Декабрь. Агафон.

1 декабря. Вторник. 2018 г.

Я всё ещё в больнице. Я так и не понял, откуда здесь мой дневник, мать не могла его принести, она не знает о том, что я веду дневник. Мои локти и пальцы были изодраны до мяса, я этого не понял, пока не очнулся, когда выбрался из поля и бежал, был слишком занят спасением своей жизни, чтобы обращать внимание на локти. Я занёс инфекцию и, наверное, поэтому лежу тут. С ногами всё в порядке, но есть какая то тупая боль в них и лёгкие судороги. Я не могу этого понять или признать, но мать, кажется, переживает за меня? Звучит как что-то невозможное, но, наверное, это так. Когда очнулся, она хоть и обняла меня, но это была разовая акция, дальше она говорила со мной как обычно, но как-то более нежно. Меня это сильно напрягает, я к такому не привык. Наверное, она просто хочет казаться заботливой матерью на людях, когда вернёмся домой, всё встанет на круги своя.

Я тут подумал, может, произошедшее со мной 26-го ноября не было сном? Да, я об этом не писал, но всё-таки остановился на том, что это был просто сон, и я запутался в числах, но сейчас я в этом не уверен. Меня хотели поставить на учёт, но всё замяли, это первый раз, когда полиция поймала меня, мои побеги по ночам из дома никогда не были задокументированы. Но никто так и не разобрался, что я делал ночью у дороги. Если в прошлый раз мама не заметила моего ночного отсутствия и я сослал всё на сон, то сейчас это произошло на самом деле. Я был в поле, я слышал крики, и я видел эту тварь, видел её 2 раза. Боюсь знать кто или что это, но главное, что я (наверное) остался незамеченным. Это призрак? Или смерть пришла за мной? Смерть я не так себе представлял, думал, это высокий скелет в чёрном балахоне и с косой, а не огромный (хоть одно сходство) прямоходящий олень с хвостом и шипами. Начал писать об этом, и меня в дрожь бросило. В больнице жутко, надеюсь, меня скоро выпишут.

2 декабря. Среда. 2018 г.

Сегодня мне давали пить антибиотики и накладывали повязки на раны, я почему-то перестал чувствовать боль, редкие судороги остались, но в остальном я ничегошеньки не чувствую. В больнице кормят отвратительно, волосы в каше, водяной чай и суп, чёрствые плесневелые булочки, а пластиковые макароны и котлеты непонятно из чего — это отдельная история. Я не жаловался матери на еду тут, но она, видимо, сама всё поняла и через медсестёр передала мне адекватной пищи. Там были бананы, которых уже практически не осталось (я обожаю бананы). Я всё ещё не понимаю, что она делает. Также меня отвели на «анонимное» психологическое тестирование, причём отвели только меня, я один сидел в вонючем кабинете с потрескавшейся побелкой и стареньким компьютером, который перезагружали раз 10. Хоть я и не шарю в компьютерах, наверное, это странно. Сомневаюсь в том, что мои результаты будут анализировать, их просто распечатают, покажут мне и моей матери и ничего с этим не сделают. Это сделано чисто для галочки, никому здесь не нужны проблемы. Мне сказали, что меня, возможно, выпишут в пятницу, пока что я нахожусь под наблюдением у врачей.

Ко мне ещё подселили мамочку с грудным ребёнком (палаты для людей разных возрастов? Нет, не слышала), девочка постоянно орёт, я не могу спокойно находиться в палате, а по коридору ходить нельзя, ну и что мне теперь, сдохнуть, что ли?

3 декабря. Четверг. 2018 г.

