Дарстье 1

Октониум был наполнен людьми. Все болтали, кто-то громко смеялся. Весна, учиться совсем не хотелось, студенты Академии Святых и Великих вели себя, как дети, и никто уже не мог сделать им достаточно убедительного замечания, чтобы прекратить ребячество. Готье устало ковырял вилкой еду. Вчерашняя тренировка с Люмьером была, честно говоря, ужасной. Уолдин придумал пробираться по ночам в зал для фехтования три раза в неделю, и эта идея вгоняла Хитклифа в тоску. Если в начале года Люмьер жалел силы, то теперь Готье получал по-настоящему и частенько придумывал, как скрыть хромоту или синяки на запястьях. Иногда казалось, что Уолдин пытается сломать ему руку, а не выбить шпагу.

– Сбей волну! – Оливер перегнулся через стол и щёлкнул Готье по лбу. – Кошмар, до тебя не докричаться, – он покачал головой. Потерянный взгляд Хитклифа говорил о том, что последние минут десять он не слушал их с Леоном. – Я спрашиваю, как планируешь каникулы провести.

– А... – Готье опустил вилку. – Не знаю. Я ещё не думал об этом. Наверное, дома? – он пожал плечами.

– Я теперь понимаю, почему Котийяр считает тебя скучным, – Брум обречённо застонал и лёг на стол.

– Что? Кто? – Хитклиф аж выпрямился, когда услышал эту фамилию.

– Дарсериан сказал нам, что ты не только дружишь с чернью, но и слабый и скучный, – Леон, сидевший рядом, невесомо положил руку на его плечо, опасаясь, как бы тот не вскочил.

Котийяр и Хитклиф вели какую-то войну ещё с начала учебного года. Точнее Дарсериан не упускал возможности позлить Готье, а тот в свою очередь испытывал и тренировал свою выдержку и терпение. Он утверждал, что не опустится до такого уровня, но все равно каждый раз громко с ним ссорился. Что ему будет от того, что его задели плечом или поставили подножку? Или сказали грубое слово... Или грязно толкнули во время тренировки... Или... Хитклиф поник, но он точно не грустил.

– Он ещё и скучным меня считает! – Готье ударил рукой по столу. На секунду в столовой повисла тишина, но гул тут же вернулся. – Клянусь, ещё хоть раз он что-то мне сделает, и я вызову его на дуэль! – если бы в его руках все ещё была вилка, то он бы точно её погнул.

– Он только и делает, что провоцирует тебя на драку. Ты же ни за что не победишь его ни в темной материи, ни в фехтовании, – Леон говорил ритмично, тихо, мягко, чтобы не вызвать новую волну эмоций.

– Ох, – Готье отодвинул поднос и лег на стол. – На меня давит гордость.

– Я считаю, тебе стоит его отпинать, – Оливер улыбнулся Кагеру и положил руку на макушку Хитклифа. Леон покачал головой, но перечить не стал. Он тоже хотел бы ударить Котийяра.

– Идём. У нас занятие восхваления чистокровных, – Готье перевел диалог и поднялся с места. Леон и Оливер направились за ним.

Когда они проходили мимо стола Марсена, Дарсериан не упустил возможности поставить Готье подножку. Хитклиф полетел на пол, и, машинально схватившись за пиджак Котийяра, утянул его за собой. На пол свалился и стул Дарсериана. В октониуме повисла тишина. Несколько стульев скрипнули, когда патриции разных домов начали оборачиваться. Готье сел, все ещё сжимая пиджак Котийяра.

– Сегодня в полночь в фихтовальном зале, – прошипел Хитклиф, с нескрываемым отвращением отпихнув от себя Дарсериана. Он весь покраснел от стыда и злости, тяжело дышал и не сводил взгляд с нахально улыбающегося Котийяра.

Оливер тут же вздернул его на ноги, и их троица покинула столовую. Уже на выходе Брум громко рассмеялся.

– Ты бы видел его лицо, когда он понял, что тоже упадёт, – он хлопнул Готье по плечу и вытер воображаемые слёзы.

