Декабрь. Влад.

1 декабря. Вторник. 2018 г.

Привет, Дневник!

Как и писал, в понедельник я остался дома из-за плохого самочувствия. Я погуглил, могут ли олени стоять на двух ногах, и да, они могут, только недолго. Они обычно встают на задние ноги во время игры, общения или для защиты. Посмотрел видео, и это выглядит не так, как то, что я видел. Да и вообще, у оленей нет хвостов. Ну, точнее, есть, но не такие длинные и большие. Хотя, это был сон. В поле, может, действительно был просто олень? Не знаю, мне всё ещё хреново. В школе друзья хоть и спросили, почему меня не было, я чувствовал какое-то безразличие в их словах, но, возможно, это просто потому, что они не знают, что произошло со мной и что я видел. Я не виню их в этом. Если честно, я чувствовал себя каким-то овощем, ну, до пятого урока. Сидел один на истории, просто потому что сам так захотел, планировал поспать за последней партой, но ко мне подошла Арина. Я не смог отказать ей, когда она попросилась сесть рядом. От неё приятно пахло, она в целом всегда пшикается духами, но не теми ядерными, которые ты чуешь за километр и которые вызывают головную боль. Нет. От Арины пахло именно что хорошо, её духи лёгкие, какие-то цитрусовые (как я думаю). Мы сидели молча, я не знал, как начать разговор, обычно общение давалось мне легко, но сегодня я был как-то смущён. Историчка что-то рассказывала, а я не мог сосредоточиться, но потом увидел маленькую записку. Она была от Арины. В записке не было ничего, кроме короткого «ты в порядке?», я ответил ей тем, что не выспался, и думал, что на этом наша переписка закончится, но нет. Если честно, дальше урок я не слушал уже по своей воле. Мне понравилось общаться с Ариной, мы болтали о недавно вышедшем сериале, играли в крестики-нолики, и я почувствовал себя хорошо. Блин, я слишком много говорю о ней, это странно? Наверное, странно... Когда рассказывал об Арине бабушке, она объясняла как правильно ухаживать за девушкой и рассказала историю как мой покойный дедушка добивался её, это было мило, но немного смущающе. Хоть я постоянно и выставляю себя знатоком в отношениях, на самом деле ничего в них не смыслю. Влюблялся и признавался я много раз, но никогда ничего не выходило. Даже не целовался ни разу (друзья обожают шутить над этим, называя меня недотрогой, ведь они там все раз 100 перецеловались друг с другом, фу, нехватало ещё герпис подхватить). Что-то я разнылся, надо подобрать сопли и собраться. Я решил, что больше не вернусь в поле, слишком много странностей произошло, связанных с ним. На этом пока всё. Родители сильно переживают за меня, но я в порядке.

Чао, Дневник!

4 декабря. Пятница. 2018 г.

Сегодня утром я поехал к бабушке, чтобы помочь починить полку в шкафу. Бабушка убралась внутри, вытащила при мне какую-то картину, завешенную простыней (и не дала посмотреть что на ней, ну блин), и вообще-то это первый раз, когда я вижу этот шкаф настолько чистым, обычно он всегда в пыли и паутине. После всего она напоила меня горячим чаем и откуда-то достала мои любимые печенья! Где бы ни искал их у нас в городе, нигде не видел, а вот бабушка где-то находит, но секрет свой раскрывать не хочет. Посидев и поболтав, она попросила меня сходить с ней в церковь, хоть я и не особо хотел, всё равно согласился, ведь это важно для неё, да и мало ли что может случиться по дороге туда, если она пойдёт одна. Я не знаю, верю я в бога или нет, не отношу себя ни к верующим, ни к атеистам, мои родители не крестили меня. Странно, что однажды бабушка уже водила меня в церковь, когда я был совсем пупс. В тот день я чувствовал себя хорошо, но как только вошел внутрь, мне тут же поплохело и вскоре вырвало прямо на батюшку... Бабушка не ругалась, она спокойно вывела меня оттуда, успокоила, ведь я плакал, и мы пошли кушать мороженое. После этого я в церкви ни разу не был. Я очень надеялся на то, что не повторю тот неприятный опыт вновь и... Неожиданно, но в церкви я чувствовал себя хорошо? Я никогда такого не испытывал, смесь лёгкого трепета, восхищения и чего-то, чему я не могу дать название (я такие слова в сочинениях даже не пишу, капец я крутой). Бабушка предложила купить крестик, но я отказался, во-первых, не хочу, чтобы она тратила свои деньги, пенсия и так мелкая, а во-вторых, он мне просто не нужен. Мы поставили свечки за моё и бабушкино благополучие и за дедушкин упокой. Когда вышел, то весь день ходил со странным ощущением в груди... Это был приятный опыт.