Возможно, то, что я попал в больницу, не так уж и плохо. Мать сегодня утром передала мне через окно мой телефон, как-то слишком быстро она мне его отдала, но это просто чтобы, если что, связаться со мной. Я написал Владу, он сказал, что недавно общался с Ариной (он очень смущён), это отлично! Она, по его описаниям, хорошая, говорит, что она бы мне понравилась. Скажу по секрету, но мне не нравятся друзья Влада, они напоминают мне моих ужасных одноклассников. Когда Влад начал с ними общаться и рассказывал о том, как они звали его на чьи-то хаты или побухать, мне становилось очень страшно за него. Я боялся, что Влад связался с плохой компанией, но потом понял, как сильно ошибался, если Влад на чём-то стоит, он будет стоять на этом до конца, у него есть свои принципы. Если сказал, что ни разу не возьмёт в рот сигарету или алкоголь, значит, сделает. Я им восхищаюсь, насколько знаю, он некоторых своих друзей даже навёл на, скажем так, путь истинный. Я нечаянно проболтался о том, что попал в больницу, Влад очень переживает за меня, чтобы он успокоился, пришлось соврать, что просто упал на физре и ничего серьёзного не случилось. Тем более у него скоро соревнования, не хотелось бы его отвлекать. Хочу хотя бы однажды побывать на соревнованиях Влада, посмотреть, как он играет, и болеть за него, ради него я бы орал во всю глотку. Ребёнок той горе-мамаши опять не успокаивался всю ночь, из-за чего я не выспался. С одной стороны, мне хочется избавиться от этого ора и выписаться уже наконец, а с другой, я не хочу, чтобы у меня забирали мою единственную отдушину в виде телефона. Но выбора у меня нет, завтра меня выписывают

5 декабря. Суббота. 2018 г.

Пока тебя выпишут из данной больницы, ты уже 200 раз заново заболеть успеешь. Вся эта бумажная волокита, сходи к этому врачу, сходи к тому врачу, ой, а тут очередь, ой, а у этого врача выходной, ой, а мы вам не можем справочку выдать. Я просто занёс инфекцию и полежал в больничке +- 4 дня, откуда столько всего? Но не суть. Я чувствую себя хорошо, даже выспался вчера (неожиданно). В ночь выписки ребёнок, который лежал со мной в палате, опять никак не затыкался, его мать уже смирилась, воткнула беруши в уши и со спокойной душой заснула. Ну а мне что делать прикажешь? Так я и пролежал пол ночи под плачь этого спиногрыза. По коридору ходила медсестра, хотя я не уверен, что это была она, разве медсёстрам можно носить каблуки? Она ходила по коридору и цокала ими. Не знаю, но в любом случае девочка орала ещё громче (понимаю её, меня это цоканье каблуков тоже раздражало, но плач делала это не меньше). Я уже подумал, что оглохну, пока не услышал колыбельную. Наконец-то хоть кто-то решил успокоить этого ребёнка, раз его мамаша не справляется с этим! И вообще, я считаю, что человеку нужно пройти психологический тест перед тем, как ребёнка завести, а то потом появляются неадекватные всякие. В общем, я заснул под колыбельную, если честно, впервые в жизни, мать никогда не пела мне колыбельных. Всю оставшуюся ночь я спал спокойно, локти не болели, а на утро был бодр и свеж как огурчик. Мать телефон до сих пор не забрала, я весь вчерашний день болтал с Владом, и мы вместе играли в какую-то игру по сети, не помню название, но это было весело, нужно будет как-нибудь повторить. Сегодня ничего такого не произошло, я сам обрабатываю раны и слежу за ними, я должен сидеть дома ещё как минимум 3 дня, а потом могу отправляться в школу. У меня уродливые шрамы на локтях, я ненавижу их, теперь ещё больше выгляжу пугало. Но Влад говорит, что я всё ещё чудесный, а шрамы украшают человека, это может стать визитной карточкой моей внешности, скажем так, изюминкой. После его слов, шрамы мне кажутся не такими уродливыми

6 декабря. Воскресенье. 2018 г.

Телефон опять забрали, эх, а я уже надеялся на то, что она забудет. Мать запрещает гулять, ведь мне важен постельный режим (не понимаю прикола, у меня же руки повреждены, а не ноги), и она так и не понимает, что я делал на дороге в тот вечер. Одним словом, я заточён в доме как в башне, только цепи не хватает, а драконом выступает моя мать, правда, принц из сказки ко мне не придёт. Пойду спать.

