Данные для Ромы

Привет, Роман. Ударение ставлю на первое “о”, я твои правила знаю.

Если бы я только как-то мог дать тебе знать, что я получаю твои письма и перечитываю их по несколько раз, я бы это сделал. Жаль, но такой возможности у меня нет. Письма отправлять в прошлое не то чтобы нельзя — не существует такой возможности, это против законов мироздания. От желания и необходимости говорить с тобой я просто пишу этот текст себе в цифровое ДНК — это в некотором роде всё, что составляет мою цифровую личность. Чтобы получить доступ ко всем моим данным, к каждому следу, что я оставляю в информационном пространстве, нужна синхронизация с моей нейронной сетью. Никто кроме меня не может получить доступ к моей цифровой личности. Правильно будет даже не разделять “Я” и эту личность, а сказать так — никто кроме меня не может заглянуть мне вовнутрь. Грубо говоря, этот текст нигде не содержится в виде текста, это я сейчас просто думаю. Ты мог бы спросить, почему мои мысли такие стройные и не сбивчивы? Дело в том, что я их отредактировал, но текстом они так никогда и не были, я просто думал эти мысли заново в цифровой медитации и отсекал всё лишнее. Это сообщение — данные, но оно не состоит из слов.

Отвечая на твой вопрос — да, в будущем ебут баб и пьют пиво. Я вот сейчас его как раз и пью, а бабу ещё ни разу не ебал с тех пор, как переместился, тут с этим не так всё просто. Не то чтобы у нас нет баров, но для людей знакомиться в барах стало настолько диковинно, что если предложить девушке напиток, она сочтёт, что ты чудак и укажет тебе на трансмиттер. Как правило, люди открытые к знакомству имеют открытый порт на входящие сообщения. То есть любому понравившемуся человеку ты можешь сразу передать входящий запрос на обмен данными. Это, опять же, не текст, несмотря на то, что я использую слово “написать”. Я буду многое объяснять просто во многом оттого, что не до конца всё понимаю сам, а ты тем более со своим ретроградством ничего бы не понял. Помнишь, как ты всегда редактировал от руки?

Так вот, каждый может отправить запрос каждому, если порт открыт. На порт ставят фильтры, от самых простых, вроде социального капитала, до сложных — они анализируют гигантские объемы данных обоих цифровых ДНК и проверяют возможности удачного взаимодействия, начиная от хорошего секса, заканчивая здоровым потомством — в зависимости от настройки. В наши дни поборницу здорового образа жизни и йоги не наебать тем, что ты употребляешь алкоголь в умеренных количествах, на анализ всех данных, всех твоих покупок будет отправлен запрос. Если слишком много тратишь на пиво — хуй тебе в сраку, а не доступ на полноценный обмен данными. Короче, мне ни один запрос так и не был одобрен. Хожу, как бобыль, руки смозолил.

Про гештальт я долго смеялся. Сам знаешь, римлянин, любовь хуем не выбить. Любовь плотнее, столько хуёв уже о неё сломалось. Больше и сказать нечего.

Все твои книги я прочитал, но воздержусь от оценки до нашей встречи. Насчёт Пелевина ты прав, он жив, последняя его книга вышла в сентябре. Называется “Пердёж одной ладони”. Бестселлер.

Я до сих пор не нашёл тебя, Роман. Каждое воскресенье уже 8 месяцев прихожу туда, где мы условились встретиться. Рома, тебя там нет. Социальных сетей в том виде, в котором мы их знали, нет — данные перенесены в цифровые ДНК владельцев или уничтожены, если владельцев нет. В 2038-ом ты написал последнюю книгу, дальше твой след теряется. Юлю я найти не смог, как и никого из наших общих знакомых. Я боюсь делать какие-либо предположения насчёт судеб людей — они могли переехать, могли переместиться в будущее, а могут жить рядом, просто я не могу их найти. Тут всё немного иначе устроено. Кто-то, конечно, умер. Но, если честно, я думаю, что ты не умер, мужик ты и правда крепкий, а просто перескочил на годы вперёд, поэтому я надеюсь на нашу встречу по сей день.

Я буду приходить каждое воскресенье туда, где мы условились встретиться. Наверняка, в какой бы ты не переместился год, первым делом придёшь туда. Даже если ты придёшь раньше назначенного времени, я уже буду там.

Алексис.