёрный цилиндр с жёлтой лентой. Но Пугод мог носить с собой какой-нибудь камень, и Саша никогда о нём не узнает. А в варианте со шляпой тоже есть загвоздка. Это сам головной убор или лента на нём? Лучшее решение – разрезать сразу всё. Пробежавшись глазами по своей коллекции, парень не нашёл ничего подходящего. Ещё одна недолгая вылазка на кухню — и у Санчеза было оружие – остро заточенный нож.

Саша перетащил в центр круга тарелку и газовую лампу. Нож спрятал за собой. Хоть он до конца не знал, на что способен демон, надеялся, что видеть сквозь людей тот не сможет. Теперь оставалось только ждать. Долго и утомительно.

За это время Саша от волнения распотрошил всю рыбу, долго пялился на луну, пока та не скрылась за тёмными облаками, пересмотрел свою коллекцию и решил, что нужно начать собирать монеты и клеить их на стены. Слишком много голых участков.

Дверь приоткрылась с лёгким скрипом, и за ней показался Пугод. Окинув комнату взглядом, он шагнул внутрь. Прямо в круг. К единому источнику света.

— Солнце, что происходит? — Почуюв сильный запах соли, он что-то заподозрил.

Саша же,чтобы развеять сомнения, закинул в рот кусочек рыбы и проглотил.

—Ты хотел устроить себе ужин при свечах? А почему не позвал меня?

— Не совсем при свечах, скорее при лампе. Я ушёл раньше начала банкета и решил вот так поесть. Просто захотелось. Я не могу ужинать на полу в собственном доме? — Санчез продолжил медленно, кусочек за кусочком, поедать рыбу, глотая через силу. От волнения живот скрутило, и всё съеденное обещало выйти наружу.

— Конечно можешь, — кивнув, он сел напротив, внимательно следя за каждым действием младшего. — Я и правда виделся с твоим отцом когда-то. Он приходил в моё казино несколько лет назад со своими друзьями. Я был очень рад таким гостям, и мы неплохо пообщались. Сейчас тоже. Можешь не волноваться. А то тебя всего трясёт.

— Кхм. Я боялся, что ты не понравишься отцу, — Санчез вздохнул и оттолкнул от себя тарелку. — Закрой глаза, пожалуйста, — он старался звучать непринуждённо, ведь все его мысли были заняты ножом позади себя. Схватить цилиндр и, пока Пугод не понял, что он сотворил, разрезать. Саша знал, что головной убор хорошего качества, и разрубить его будет непросто. Ладони вновь вспотели.

— Санчез? Всё точно хорошо?

По стенам поплыла чёрная жидкость, превращая комнату в тёмный капкан. Значит, бес внутри уже что-то заподозрил. Действовать нужно именно сейчас. Пока не стало поздно. В планы Саши точно не входило умирать сегодня.

— Просто закрой глаза!

Пугод фыркнул. Но чужой тяжёлый взгляд спал, и Саша одним быстрым движением сорвал цилиндр и чиркнул по нему ножом прямо в центр. Глаза старшего сразу же распахнулись. Оба полностью покрылись чернотой. Второй рывок — и шляпа разрезана вдоль вместе с лентой. Глаза Пугода закатились, он беспомощно приоткрыл рот, но вышел только тяжёлый хрип.

Тело свалилось на пол с тихим стуком, как мешок с картошкой. В ту же секунду круг вспыхнул алым пламенем, а над телом собралась рыжая дымка. Она тянулась из его глаз, груди и живота, будто забирая все силы. Санчеза парализовало от страха, он только и мог, что сильнее сжимать нож и остатки цилиндра. Будто это могло помочь.

Дымка собралась в полупрозрачного человека со смазливым личиком и хищной улыбкой, длинными красными волосами, чёрными рожками и крестом прямо посередине лба. Одежды на бесе не было. Явно угадывались выступающие рёбра, впалый живот и тонкие руки. Вот так выглядят демоны? Что за издевательство!