5 декабря. Суббота. 2018 г.

Йоу, я с командой скоро еду на соревнования, поэтому интенсивно готовлюсь, тренируюсь. Я чувствую себя хорошо, даже отлично! Я остановился на том, что всё произошедшее со мной мне показалось. Олень на двух ногах в поле — это, конечно, необычно, но чисто теоретически это возможно, а его огромные размеры — это просто я неправильно увидел, да и вообще, может, это был лось, а лоси действительно огромные. Мне приснился жуткий сон лишь потому, что я сильно впечатлился и распереживался, стресс сильно влияет на сны. А рвота из-за того, что я не поужинал. Всё можно объяснить, я не верю во всяких приведений и паранормальные явления, это чушь собачья. Я слишком много времени уделяю этой фигне. В любом случае, за это время столько всего произошло! Фоне вернули телефон, и оказалось, что он попал в больницу (когда он только успел). Я испугался, что его могли избить одноклассники, но он сказал, что просто упал на физре, это на него похоже. Фоня не хочет отвлекать меня слишком часто, но он даже не знает, с какой радостью я открываю сообщения от него и что я вчера прогулял тренировку, чтобы провести с ним больше времени. Мы играли в «Майнкрафт», и Фоне, кажется, очень понравилось, он столько всего там сделал, построил ферму, разводил животных, дом нам какой-никакой соорудил, хотя говорил, что это пустяки (опять занижает себя). Я обычно в шахтах копаюсь и забываю о постройке базы, а он сделал всё очень уютно. Я рад видеть его счастливым. Он теперь комплексует из-за своих шрамов, которые у него остались на локтях, но я постарался его поддержать и, кажется, справился отлично. Фоня считает себя слабым, хотя на самом деле он очень сильный. Надеюсь, когда он вернётся в школу, с ним всё будет в порядке.

На этом всё!

6 декабря. Воскресенье. 2018 г.

Помнишь, я говорил о том, что больше никогда не вернусь в то поле? Так вот, забудь. У нас наконец-то выпал снег! Новогоднее настроение присутствует (хотя оно у меня ещё с октября месяца, лол). Мы с друзьями пойдём в поле кататься на ледянках, я сначала отказался, ведь завтра у нас контрольная, а мне надо оценку исправить, но меня уломали, сказав, что вместе с нами пойдёт Арина. Вот гады! Меня попросили уговорить Колю, ведь он тоже сначала ломался, говорил, что не хочет вновь сбегать из детского дома, что его репутация среди воспитателей там и так ниже плинтуса, но когда это его волновала репутация? Когда он узнал, что я тоже пойду, то наконец согласился, ура! Я уже собираюсь, вечером напишу, как всё прошло! Это будет офигенно!

9 декабря. Среда. 2018 г.

Хочу сделать официальное заявление: Я ИДИОТ.