– Сегодня ночью я умру... – обречённо вздохнул Хитклиф и зарылся руками в волосы.

– Слушай, Хитклиф, не накручивай себя. На последнем занятии ты и шанса ребятам из Меркуро не оставил, – Оливер приобнял его за плечи и чуть ли не повис на нём. – Отделай его напоследок перед каникулами и живи себе спокойно.

– Давно пора бы поставить его на место. Только это должен быть не я! – он всплеснул руками.

Весь оставшийся день Готье провел на иголках. То он считал, что вот-вот добьется правосудия, расцветал духом и ходил с гордо поднятой головой, то скатывался в раздумья и уже представлял себе, как Дарсериан оторвётся на нём в случае поражения Хитклифа. Уже по пути в зал для фехтования он чуть не попался на глаза своему префекту. Мысли измотали его похлеще тренировок с Люмьером.

Когда он надел костюм, ему оставалось только ждать. Готье уже размялся, и, сидя на полу в тёмном зале нервно сминал маску. Хоть он не включил свет, уличные фонари за большими окнами отлично заменяли лампы под потолком. Готье пришел аж за полчаса до полуночи, и у него было время на то, чтобы перебирать в голове все советы и претензии Люмьера, вспоминать, как вообще держать шпагу, и какие события в его жизни привели его к тому, что он вызвал Дарсериана на дуэль. Почему просто не подрался с ним ещё в октониуме?

Кто-то ткнул его носком ботинка в бедро. Готье испугался сначала, что его поймали на несанкционированнои использовании зала, однако, увидев Дарсериана, он выдохнул. Котийяр тоже был в костюме, держал под мышкой маску и выжидающе смотрел на Хитклифа. В его взгляде явно читалось, что он лучше, сильнее, важнее, чем какой-то там Готье Хитклиф. Готье взял шпагу, лежавшую рядом с ним, и поднялся с пола.

– Какие условия, Хитклиф? – Котийяр прошел в середину зала, прямо на ровный квадрат света из окна.

– Тот, кто проигрывает, извиняется перед победителем, – Готье встал напротив.

– И выполняет одно желание, – добавил Дарсериан, натягивая маску.

– Чего? – Хитклиф повторил за ним.

– Это моё условие, – Котийяр пожал плечами.

Готье промолчал. Они приготовились. Хитклиф принял стойку, но Дарсериан почему-то рассмеялся. Котийяр выпрямился и ткнул в его сторону шпагой.

– Левая рука, Хитклиф. Не могу поверить, что ты вызвал меня на бой, а базы не знаешь, – он снова встал в стойку.

Готье смутился, но не показал этого. Он поднял левую руку и свесил ее в кисти к голове. Благодаря парным занятиям с домом Марсен, Хитклиф знал, как действует Дарсериан: настойчиво, агрессивно. Готье с самого начала принял оборонительную позицию. Надо было просто подгадать момент. Но оказалось, что Хитклиф так же силен в защите, как и Котийяр хорош в нападении. Их дуэль шла мучительно долго. Готье радовался, что Дарсериан тоже выдохся, и, скорее всего, больше, чем он сам. Он активно пробивался через его блоки и, очевидно, тратил много сил на свои действия.

– Полукровка?! – воскликнул Котийяр, повернув голову ко входу в зал.

Готье чуть не обернулся, но скрип обуви Дарсериана вынудин его отпрыгнуть в сторону. Он почти ткнул Готье в грудь.

– Ублюдок! – Хитклиф вдруг отбросил маску, шпагу и набросился на Котийяра с кулаками.

Он долго терпел его нападки, даже в бою молчал, когда он играл грязно, но этот обман стал последней каплей. Незримая плотина, котороая сдерживала его ярость, вдруг разлетелась на тысячи кусочков. Они повалились на пол. Шпага Дарсериана ударилась о паркет и откатилась в сторону. Готье сорвал с него маску, неосторожно дёрнув за волосы, и нанес первый удар.