Зря я пошёл спать... Пишу ночью. Мне приснился сон. Я, кажется, тонул, но совсем не захлёбывался, просто парил в воздухе, а вокруг меня эхом отзывались странные шебуршящие звуки. Я поплыл наверх, чтобы выбраться, но всё плыл, плыл и плыл, а конца этого всего словно и не было. Вдруг, буквально в паре сантиметрах от меня сверху появился столб. У меня чуть сердце не выпрыгнуло из груди, но это было пол беды, сверху выглянул свет, я сначала обрадовался, пока не понял, что жидкости становится меньше, она вытекала. Появились стенки, а на них личинки, которые один за другим подбирались к дыре сверху. Я начал плыть за ними, но не успел, снизу меня схватили, кто-то начал кусать мою ногу и опускать на дно. Я дрыгал ногой и всё равно плыл всё выше и выше, пытаясь перетерпеть боль в локтях, пока оранжевый свет не ослепил меня. Я лежал в снегу, на холме, всё было оранжевым, где-то внизу я слышал рык и крик, но глухо, будто мои уши были заложены. Передо мной стоял сгорбившийся человек, но он не был оранжевым как всё остальное, он был фиолетовым. Это точно был человек, а не та тварь, что я видел до этого, я уверен. В руках он держал что-то и дрожал, то ли от холода, то ли от страха. Я не смог себя сдержать, и меня вырвало, человек перестал дрожать и повернулся ко мне. Я не видел лица, только белая точка с левой стороны и крест с правой вместо глаз. Человек рассмеялся, очень противно и звонко, так, что меня оглушило окончательно, он замахнулся на меня тем, что держал в руках. Это был серп. Серп воткнули мне в живот, и перед тем как издать истошный крик, я проснулся. В ушах всё ещё звенело, а вся подушка была мокрая от пота. Я живой.

7 декабря. Понедельник. 2018 г.

Утром у меня сломалась плойка, и я готов выть от злости. Хотя, наверное, это было ожидаемо, ведь я ей пользуюсь столько, сколько себя помню, а до этого ею ещё мама пользовалась когда-то. Я стал думать, как бы мне выпрямить волосы, но кроме варианта просто погладить их утюгом не придумал. Попробовал расчесать их, но по итогу только сильнее распушил. Ещё у меня закончилась краска для волос, а в корнях я стал рыжим. Обычно мать покупает мне краску, но она на меня обиделась. Сейчас я боюсь, что она обидится ещё больше из-за того, что я не могу выпрямить волосы, а если она обидится, значит, телефон не увижу ещё дольше. Раньше я не понимал, почему мать меня ненавидит и красит мои шелковистые рыжие волосы в коричневый, а потом ещё и выпрямляет. Разве я не красивый ребенок? Уже потом я нашёл альбом со старыми фотографиями и увидел, что мой отец был рыжим и кудрявым, а я его точная копия, даже черты лица от него. Мать просто не хотела, чтобы перед её лицом лебезило ещё одно рыжее существо, которое, к сожалению, из неё вылезло

8 декабря. Вторник. 2018 г.

Это что такое было? В смысле, в меня сегодня не кидали бумажки? В смысле мой рюкзак не пинали по коридору? В смысле мне не орали оскорбления вслед? В СМЫСЛЕ? Звучит и выглядит как что-то сверхъестественное, ко мне не лезли весь день и даже после школы не прибили? Вау, это было очень приятно, если меня продолжат игнорировать, я буду счастлив.

После школы я побежал в поле, но меня остановила полицейская машина, которая стояла у леса и заматывала все ходы жёлтой лентой. Чёрт! Ладно, найду другие способы пробраться туда. Я хочу знать, что произошло, даже если снова попаду в больницу или в полицейский участок, плевать! Я хочу знать, что это за олень и почему это происходит со мной

Ночью опять произошло что-то странное. Когда я уже спал, услышал странные звуки за окном, подумал, ну, может, опять алкаши какие-нибудь шляются, надеюсь, напьются и сдохнут, или коты соседские сцепились. Я не придавал этому значения, пока в моё окно настойчиво не постучали. Стук был тихим, но таким, чтобы только я его слышал, каждый раз после стука кто-то со скрипом проводил рукой по стеклу. Я посильнее закутался в одеяло и пытался уснуть как можно быстрее, но стук продолжался, локти болели. Тук-тук-тук. С каждым разом всё громче, словно кто-то хотел разбить стекло. Но мимо дома проехала машина (наверное, не знаю, была резкая вспышка света, как будто фар), и стук прекратился. На утро я выбежал на улицу и подбежал к окну своей спальни, увидел на стекле разводы, а на тропинке капли крови. Это он приходил за мной. Это был тот олень. И я упустил его.

10 декабря. Четверг. 2018 г.