Мы пошли в поле, у всех были то ледянки, то ватрушки, у кого-то санки, мы кидались снежками, пока шли, а я вёз Арину на санках. В лесу и в поле было очень красиво, а заледеневшая трава выглядела точь-в-точь как из сказки. Ну, полезли мы на холм и принялись кататься, конечно, быстро уставали бегать наверх, но это стоило тех эмоций, которые мы испытывали, когда спускались. Быстро, резко ехали с холма и падали кто в снег, кто в траву. Арина прихватила с собой термос с чаем, так что если мы замерзали (а у кого-то уже отваливались ноги), то быстро согревались благодаря ей. Странно ли это, что когда я спускался вместе с ней с ватрушки, то обнимал..? Надеюсь, нет. Когда вечерело, мы все решили скатиться в последний раз и отправиться домой, мокрые, потные, но счастливые. Когда я скатывался, меня занесло в сторону, пытался выровняться и сориентироваться, но ничего не вышло. Я перевернулся на ватрушке и с разгона упал в траву. В глазах потемнело, а в ушах зазвенело, я почувствовал в колене острую и резкую боль. Закричав, не услышал ничего, а посмотрев на своё колено, увидел в нём шип. Я весь дрожал, но не от холода, а от того, что видел перед собой целый хвост с шипами. Я боялся поднять голову, но словно не контролировал своё тело, всё опять стало синеть. Передо мной стоял он. Я уже забыл об этой жуткой твари и поклялся себе больше не вспоминать обо всём, что случилось в тот день, но, кажется, его это не волнует. Я опять закричал, но вокруг всё оставалось тихим. Он дёрнул хвостом, и шип вышел из моего колена, оставив после себя какое то месиво. Там стали копошиться жуки и личинки, кровь вытекала водопадом, будто проткнули не колено, а пакет с водой. Я орал как резаный, но в ушах не было ничего, кроме белого шума и звона. Он стоял, смотрел за моими мучениями, как я корчусь от боли. Не знаю сколько времени прошло, но постепенно всё стихло, перед глазами побелело, и я очнулся в больнице, сначала вокруг никого не было, потом я услышал тихий голос, который звал меня. Открыв глаза, увидел обеспокоенное лицо папы. Я валялся в больнице уже как три дня, всё это время будучи в обмороке, при этом бормоча себе под нос всякое, но не просыпаясь. После полноценного осмотра мне поставили диагноз: разрыв крестообразной связки колена и ещё что-то там, я не помню. Когда я спросил про реки крови и шип, мне сказали, что я упал на гвоздь и камни, что никакого шипа не было, но я точно помню, эту боль никогда не забуду. В больнице мне сделали больно по-другому. Я больше не смогу заниматься баскетболом. До сих пор надеюсь, что это шутка, глупая шутка, но я не могу верить в это вечно. Всё рухнуло. Я не хочу ни с кем разговаривать, я не хочу ничего делать, просто хочу заснуть и проснуться во вселенной, где я всё-таки не пошёл в то чёртово поле, не поддался уговорам друзей. Я не буду никак комментировать появление оленя. Я не верю в это. Просто не хочу верить.

10 декабря. Четверг. 2018 г.

Сегодня меня навещали мои друзья, они так испугались тогда, когда я упал с ватрушки и ни с того ни с сего начал кричать так, будто меня убивают. Нам повезло, что у нас были санки, они усадили меня в них и быстро повезли в больницу, пока я не переставал истерично кричать, а под конец что-то несвязно хрипеть. Они меня спасли, я благодарен им. На санках меня везли Арина и Коля, который сидел в больнице до самого конца, пока за ним не пришел воспитатель и чуть ли не отлупил перед всей больницей. Мне очень стыдно перед всеми, из-за меня нам досталось: «Какого черта вы вообще пошли в это поле?», «А если маньяки?», «А если педофилы?», «А если дикие звери?», нас поголовно всех отругали и запретили даже приближаться к этому полю, и, неожиданно, к Коле? С чего то взрослые решили, что это он нас туда потащил и я не понимаю почему никто не попытался это оспорить, ведь это не так! Коля наоборот сам не хотел туда идти! Но, честно? Я даже рад, что запретили. Я не хочу туда возвращаться. Меня родители ругали не сильно, в основном только переживали. Как я? Что я? Звонила бабушка, и хоть она ничего не говорила про поле, я прям физически чувствовал разочарование в её голосе. Я хотел спросить у неё, что значили те её слова про поле и про детёныша, ведь мамино объяснение с быком уже не особо на меня действует, мне кажется, что бабушка что-то знает. Но когда я попытался, то почувствовал отвратительный ком в горле, мои коленки почему-то задрожали, да и не только коленки, меня всего бросило в дрожь, а по телу пошли мурашки. Я просто не смог. Не знаю почему так отреагировал, просто... Не вышло. Я плохо сплю вне дома, а в больнице и подавно, мне тут не нравится. Нет, сама по себе больница хорошая, ухоженная, даже еда вкусная (с едой Фони даже не сравнится), но я не могу. Мне жутко неприятно. Чуть меньше чем через две недели мне будут делать операцию, а я никогда не делал операций, я боюсь. Я хочу домой.