Дарсериан схватил его за грудки. Он резко поднялся и столкнулся лбом с носом Хитклифа. Котийяр спихнул его с себя и попытался занять выгодную позицию, но Готье пнул его и, откатившись, поднялся на ноги. Он схватил шпагу, о которую чуть не запнулся, и швырнул ее в другой конец зала. Дарсериан тоже встал.

Хитклиф поднял кулаки к лицу, согнул ноги в коленях. Он пытался повторить позу Джерома с того момента, когда увидел его в драке в Запретных Землях. Дарсериан приблизился, и Готье наотмашь ударил его по лицу. Тут же последовал ответ в плечо. Чтобы не получить в нос ещё раз, Хитклиф согнулся. Он сделал рывок, обнял торс Котийяра и уронил его на пол. Дарсериан громко ударился спиной о паркет и застонал от боли. Готье попытался встать. Котийяр успел двинуть ему пяткой. Увесистая подошва выбила из груди воздух, Хитклиф стукнулся о пол затылком. От удара щёлкнули зубы. Готье тут же схватился за голову и повернулся на бок.

Он слышал, как Дарсериан встал. Его шаги сначала отдалились, а после приблизились. Готье посмотрел на него снизу вверх и замер, когда увидел шпагу, нацеленную на него. Дарсериан самодовольно улыбался. По подбородку стекла капля крови. Хитклиф разбил ему губу. Готье уже принял поражение. Теперь ему не избежать того же мудака и в следующем учебном году. Хитклиф растянулся на полу с измученным выдохом.

Дарсериан всё стоял и смотрел на него. Теперь Готье выглядел по-новому. Из носа текла кровь, дыхание тяжёлое, волосы в беспорядке а взгляд все равно гордый, злобный. Котийяр усмехнулся, откинул шпагу и протянул ему руку.

– Я думаю, это ничья, – сказал он так тихо, словно сам сомневался в своих словах.

Готье нахмурился, поднялся на локтях и, шлепнув его по ладони, лег обратно. Дарсериан закатил глаза, цокнул языком и сел на пол рядом с ним. Он тоже устал. Котийяр снял с себя перчатку, вытер с лица кровь тыльной стороной ладони и тоже лёг. Он прислушался к дыханию Готье. Всю дуэль он думал о том, какое бы унизительное задание придумать для Хитклифа, но в тот момент, когда этот "бесхребетный" парень набросился на него с кулаками, победить хотелось уже не так сильно. Может, есть что-то интересное в этом Хитклифе.

– Ты меня бесишь, потому что ты мудак, или у тебя есть на то причины? – Готье повернул голову вбок и уставился на Дарсериана. Виски отозвались болью.

– Потому что ты слабый и привел чернь в академию, – честно ответил Котийяр. – Не могу понять, как в академию поступил я, Хитклиф и полукровка. Это даже звучит смешно.

– Ты же знаешь его имя.

– Черни здесь быть не должно.

Оба замолчали. О стены зала эхом ударялось их тяжёлое дыхание. Вдруг послышалась возня у входа.

– Здесь кто-нибудь есть?! – крикнул кто-то из-за двери.

– Черт, это наш префект, – прошептал Готье.

– В окно, – Дарсериан подскочил на ноги и собрал по залу маски и шпаги. Он спрятал их под скамью, решив, что вернётся позже и уберет. Он подбежал к окну, забрался на скамейку под ним и открыл его нараспашку. – Быстрее, Хитклиф! – зашипел Котийяр.

Готье трусцой добежал до него. Он хромал. В один из разов, когда они падали на пол, он сильно ударился коленом. Дарсериан ухватился за раму, подтянулся, но спрыгнул обратно.

– Надо уходить, – Готье шептал.

– Да ты что?! – Дарсериан схватил его за запястье. – Наши вещи в раздевалке, – Котийяр рванул через весь зал к раздевалкам и еле успел шмыгнуть внутрь до того, как куратор зашёл. Они похватали свои сумки. Шаги префекта приближались.