— Ха-ха-ха-ха! Парень, ты такой прекрасный! — Бес скорчился и ухватился за живот от смеха. Есть ли у него органы? — Никогда не видел таких безумцев! Нет! Неправильно! Ты ведь, наоборот, не сошёл с ума от моего воздействия! Как прекрасно!.. — Он снова рассмеялся и рывком подобрался к Санчезу, застыв прямо перед его лицом. — Я хочу тебя. Хочу. Хочу! Хочу владеть тобой. Не зря я подошёл к тебе. Чувствовал! Чувствовал! Что ты другой. Давай. Оставь эту жизнь! Ты так скучно живёшь! Неужели тебе всё нравится? Отец — тиран, брат — лицемер, на работу по блату взяли, а парень и не твой парень вовсе. Я! Всё это был я! Понятия не имею, во что бы вырос этот ребёнок.

Санчез хлопал глазками и сильнее сжимал нож. Он не мог отвести взгляда от демона. Страшно. Вдруг он вырвется, если за ним не следить? Ещё страшнее было посмотреть на Пугода. На тело Пугода. Что с ним? Бес всё не унимался. Но Саше же и лучше. Просто ждать. Долго ждать. Чёрт просидел в теле тридцать лет. Точно ли тридцать? Пугод выглядел младше своих лет. Может, на двадцать пять. И бес мог завладеть телом позже, а говорить, что связаны они с рождения. Понемногу Санчез расслабился и даже утомился слушать бредни демона.

— У тебя ведь есть ценная вещь? Дай мне её, и мы останемся с тобой навсегда! Ты ведь полюбил именно меня! Этот парень ничего из себя не представляет без твоего прекрасного покровителя, как я! Как же я прекрасен.

— Мм, такие смазливые парни не в моём вкусе. Знаешь, Пугод — он высокий, накачанный, умный. Ну а ты... Хлюпик какой-то. Подуешь — и тебя ветром снесёт, — Санчез расслабился, чувствуя, что чёрт не умеет ничего, кроме как красиво вешать лапшу на уши. Вселиться в него — не вариант. На нём только одежда, а она не подходит для контроля. С Пугодом то же самое. Только он ещё и без сознания.

— Да как ты смеешь такое говорить! — Бес задохнулся от возмущения и побежал глазами по парню. Пытался выцепить, во что бы ему завладеть. Рубашка, штаны, носки... И ничего больше! — Неужели такой бездарь, как ты, не таскает с собой всякие талисманы!? Не знаю, перо курицы, первый заработанный фунт.

— Знаешь, что я ношу с собой всегда? — Саша прищурил глаза, замечая, как огонь медленно затихает, а бес опускается на пол и бледнеет. — Крестик, — с ухмылкой произнёс он.

Демон сморщился.

— Да как ты смеешь издеваться надо мной!?! — Чёрт завертел головой, видимо, впервые заметив огонь, отделяющий их от комнаты. — Чтоб тебя! Несчастное отродье! Как ты посмел! Не хочу домо-о-ой! — Демон по-детски захныкал, и Санчез растерялся. Он ожидал, что на него кинутся, а не что тот заплачет.

— Эм... Сколько тебе лет, что ты так боишься возвращаться домой?

— Сто пятнадцать! Моя мама прибьёт меня, если узнает, чем я занимался!!! Особенно с тобой! Ты такой извращенец! Ты мне так нравишься! Я хочу остаться с тобой навсегда!! — Демон продолжал хныкать. Цвет с ярко-оранжевого сменился на тускло-жёлтый. Саше стало его даже жаль. Жаль демона!? Господи! Гнать бы эти мысли подальше от себя. Нельзя сострадать существу, что завладело чужим телом и игралось с ним полгода. Прекрасные полгода.

— Кхм... Давай заключим сделку?

— Что!? Сделку!? Какую!?! Я... Я очень хочу увидеть тебя ещё раз. Ты так прекрасен... Я люблю тебя!!

— Помолчи! Я пытаюсь придумать пункты, чтобы ты меня потом не сожрал!

— Я не буду тебя есть!!бета: Да не буду я тебя кушать! Мы просто поиграем с тобой калачики))) — Дух демона походил на тусклый свет свечи. Вот-вот, и он исчезнет. Глаза наполнялись слезами, они стекали по подбородку и исчезали, не коснувшись пола.