11 декабря. Пятница. 2018 г.

Я не знаю, чем мне здесь заняться, мне невероятно скучно. Когда мне нечем заняться, я обычно тренируюсь, иду гулять, ну с Фоней общаюсь в конце-то концов (если есть такая возможность). А сейчас ничего, абсолютно. Меня уже ломит во все стороны, я хочу бегать, прыгать, играть с мячом, да хотя бы в руках его подержать, но нет, постельный режим. Лежать весь день в кровати без возможности встать, иногда ходить на процедуры, ну и сидеть в телефоне. Неужели это всё? Всё, на что я способен сейчас? Я начинаю понимать Фоню, раньше я говорил, что это странно, когда он так долго спит днём, но теперь сам могу что и делать, как только спать. Я лежу в палате с другим парнем, но он не особо разговорчивый, да и всегда сидит у своей мамы в кабинете (она у него медсестра, вроде). Единственное, что пока что может наполнить мою жизнь красками, это общение с Колей и Ариной. У Фони забрали телефон, ещё давно, но всё равно, когда я думаю о нём, мне становится тепло. Арина не может прийти ко мне в больницу, её не пускают родители (её так же, как и нас всех, наказали), но мы всё равно общаемся. Коля тоже не может прийти, ему устроили дикую взбучку и разрешили пользоваться телефоном всего два часа в день. Раньше у меня, кстати, не было номера Арины, я всё боялся спросить, но Коле уже надоело на это всё смотреть, поэтому он сам дал мне её номер. «Напиши хотя бы первым! Ты джентльмен или кто?». В тот же день я написал ей. Арина самая лучшая, она всегда старается меня поддержать, а ещё скидывает фотки своего котёнка, это очень мило! И Арина, и её котёнок. Она наконец рассказала мне, как называется её стиль, это эмо + сцен (вроде так), она все свои побрякушки заказывает на маркетплейсах, а потом может ждать по пару месяцев, пока ей какая-нибудь заколочка придёт. Ещё Арина показала другие стили, мне очень понравился готический, их макияжи — это просто нечто! Хотел бы я уметь также. Но, если что, Арина мне просто подруга

12 декабря. Суббота. 2018 г.

Ночью в больнице страшно, как бы нелепо это ни звучало от меня. Выключают свет везде, кроме коридора, а в 11 часов отбой, как в каком-то детском лагере. Из-за того, что я теперь постоянно сплю днём, мне нечем заняться ночью, ещё и сосед по палате храпит, бесит. И фонарь в окне светит прям мне в лицо, приходится кутаться в одеяло с головой, это неудобно и жарко, особенно когда пишешь что-то в дневнике. В коридоре стучат каблуки медсестер и шумят эти дурацкие кушетки, я не понимаю, как можно заснуть в таких условиях. Гробовая тишина, а потом вдруг всё вот это, да днём, если под окном будет бежать стадо оленей, я смогу уснуть с большим успехом. Оленей? Почему я сказал оленей? Мне нужно попить воды. У меня болит колено.

13 декабря. Воскресенье. 2018 г.