Я нашёл, как можно пройти в поле не через лес. Было 2 варианта: либо через трассу, а дальше по тропинке, либо через заброшенную заправку. Через трассу не вариант, если я так открыто буду идти, то машины, проезжающие мимо, могут что-то заподозрить, да и что я вообще говорю, вчера попытавшись пройти там, первое, на что я наткнулся, был полицейский участок. Я до этого даже не знал, что он находится там. Осталась только заброшенная заправка, там не должно быть никого, местные бомжи и алкаши оккупировали другие места, заправка им неинтересна. Только есть одна проблемка, эту заправку ещё давным-давно затопило. Либо мне придётся взять высокие резиновые сапоги, либо сдохнуть, ведь обойти заправку тоже нельзя из-за забора (удивлён, что его до сих пор не сдали на металлолом мои сверстники).

Окей, я нашёл себе резиновые сапоги на чердаке, краска с них уже слезла, но плевать, кто меня на заброшенной заправке увидит? Разве что пауки. Отправлюсь туда завтра.

11 декабря. Пятница. 2018 г.

В школе опять не было ничего такого, я даже все уроки отсидел, и когда я отвечал у доски, с меня не смеялся весь класс, их будто подменили. Но мне всё равно, это не главное сегодня. Я всё-таки отправился на заправку. Дождавшись, когда вокруг не будет ни души, я быстро перебежал дорогу и спрятался в ближайших кустах. Там я переобулся в резиновые сапоги и тихонько, периодически прячась за бензобаками, пробрался внутрь. Действительно, весь пол был в воде, но выбора у меня не было. Осмотревшись, я пошёл, кажется, в сторону подсобки, которая вела наружу, а то есть к холмам у поля. В воде остался осадок от бензина, поэтому когда я шёл, вокруг меня расплывались радужные круги. Пару раз испугавшись своих же шагов, я всё-таки выбрался наружу и без передышки побежал в сторону холмов. Мне стало страшно, ведь я был как на ладони, а сапоги скользили по траве, но я смог, взобрался на холм и осмотрелся. И увидел всё оранжевым. Ура! Почему-то в поле был снег, хотя у нас он ещё ни разу не выпадал, а озера вообще не было. Меня всего затрясло, и стало холодно, слишком холодно для сегодняшнего дня. Это было не моё поле, я в этом уверен. На меня падали снежинки. Чёрные и колючие, я отмахивался от них, как от надоедливых мошек, но они, кажется, липли только сильнее. Столкнувшись с чьим-то белым силуэтом я краем глаза увидел рога. Поскользнувшись на ровном месте, сначала меня кто-то потащил к краю холма за штанину, а когда я открыл глаза, то уже начал кубарем катиться с него. Я упал в траву, теперь мне было жарко, всё стало обычным, на холме никакого силуэта, на траве никакого снега, только лёгкий иней, а встав я неподалёку всё-таки увидел своё озеро. Он испугался? Нет, он не мог так просто от меня уйти! Кто меня потянул? Или толкнул? Почему это было другое поле? Мне нужны ответы!

12 декабря. Суббота. 2018 г.

Я кое-что заметил. На моей куртке остались чёрные снежинки. Они совсем не таяли и всё это время держались на куртке, а когда я попытался до них дотронуться, меня словно ударило током, а снежинка исчезла. Я так и не понял, было ли это по-настоящему. Когда я встречаюсь с этим оленем, всё вокруг меня становится оранжевым, кроме некоторых объектов. Олень так или иначе чёрный, человек, которого я недавно видел во сне, был фиолетовым, а жидкость, в которой я плавал некоторое время, была красной, уже потом на свету всё стало оранжевым. Значит ли это, что у определённых предметов есть свой цвет? Не знаю. Я ещё немного покапался на чердаке, и в месте, где я нашёл свой дневник, была огромная картина, там был изображён пейзаж зимы, на переднем плане стоял олень, обычный олень, не тот который у меня, а сзади белый лис. Связано ли это как-то между собой? У меня слишком много вопросов и мало ответов.

14 декабря. Понедельник. 2018 г.