Прятаться в туалете было бы слишком опасно. Оставался один выход – дверь в коморку плебеев, которые убирали залы. Обычно она была закрыта. Дарсериан всем весом обрушился на дверь и, со второй попытки расшатав замок, толкнул туда Готье, а после зашел сам и еле успел закрыть дверь. В раздевалку зашёл префект.

Хитклиф, изнуренный дракой и бегом, как назло, громко дышал. Котийяр бесцеремонно накрыл его рот ладонью и, медленно опустив сумку на пол, прислушался. Он приложил палец к губам, намекая на то, что Готье должен вести себя тише. Хитклиф нахмурился и укусил его за руку. Судя по действиям Котийяра, ему вообще не стоило дышать. Дарсериан дёрнулся, ударился о какую-то полку затылком и прикусил губу, чтобы не издать никаких звуков. Он пристально посмотрел на Готье, схватил его за плечо и провел большим пальцем поперек своей шеи.

Хитклиф не смотрел на него. Он глядел в щель двери, высматривая префекта, который искал в раздевалке следы пребывания патрициев. Когда куратор ничего не нашел и покинул помещение, Готье перевел взгляд на Дарсериана. Котийяр непрерывно смотрел на него как-то озлобленно, как будто хотел наброситься и придушить на месте. Хитклифу безумно захотелось прервать зрительный контакт. Но он не мог. Может, это из-за того, что он впервые увидел на лице Дарсериана что-то кроме надменной усмешки. Может, потому что Котийяр заколебался и отвёл взгляд первым.

– Почему ты ненавидишь полукровных и низших? – Готье не двигался с места.

– Мы не в тех отношениях, чтобы обсуждать подобные вещи, – Дарсериан тоже не собирался выходить.

– Тогда давай дружить, – Хитклиф пожал плечами.

– Дружить? С тобой? – Котийяр наконец-то посмотрел на него. Он замер, сильнее сжал плечо Готье и нахмурился.

– Можем... – Хитклиф запнулся, встретившись с Дарсерианом взглядом. – Можем стать союзниками, – он невольно отодвинулся, когда глаза Котийяра принялись бегать по его лицу.

– Не вижу нас никем, кроме врагов, – Дарсериан процедил это сквозь зубы.

– Ладно, – взгляд Готье зацепился за губы собеседника. Кровь всё ещё выступала. – Значит, дружить не будем, – Хитклиф поднял руку и, сильно надавив, размазал по губам и подбородку Дарсериана кровь.

– Мудак, – Котийяр зашипел и перехватил запястье Готье.

Хитклиф оттолкнул его, от чего Дарсериан опять чуть не врезался в полку. Готье успел схватить его за затылок, тут же вздрогнул от боли и отдёрнул руку, когда Котийяр восстановил равновесие. Он сжал и разжал пальцы несколько раз, хмурясь из-за неприятных ощущений.

– Вечно ты нарываешься на неприятности, – Дарсериан толкнул дверь, включил в раздевалке свет и, взяв Хитклифа за запястье, осмотрел руку. – Как ты вообще выживешь, если за тобой не будут присматривать? – он снова цокнул языком и тяжело вздохнул.

– Так приглядывай. Не хочешь быть другом – стань ручным псом, – Готье понял, что сказал, только после того, как слова слетели с губ. Его плечи напряглись в ожидании реакции, но Дарсериан в лице не поменялся.

– Какая мне от этого выгода? – убедившись, что Хитклиф ничего не сломал, Котийяр забрал свою сумку из коморки уборщиков и положил ее на скамью.

– Чего ты хочешь? – Готье тоже перенес свои вещи и собрался переодеться.

– От Хитклифа-отщепенца? Ничего, – Дарсериан усмехнулся, доволный своими словами.

– Двадцать первый век, а ты до сих пор мыслишь как тупоголовый инквизитор, – Готье натянул футболку.

– Тупоголовый тот, кто дружит с чернью! – воскликнул Дарсериан.

– У тебя яиц нет хотя бы по имени его звать! – Хитклиф обернулся.

Котийяр схватил его за футболку и замахнулся. Готье уже занёс кулак, чтобы нанести ответный удар.

