«Damn Party»
- it's Varian.Это нулевая часть опишет события основной части :
Произошло слишком много событий с участием Алмазов и самоцветов, но является ли это поводом думать, что ты имел право вести себя как трус и убегать от своей лучшей подруги, которая так надеялась на тебя и твою помощь? Но ты просто взял и струсил, как жалкий мальчишка, когда-то со своим бывшим другом Рональдо. Тебе кажется, что твои действия можно было легко оправдать из-за буллинга в детстве или плохих друзей в своё время, но это не оправдание.
Всё это время Ларс рассуждал в одиночестве, не желая выходить на улицу кроме как на работу, где на него смотрели с отвращением из-за свежего, иногда кровоточащего шрама на лице. Это портило восприятие сотрудника в принципе, и его это пугало и обижало. Спустя несколько дней таких же рассуждений, страхов и работы, Ларс решил в один вечер взять себя в руки и поговорить обо всём хотя бы со Стивеном, а потом уж как-нибудь с Сэйди.
Собравшись духом после смены, которая закончилась в 18:00 из-за выходных и изменённого графика, он дошёл до дома Стивена. Единственное, что он увидел, — это записку: «Сейчас дома никого нет, пожалуйста, не надо выламывать дверь. Жемчуг устала её чинить! 🎉». Похлопав глазами, рыжеволосый не мог сообразить, куда его маленький друг мог отправиться вечером. Он решил погулять по городу и зайти за колой с пиццей в пиццерию Дженни, куда и направился, нервно бурча про себя.
Открыв дверь, Ларс с лёгким страхом обратился к Дженни, наконец-то заметив её. Он побаивался её, так как она была из крутой компании, в которую он мечтал попасть, а теперь у него был хоть какой-то повод для разговора.
— Привет, Дженни... Хотел спросить, а где сейчас Стивен? Его нигде нет, и я очень хочу с ним поговорить, — сказал он на удивление обеспокоенным голосом.
Девушка мягко улыбнулась:
— Ах, он уже часа два на вечеринке у парня по имени Кевин.
Произнося имя «Кевин», она поморщилась, явно чувствуя к нему отвращение, но не могла остановить Стивена, так как была занята работой до 20:00.
Рыжеволосый слегка выдохнул. Новое имя, которое он когда-то где-то слышал, вызвало в нём странное, почти приятное чувство, которое он не понимал, почему.
— А кто такой, собственно, Кевин? — тихо спросил Ларс.
Вопрос вызвал у брюнетки смех и одновременно нервный взгляд.
— Парень с крутой тачкой, богатый подросток с выкрутасами, которые явно от неуверенности в себе. Но мне плевать, он мне лично дерзил и этим достал, — нервно ответила она.
Ларс решил не допрашивать дальше. Он и правда отдалённо знал этого Кевина, но почему воспоминание о нём согревало? По описанию он казался настоящим мудаком.
Недолго думая, Ларс пошёл до дома, откуда должна была доноситься музыка... Но где же она? — мелькнуло у него в голове, когда он увидел лишь уходящих, о чём-то перешёптывающихся людей. Желание узнать, что случилось, стало только сильнее. Взяв полотенце, чтобы вытереть нервный пот, он медленно подошёл к воротам. Везде было пусто и темно, лишь бассейн светился ярко-голубым. У воды сидел брюнет в синей рубашке, весь мокрый. Видимо, это и был Кевин?
— Всё в порядке, чувак? — тихо спросил Ларс и сразу смутился этого глупого слова.
— Нет. Я не в порядке, я унижен и зол, этот чёртов Стивен! — нервно выкрикнул парень, сжимая кулаки.
Ларс сразу всё понял и, стараясь не нарушать личное пространство незнакомца, спросил:
— А что он сделал? — в его голосе впервые прозвучала нотка участия.
— Испортил мою вечеринку! Из-за него я упал в бассейн. «Кевин — неудачник, а Стивен — крутой», — снова нервно сказал парень, скрестив руки на груди.
Теперь сомнений не оставалось. Ларс почувствовал рядом с ним странное тепло, которое его напрягало.
— Тебе, мне кажется, стоит успокоиться. Если это твой дом, иди помойся и отдохни, — медленно проговорил он, осторожно накидывая на Кевина полотенце.
Только сейчас брюнет осознал, что ему помог незнакомец с знакомым голосом. Он не успел разглядеть его лицо — парень уже отворачивался, чтобы уйти.
— Спокойной ночи... Кевин, — тихо сказал Ларс, покидая территорию.
Единственное, что запомнил Кев: тот парень был худым, рыжим и со шрамом. Он не успел его увидеть, но доброта, которую никто никогда ему не проявлял, вызвала интерес.