Это был он! Это снова был он! Я ночью вышел в коридор, чтобы найти кулер и выпить воды, да и в целом мне хотелось прогуляться. Почему-то медсестер нигде не было, хотя я буквально секунду назад слышал, как они ходили по коридору. Пошёл вдоль коридора к приёмной, где стоял кулер. Шёл-шёл и ещё раз шёл, но коридор не хотел заканчиваться. Когда я посмотрел на номер палаты, то увидел номер 12, а я лежу в палате 13. Я сдвинулся с места всего на одну палату. Меня бросило в дрожь, подумал, к чёрту, утром попью! Но когда развернулся, то увидел номер 11. Моей палаты просто не было. Снова всё стало синим. Колено пронзила острая боль. Коридор стал длиннее, из одной из палат со скрипом выкатилась кушетка с кем-то лежащим на ней, но прикрытым простынёй. Я не мог пошевелиться, а кушетка катилась ко мне всё ближе и ближе. Когда она была в паре метров от меня, я сорвался с места и побежал, сам не зная куда. Но бежал недолго, в частности потому что был на костылях, потому что ноги подкосились, и я упал на кафельный пол. Из колена потекла кровь, а кушетка остановилась напротив меня. Постепенно тело на ней поднялось, а простыня спала на пол. Олень. Эта тварь сидела и смотрела на меня в упор. Я пнул кушетку здоровой ногой, и она покатилась дальше, скатываясь по лестнице вместе с оленем, который даже не дрогнул. Я попытался встать, но снова упал с мучительной болью. Когда развернулся и начал ползти в сторону палаты, то вдруг оказался на лестнице, а подняв голову мне в лицо прилетело кушеткой. Перед глазами стало темнеть, и последнее, что я увидел, — шершавый длинный язык, который вылезал изо рта оленя, полного острых рядов зубов. Очнулся час назад в своей палате с ваткой в носу, мне сказали, что я просто упал, сломал нос и потерял сознание. Медсёстры отругали меня за то, что я выходил из палаты ночью. Мне действительно не стоит этого делать больше. Я не хочу встретить его снова.

14 декабря. Понедельник. 2018 г.

Мне написал Фоня! Это лучшее, что случалось со мной за последнее время. Я изо всех сил старался не плакать, когда разговаривал с ним, но это было слишком сложно. Я рассказал ему всё от и до, но единственным, что не упомянул, был олень, мне страшно говорить о нём с другими, будто это тот, чьё имя нельзя называть. Слова Фони иногда могут быть слишком наивными и сентиментальными, но это именно то, что мне нужно, они действительно успокаивают меня сильнее чего-либо ещё. У Фони всё хорошо, он говорит, что после больницы его больше не дразнят одноклассники, и это отлично! Надеюсь, так и будет продолжаться дальше, может, он всё-таки найдёт себе друзей (звучит как что-то невозможное). Я рассказывал ему про Арину, надеюсь, он не ревнует. В последнее время я становлюсь слишком однообразным и скучным. Вдруг баскетбол был единственной моей индивидуальной чертой? Вдруг только из-за него я был людям интересен? Я сильно нервничаю. Ещё и нос этот проклятый, у меня теперь он неровный из-за того, что с ним случилось недавно, и я выгляжу просто ужасно. Фоня сказал, что мы друзья по травмам, у меня ноги, а у него руки, ещё и оба друг за другом в больницу попали. Я его обожаю.

17 декабря. Четверг. 2018 г.

Наконец появилась возможность написать! Всё это время я общался с Фоней, Ариной, ходил на процедуры и иногда меня навещали друзья и родители. Странно, но Коля мне сейчас не пишет вовсе. Сейчас мне намного лучше, мой режим сна восстановился, и никаких кошмаров больше не снилось. Фоня хорошо на меня влияет, он будто заряжает мою батарейку. К сожалению, сегодня у него забрали телефон, и я опять чувствую себя неуверенно и странно. Я скучаю по нему каждую секунду, особенно когда не общаюсь с ним. У меня скоро операция, 21-го числа, я надеюсь, что после неё я смогу восстановиться до нового года, ведь не хочу провести свой любимый праздник в больнице. В коридоре уже поставили и украсили ёлку, мы с остальными ребятами помогали вырезать снежинки, которые потом повесили на окна. Зимой находиться в больнице — это особая атмосфера, мне даже начинает нравиться, как не странно. Если честно, грустно, что я не смогу подарить родителям что-то стоящее, хотя до этого никогда так сильно не переживал из-за подарков. Они так много для меня делают, чувствую себя неблагодарным

18 декабря. Пятница. 2018 г.