– Патриции! – громкий голос заставил их замереть и обернуться. Префект дома Соларус стоял на входе в раздевалку, держа в руках их шпаги и маски.

Дарсериан отпихнул от себя Хитклифа и выпрямился. Сначала их долго ругал Киоган Комини, а потом подоспел и префект дома Марсен. Чтобы не раздувать скандал, наказанием для двух проникших в зал для фехтования и подравшихся первокурсников стала уборка в зале по вечерам. Когда они шли на выход, Дарсериан бубнил под нос ругательства.

Если изначально Готье был рад, что Котийяра тоже наказали, то теперь он валялся на кровати в комнате Оливера и обречённо вздыхал, чувствуя себя самым несчастным человеком на свете. Брум делал проект, а Хитклиф пытался читать учебник. Хотя бы один абзац. Хотя бы одно слово. Ничего не принимало смысла. Он должен был на протяжении двух недель каждый вечер убирать в зале для фехтования. И он бы смирился с этим, если бы не тот факт, что Дарсериан тоже будет там.

В носу закололо. От воспоминаний о вчерашней драке зубы скрипнули. Ничья! Котийяр мог победить, заставить Готье сделать что-нибудь мерзкое и позорное, но он просто сказал, что это ничья! Хитклиф был бы унижен меньше, если бы просто проиграл. Он отложил книгу и перевернулся на живот. Совсем скоро ему идти и проводить время с самым подходящим для этого человека из всей академии!

– Слушай, Готье, если ты ещё раз вздохнешь, меня продует, – сказал Оливер, не оборачиваясь.

– Предатель, – Хитклиф швырнул в него подушкой. – Поддержал бы друга.

– Слушай, друг, – Брум встал со стула, поднял с пола подушку и присел на край кровати. – Ты вдарил ему по лицу, и в этом я тебя поддерживаю. А умирать из-за того, что ты будешь с ним в одном помещении где-то минут пятнадцать, лучше у себя в комнате, я тебя тащить не хочу.

– Опять слушать про то, что я дурак, потому что дружу со Скэром, – Готье опять перевернулся на спину.

– А дружить с девчонкой, которая каждое утро крепит фальшивую розовую прядь и закатывает глаза чаще, чем дышит – это супер? – Оливер рассмеялся и задумался. – Ладно, если убрать часть про волосы, то получится Оливия.

Готье захихикал и наконец поднялся. Он посмотрел на время и потянулся.

– Ладно, я пойду, – Хитклиф поправил футболку, которая помялась из-за того, что он ворочался, и натянул обувь.

– Если что, бей в нос и беги, – Оливер махнул рукой на прощание и вернулся к проекту.

Готье шел неспешно. Он, конечно, мог опоздать, но не больше, чем на две минуты. Хорошо, что префекты предпочли заниматься чем угодно, кроме отслеживания его посещения наказания. Если Брайс Кинкейд за ручку отводил Дарсериана к залу, то Киоган Комини почему-то верил Готье на слово.

Хитклиф всё равно пришел раньше. Он толкнул дверь, зашёл внутрь и щёлкнул выключателями. Лампы затрещали и через долю секунды осветили весь зал. Готье шаркал ногами, когда брёл к скамье. Сидел он недолго, от силы минуты четыре, прежде чем префект дома Марсен зашёл в зал, за край футболки волоча Котийяра. Это выглядело слишком комично. Они оба оглядели Хитклифа: один с презрением, второй с отвращением.

Когда Брайс Кинкейд ушел, Готье направился к коморке плебеев. Дарсериан появился там только через минуту. Почему-то они решили делать вид, что второго человека в зале не существует. Взялись за швабры, разошлись по разным углам и занялись делом. Готье иногда оборачивался, ощущуая себя некомфортно, когда стоял спиной к Дарсериану. Мало ли... Решит напасть и отомстить за то, что вместо полезного дела теперь торчит тут. Когда они оба дошли до середины, Готье уже хотел сбежать.

– Скэриэл, – внезапно сказал Дарсериан.

– Чего? – Хитклиф удивлённо вытаращился на него.