Я на некоторое время отложил поиски оленя. Мне вернули телефон (мать забыла о том, что обиделась на меня), и я общался с Владом. Он уже неделю находится в больнице, а я узнаю об этом только сейчас! У него что-то с коленом, ему придётся делать операцию. Но самое ужасное то, что теперь он не может заниматься баскетболом. Я чувствовал себя так, словно это произошло лично со мной, это ужасно! Я мигом позвонил ему, мы долго говорили, пытался его успокоить. Влад не плакал, но по его голосу было понятно, что он хочет этого. Он нервничал и поэтому скомкал всю информацию, которую мог, но я его и так понял. Он плохо спит, ему не с кем поговорить, нечего делать, и он буквально гниёт в этой больнице. Я сказал, что буду на связи при любой возможности и не дам своему лучшему другу потерять надежду. Кажется, это помогло. Мы общались до самого вечера, он говорил что-то про разные стили одежды и опять про Арину, что он не понимает, как она может ходить с чёлкой на одном глазу и не портится ли у неё зрение. Влад переживает, что он теперь менее симпатичный из-за его сломанного носа (он сказал, что упал на мокром кафеле). Я пошутил про то, что тоже недавно попал в больницу, а теперь вот он прямо за мной, какая то особая у нас связь. Он повеселел, и для меня это главное. Пожалуйста, хоть бы с ним всё было хорошо, я так боюсь за него.

17 декабря. Четверг. 2018 г.

Я не буду просить прощения за то, что не писал, на меня столько всего навалилось. Во-первых, на учёбе завал, меня дрочат по поводу и без. Во-вторых, я общался с Владом каждую свободную секунду, я за него переживаю, как он там, что он там. Он сделал мне обзор на свою палату, я в шоке, какая она у него чистая и красивая! Моя палата была похожа на морг. В общем, мы говорили обо всём, перепрыгивая с темы на тему, но это не могло длиться вечно. Мать опять забрала телефон, странно, но в этот раз она спросила, закончил ли я переписку, и только когда я попрощался с Владом отдал ей телефон. До этого она просто сразу выхватывала его из рук без возможности предупредить Влада. С ней происходит что-то странное, и меня это напрягает. Кстати, за всё то время, что я общался с Владом, я ни разу не видел оленя, наверное, это потому, что я не шёл в поле, вместо этого предпочитая сидеть в парке (сам не знаю почему). Увижу ли я его завтра? Отпишу, как что-то появится.

18 декабря. Пятница. 2018 г.

Эм, окей, я не думал, что напишу сюда так скоро, просто... Это было странно, очень. Мы с классом сидели на русском языке, учительница только что вышла, и, как обычно, начался балаган. Ну, мы восьмиклассники, что с нас взять? Пока мои одноклассники чуть ли не прыгали по партам, я старался сидеть тихонько, как мышь. Но мне это не помогло. Видимо, им вскоре стало скучно, а я как раз стал удачной мишенью. Я зажмурил глаза и опустил голову, когда увидел их ухмылки. Ну всё, капец... «Вы видели, что там на улице?!» — вбежал в наш класс пацан из параллели с безумными глазами. Я опасливо открыл глаз и увидел, что все уже столпились у окон, удивленно охая и ахая. «Кабриолет!» — услышал я из гула голосов: «Тут синий кабриолет!». Я удивленно поморгал глазами и тоже прижался к окну. Моё зрение, конечно, не ахти, но я четко увидел на дороге, во дворе школы синюю машину и двух людей, один сидящий на переднем сидении, а другой с рыжей копной волос, судя по всему, водитель, ходил туда-сюда вокруг неё. Во-первых, какого черта? Серьезно, кабриолет? Зимой? Нет, я, конечно, понимаю, что снега у нас нет и в целом-то плевать, но грязь месить, мне кажется, не круто. А во-вторых, я хочу такую же синюю машину, синий — мой любимый цвет! Ну, я имею в виду, что было бы круто ездить на такой машине, само собой, я не смогу получить права. Я слишком боюсь. «Агафон, смотри! Твой батя вернулся с похода за хлебом!» — сказал кто-то, и класс тут же разозлился хохотом. Я покраснел и сел на своё место, тем более, что учительница зашла и стала разгонять нас. В нашем городке мало рыжих, по пальцам можно сосчитать, поэтому чуть что, первый попавшийся рыжий мужчина сразу становился моим отцом, который, из сплетен одноклассников, ушёл за хлебом, что они считали просто уморительным. Когда я выбежал с урока, то кабриолета уже не было, да и в городе я его не видел (а такую машину сложно не заметить!). Грустно, может, правда мой отец, который вдруг решил приехать и выплатить долг по алиментам? Смешно

21 декабря. Понедельник. 2018 г.