Сегодня ко мне приходил мой тренер. Было как то не по себе, я стал ёрзать и не мог сидеть на месте. Я только перестал думать о баскетболе и о команде, но мне опять об этом напомнили. Но всё обошлось, он сказал, что наше соревнование перенесли на середину января по каким-то техническим причинам, и тренер приглашает меня поехать вместе с командой, развеяться и просто посмотреть на игру. Я без промедлений согласился. Это будет моё последнее соревнование в карьере, и я должен повеселиться с ребятами на всю катушку, как можно от такого отказаться? А ещё, как бы я этого не боялся, пришла бабушка. Хоть я и ожидал вновь той дрожи и теперь уже не просто разочарованного голоса, а взгляда... Бабушка выглядела добренькой, веселой. Мы мило поболтали, она спросила меня об Арине, и я опять весь раскраснелся, а потом она дала мне мои любимые печеньки, те самые, которые есть только у неё. Я помню, что когда она уходила, то зачем-то перекрестила меня, но не так, как обычно, как-то по-другому. Ну, ладно, главное, что всё хорошо

23 декабря. Среда. 2018 г.

Это был ад. Самый настоящий ад. Во время операции мне ввели анестезию, но я не вырубился, ну, по крайней мере, я так думал на тот момент. В палату вошёл один из докторов, его рога бились о люстру, и он наклонялся, чтобы влезть в комнату и ничего не разбить. Постойте, рога? Это был он. Олень стоял прямо надо мной и смотрел, а я не мог пошевелиться. Я мог чувствовать боль от одного лишь его взгляда, мои колени начали болеть, в горле пересохло, и при этом мне захотелось вырвать, живот скрутило. Откуда-то выкатилось зеркало, направленное прямо на меня. Я видел, как врачи что-то делали с моим коленом, но у них были не руки, а хвосты с шипами, которые просто болтались над вскрытым до костей коленом. Все они разом замахнулись и ударили по обоим моим коленям, кровь разлетелась по сторонам. Я всё ещё не мог кричать, только смотреть и чувствовать невыносимую боль. Хвосты ударили снова, и моя кость раздробилась на маленькие кусочки. Я плакал. Нет, рыдал. Хотелось, чтобы это всё поскорее закончилось. Не знаю, пусть бы я продолжал истекать кровью, лишь бы не видеть его. Он оставался неподвижен, лишь наслаждался моими страданиями. Из-за зеркала кто-то вышел, это был жёлтый силуэт, весь дрожащий и будто бы напуганный, у него не было лица, лишь 2 больших белых точки вместо глаз. Олень подтолкнул силуэт ко мне, он робко подошёл к кушетке. Я замотал головой, слезы разлетелись по операционной, но это было бесполезно, жёлтый схватил меня за ноги и начал тянуть их на себя. Я видел, как рвутся ткани, мышцы и моя плоть. Силуэт крикнул «Я НЕ ХОЧУ!» так громко, что стёкла на окнах и зеркале задрожали. Я смог издать полный боли и мучений крик вместе с рыданиями сразу после него. Кажется, мне оторвали ноги. Я очнулся полностью, в своей послеоперационной палате, мои голосовые связки болели, а вокруг уже столпились медсестры и доктора. Это опять был сон? Паралич?! Я не выдержал и просто разрыдался прямо там, мне было настолько больно и страшно, что я не мог терпеть. Из зала ожидания по моей просьбе позвали отца. Я сидел с ним и пытался успокоиться. Это было ужасно. После этого не мог нормально спать, мне всё время хотелось рыдать. Разве я это заслужил?

31 декабря. Четверг. 2018 г.

С наступающим! Я начинаю потихоньку восстанавливаться после операции, хожу с костылями и со вчерашнего дня делаю упражнения. Меня отпустили домой, чтобы я смог отпраздновать Новый год с родителями, и я рад этому больше всего на свете. По плану мы должны дождаться курантов дома, открыть подарки, а потом поехать в гости к родственникам, я уже по всем соскучился. А ещё я встречусь с бабушкой. Теперь точно не струшу и спрошу у неё то, что давно должен был с самого начала. До следующего года, дневник