– Я могу назвать его по имени. Ты не прав, – Котийяр не отвлекался от уборки.

– Тебе лишь бы победить в споре, который ты сам придумал, – Хитклиф вздохнул и опёрся на швабру.

– Я хотя бы не дружу с чернокровкой, – Готье не видел его лица, но мог поклясться, что Дарсериан закатил глаза.

– Он будет поинтереснее тебя, – Хитклиф наблюдал за тем, как Котийяр лениво тёр пол. Было непривычно, что его движения плавные, а не рваные и резкие.

– И чем же? Что он такого тебе может рассказать, чего не могу я? Как трахать проституток в Запретных Землях? – невозмутимо предположил Дарсериан.

– Какой ты мерзкий, – Готье вздохнул и побрел к коморке плебеев, чтобы вернуть швабру на место и поскорее уйти.

– Полукровка тоже мерзкий, – Дарсериан догнал его и пошел рядом.

– Ты специально оскорбляешь его, а не меня?

– Тебя почти не за что оскорбить. Да и реакция на то, что я говорю что-то в его сторону намного интереснее, чем вообще что-либо, что ты делал до этого, – Котийяр задумался. – Ах, точно. Интересным ещё было твое предложение... Как ты там сказал... – он прокрутил кистью в воздухе, вспоминая. – Стать твоим ручным псом? Кто ты такой, чтобы тебе нужна была защита?

Дарсериан, мать твою, Котийяр был достаточно умным. Готье аж воздухом поперхнулся, словно Котийяр уже знал о том, что то принц. Но, судя по его хмурому и задумчивому взгляду, он не понял, почему у Хитклифа такая реакция.

– Не твоё дело, – единственное, что смог ответить Готье. Он запихнул швабру на место и ушел раньше Дарсериана.

– То есть я попал? У тебя есть какая-то тайна кроме того, что ты отщепенец? Или это уже не тайна, – Котийяр все равно догнал его. – Грязнокровка тебе что, угрожает? – Дарсериан аж ожил, когда заметил что-то интересное в Готье. Хитклифа это раздражало. – Тебе смелости не хватает попросить помощи, а на дуэль меня вызвал.

– Заткнись уже, – Готье вышел из зала и поспешно ушел. Дарсериан смотрел ему вслед, и Хитклиф почти физически ощущал на себе давление его взгляда.

Чёрт его дёрнул вообще заговорить с Дарсерианом. Теперь Готье вызывал у него интерес! Отлично! Если раньше это было отторжение, то теперь – игра "Залезь Хитклифу под кожу". Готье пнул какой-то камень по пути и чуть не сломал пальцы на ноге, несколько раз споткнулся, но до комнаты дошел целым и злым. Он скинул обувь, упал на кровать и завернулся в одеяло. Неужели ему терпеть одно и то же две недели? Снова и снова слышать что-то про Скэриэла... Как бы он хотел сейчас, чтобы Лоу залез к нему в окно, развалился на кровати, и они бы болтали всю ночь напролет.

Следующий вечер проходил на удивление спокойно. Дарсериан не начинал диалога вообще, даже не смотрел в сторону Готье. Хитклиф не знал, радоваться ему, или трястись в страхе. Это было чем-то вроде затишья перед бурей.

– Хитклиф! – окликнул его Дарсериан, когда Готье закончил со своей половиной и собрался уходить. – У тебя футболка вывернута.

Надо же, как любезно! Хитклиф чуть не швырнул в него шваброй. Он закрылся в коморке, переоделся и собрался уходить.

– Почему Уолдин тренирует тебя по ночам? – спросил Дарсериан вполголоса, когда Хитклиф проходил мимо к выходу. Готье замер и обернулся на него.

– Откуда ты знаешь?

– Видел вас пару раз, – Дарсериан снова говорил, не глядя на Хитклифа.

– Мы не в тех отношениях, чтобы обсуждать подобные вещи, – Готье усмехнулся, махнул рукой на прощание и ушел.

Он так и не услышал, что Дарсериан тихо рассмеялся.

– Один-один, Хитклиф.