— Хорошо. Во-первых, ты даёшь мне честное демоническое слово, что никогда больше не притронешься ко мне, Пугоду или людям нашей крови, — Саша поперхнулся, вспомнив, что у его парня не было родственников. — Во-вторых, ты стираешь из его памяти всё, что связано с тобой. Абсолютно каждый фрагмент. Неважно, сколько тогда ему было лет.

— Тогда он и близко не будет похож на того, кого ты полюбил, — демон всхлипнул, но хотя бы перестал рыдать взахлёб. Вместо этого принялся накручивать свои красные волосы на палец. — Ты полюбил то, что я создал из этого мальчика.

— Неважно! Он станет тем, кем должен был стать! Без всяких демонов! Дай ему шанс на нормальную жизнь! Я уверен, что и без тебя он бы вырос в прекрасного человека. Да, может быть, мы не встретились, но он бы прожил свою жизнь! А не чью-то больную фантазию! — Собственный голос показался Санчезу незнакомым. В уголках глаз собиралась влага, но он не отвёл взгляда. Он разрушал свою любовь.

— Ты... Ты!.. — Демон улыбнулся. Прямо как это делал Пугод. — Безумец! Как же ты мне нравишься! Я выполню всё, что ты захочешь! Я могу сделать для тебя ещё что-нибудь?! — Бес снова разрыдался. Санчез почувствовал себя нянькой пятилетки.

— Только если это не навредит мне и остальному миру. Не хочу второй мировой войны из-за мелкого демона.

— А-а... А мы можем встречаться!? Хоть иногда! Я так тебя люблю! Никогда не встречал человека более безумного, чем ты! Как же ты великолепен, Санчез!

— Хорошо. Будем. Только когда я позову. Договор?

— Да! Да! Ты прекрасен! Мой любимый, прекрасный, великолепный Санчез! Я готов на всё ради тебя! — Дымка пошатнулась и совсем побледнела. Держать демона дольше значило отправить его в ад.

— Я ведь должен освободить тебя? — Бес активно закивал. Саша разжал нож и кинул его в слой соли, разрывая круг. Демон рассыпался на тысячу мелких золотистых осколков, огонь стих, а комнату наполнил лунный свет.

Санчез повторно зажёг газовую лампу, поднялся и на трясущихся ногах подобрался к телу Пугода. Издалека он заметил, что грудная клетка мужчины вздымается. Из его собственного рта вырвался вздох облегчения. Но что-то в Пугоде изменилось. Присев у головы, Саша осветил его лицо. Изначально он хотел проверить, изменились ли глаза. Но преобразилось всё лицо. Взрослые черты сменились детскими. Лет на восемь.

Несколько минут Санчез молча пялился на мальчика. Он сам пожелал, чтобы Пугод прожил жизнь, как подобает, но не ожидал, что этот чёрт превратит его в ребёнка! И что теперь!? Ему нужно брать за него ответственность!? И как объяснить отцу и брату, откуда у него восьмилетний ребёнок. Никто в жизни не поверит, что в тринадцать он кого-то...

О боже! Они занимались сексом! Лицо Саши залилось краской, а память услужливо подкидывала воспоминания о том, как Пугод его брал. А сейчас он ребёнок!

— Никогда ему не расскажу! — крикнул в пустоту парень. Мальчик поморщился, но не проснулся. Санчез подцепил газовую лампу и прошёлся по комнате, зажигая многочисленные свечи. Теперь он мог детально разглядеть тело парня. Оно уменьшилось. Значительно. Точно как у ребёнка.

— Так значит, Пугод был одержим не с рождения... Тогда что произошло с твоими родителями на самом деле? — Присев рядом, Саша начал стягивать с мальчика одежду, которая была ему теперь велика. Потом перетащил его на кровать и переодел в то, что нашёл в недрах гардероба. Пугод всё так же не просыпался. Иногда издавал нечленораздельные звуки, ворочался, выворачивался из майки и пытался улететь на пол. Пришлось переложить мальчика на себя и крепко держать. Для спящего ребёнка он был поразительно сильным.