Я не помню. Просто не помню. Я опять пошёл в поле и в начале не было ничего необычного, просто холмы, просто озеро, просто поле. Скажу честно, меня это даже начало бесить, и я настолько отчаялся в чём-то, что через свой страх побежал в траву. Я сделал это не зря. Вскоре я споткнулся и как только открыл глаза, то всё стало оранжевым. Как ни странно, меня это обрадовало. Я продолжил идти дальше, но не натыкался на оленя ни в какую, только трава, трава и ещё раз трава. Как вдруг, вместо оленя, наткнулся на дверь. Дверь? Посреди поля? Так или иначе я открыл её, и за ней был больничный коридор, но не оранжевый как должно было быть, это был обычный жуткий коридор. Я не успел закрыть дверь, как меня уже толкнули внутрь, дверь захлопнулась, и у меня не оставалось выбора, кроме как осмотреться. Просто жуткий, больничный, длинный коридор. Очень длинный коридор. Я заглядывал в палаты, но там не было ничего кроме черноты. Заглянув за угол увидел одну единственную дверь в конце коридора. Почему то всё вокруг застучало и задрожало, я пошатнулся и дверь сама приблизилась ко мне. Я слышал истошные крики боли за ней, но не мог заставить себя войти, хорошо что мне не пришлось. Из палаты, спиной к двери, вылетел человек, точнее жёлтая фигура, его руки были в крови, как и одежда. Он сидел и с ужасом смотрел на дверь, при этом дрожа как в припадке. Я попробовал подойти ближе. «Кто ты?» тихо спросил, мой голос эхом разнёсся по коридору. Силуэт резко оглянулся на меня, не успел он ничего сказать, как двери палаты медленно распахнулись, оттуда, сгорбившись, вылез олень, он скалился и широко раскрывал пасть, полную нескольких рядов острых зубов. «Беги!» крикнул кто-то, и я инстинктивно побежал, хотя хотел бы посмотреть на оленя подольше. Передо мной бежало какое-то белое пятно, а жёлтый силуэт остался позади. Двери по бокам длинного коридора открывались, и из них выкатывались кушетки, иногда пустые, иногда с людьми, а иногда с чьими-то отдельными органами и частями тела, такими как ноги. Я перепрыгивал через них, иногда падал прямо на кушетку и весь пачкался в чужой крови, но под конец дверь в конце коридора отворилась передо мной, и я оказался в поле. Никогда так сильно я не был рад и одновременно с этим зол находиться в этом поле. Рад, потому что живой, а зол потому что опять сбежал от оленя. Теперь было темно, не было оранжевого перед глазами, не было белого пятна. Был только я, один в бескрайнем поле высокой травы. Я не помню как и когда вернулся домой, но сейчас это не важно. Теперь я не понимаю всё ещё больше.

23 декабря. Среда. 2018 г.

Почему он больше не приходит ко мне? Почему мне ничего не снится? Это несправедливо, просто несправедливо! Как только я начал его искать сам, он просто свалил? Глупое, слабое парнокопытное! Я что, зря в это поле хожу что ли?!

24 декабря. Четверг. 2018 г.

Я стал спать больше и дольше, практически весь день, если я прогуливаю школу или если наступают выходные, я только и делаю что дрыхну. Но это почему то не помогает, я даже попытался спать в самом поле, в высокой траве, на мостике, на холме, но ничего не помогло! Лишь пару раз я увидел всё оранжевым, радовался, но сразу всё становилось обычным и я злился. Я попробовал пойти через лес, может, это как то влияет? Но по итогу меня поймали и отругали волонтёры, которые там дежурили вместо полицейских. Неужели лес до сих пор закрыт?! Какой в этом черт возьми смысл! Меня всё бесит!

25 декабря.

ХВАТИТ ХВАТИТ ХВАТИТ

© Б.Л.

31 декабря. Четверг. 2018 г.

С наступающим. Неожиданно, но мать сегодня накрыла на стол, приготовила оливье, купила мандарины, сделала тарталетки. Мы даже ёлку поставили (хоть и в самый последний момент). Мы никогда не праздновали новый год, не знаю, что на неё нашло. Мне почему-то становится не так противно и плохо рядом с ней. Это новогоднее чудо? Точно нет, потому что олень ко мне так и не пришел