ГЛАВА 8. «Решай свой экзамен сам»

В среду, после занятий, Чжуан Фанцинь вернулась в учительскую с планом урока в руках.

Увидев человека, прислонившегося к её столу, она слегка подняла брови.

«Эй, редкий гость», — Чжуан Фанцинь сняла свой громкоговоритель ”Маленькая пчелка” и положила его на стол.

Юй Фань: «Разве я не был здесь ещё вчера?»

«Я о том, что ты редко приходишь сюда по собственной инициативе», — Чжуан Фанцинь села на свое место и сказала: «Да ладно, как дела?»

Юй Фань перешел сразу к делу: «Я хочу сменить место».

«На какое?»

«Последний ряд или рядом с трибуной, без разницы».

Чжуан Фанцинь возразила: «Либо ты назовешь мне разумную причину, либо хватит тратить моё время».

Юй Фань: «Мой новый сосед мешает мне учиться».

Чжуан Фанцинь удивленно посмотрела на него, недоумевая, как он мог сказать такое с абсолютно серьезным выражением лица.

«Как он тебе мешает?»

«Слишком шумно пишет, воняет и смотрит свысока на таких бедных студентов как я».

«Чушь!», — Чжуан Фанцинь взяла план обучения и стукнула его: «На этот раз Чэнь Цзиншэнь лично обратился ко мне с просьбой передать ему место возле тебя. Как он может смотреть на тебя свысока?»

Юй Фань на мгновение помолчал и повторил: «Он сам подал заявку?»

Чжуан Фанцинь: «А как иначе?»

Вот дерьмо.

Почему этот парень так раздражает?

«Почему он может сидеть там, где захочет?», — когда Юй Фань договорил, он внезапно почувствовал, что его слова звучат знакомо.

Цзо Куан, кажется, сказал вчера нечто подобное.

«А сам как думаешь?», — Чжуан Фанцинь ответила: «Разве не здорово, что лучший ученик класса предлагает помочь студенту с плохими оценками?»

«Отдайте это добро другим, мне не надо».

«Это не тебе решать», — Чжуан Фанцинь взмахнула ручкой и сказала: «Вернись в класс и скажи мне, когда к твоей оценке по математике добавится лишний ноль*. И тогда я посажу тебя на любое место, даже если захочешь сидеть в кабинете директора Ху».

(П/п: лишний ноль всмысле к оценке 9 добавят 0 и получится 90)

Юй Фань вернулся в класс с недовольным лицом. 

Увидев человека, сидящего рядом с ним, выражение стало еще мрачнее.

Во время перемены ученики обычно, либо спят, либо болтают, а некоторые идут в столовую за едой. И только Чэнь Цзиншэнь единственный, кто всё время сидит прямо и учится.

Ван Луань: «Юй Фань, где ты был?»

Юй Фань сел на свое место и даже не посмотрел на своего соседа: «В туалете».

«О, почему меня не позвал?»

«Для чего? Чтобы ты наблюдал?»

«Это не выносимо», — Ван Луань повернулся и сел. Он положил руки на спинку стула и начал жаловаться: «Эй, ты не представляешь, какой я несчастный. Мой сосед по парте из дисциплинарного комитета постоянно пялится на меня. Я даже не могу играть телефон на уроках. Нет, мне нужно найти способ сменить место. Но кому вообще понравится сидеть там?»

«Я сяду», — сказал Юй Фань: «Поменяешься со мной?»

Ван Луань был ошеломлен и невольно посмотрел на человека рядом с Юй Фанем. 

Чэнь Цзиншэнь опустил глаза и не переставал писать.

Ван Луань взглянул на бланк вопросов под рукой Чэнь Цзиншэня. Он прилежный парень, с первого взгляда даже казалось, что тот был сонным.

Ван Луань всегда думал, что между недавно переведенным отличником и Юй Фанем происходит что-то странное.

«Ну не знаю», — ответил Ван Луань: «Тогда мне нужно спросить отличника, готов ли он сидеть со мной?»

Юй Фань нахмурился: «какое отношение это имеет к нему?..»

«Нет», — тяжелое слово пронеслось рядом с ними.

Юй Фань: «…»

Не ожидая, что Чэнь Цзиншэнь заговорит с ним, Ван Луань на мгновение тоже удивился.

«Ну мы просто болтаем, по сути, никто не может меняться местами», — Ван Луань отошел в сторону и воспользовался возможностью задать ему вопрос, о котором думал всю ночь: «Кстати, отличник, вчера ты сказал: если тебе настолько нравится смотреть, то почему бы тебе не сесть и посмотреть поближе. Что ты имел ввиду?»

Хлоп.

Рука Юй Фаня дрогнула, и его телефон, который он только что достал упал на пол.

Чэнь Цзиншэнь: «Смотреть на…»

Юй фань: «на Директора Ху»

Чэнь Цзиншэнь: «…»

Ван Луань: «…»

Он в замешательстве прищурился: «Директор Ху? Толстый Тигр? А он тут причем?»

«Ну…», — ответил Юй Фань, не краснея: «Со своего места я могу видеть кабинет внизу, когда встаю».

Ван Луань: «Почему я раньше этого не замечал?»

Обычно со стороны этого даже не видно. 

Чэнь Цзиншэнь взглянул на Юй Фаня и не мог понять, почему он так хорошо отмазывается.

Ван Луань встал и попробовал посмотреть: «Я не вижу».

Юй Фань: «Ты слишком мелкий».

«Чёрт», — Ван Луань посмотрел на Цзиншэня: «Отличник, тебе нравится Толсты… Директор Ху? Почему он не преподает в других классах?

Почувствовав на себе злобный взгляд, Чэнь Цзиншэнь на пару секунд замолчал, держа ручку в руках.

«Ну», — сказал он без всякого выражения: «Мне нравятся математические раздаточные материалы, которые он написал».

Ван Луань: «…»

Юй Фань взял школьную форму, бросил ее на стол, сделав из нее подушку, и сказал: «Возвращайся на свое место. Я спать».

Когда перемена закончилась, в класс вошел учитель физики с учебником в руках.

Староста крикнул, чтобы все встали, Чэнь Цзиншэнь увидел, что Юй Фань всё еще сидел.

Он лёг на стол и уснул.

Первоначально он спал лицом вниз, держа кофту на руках. Когда он заснул, ему стало душно, поэтому он повернул голову, открыв половину лица.

Глаза его были закрыты, а его ровная переносица и две маленькие родинки под правым глазом поддерживали хрупкий баланс, заставляя его выглядеть менее агрессивным, чем когда он бодрствует.

Оказывается, родинки не растут с возрастом.

«Садитесь», — повторил учитель физики. Он поправил очки и посмотрел на человека, который всё ещё стоял в заднем ряду: «Чэнь Цзиншэнь?»

Чэнь Цзиншэнь отвернулся и откинулся на спинку стула.

Юй Фань проснулся от звука ударов по столу.

Как только он поднял глаза, увидел, что Чжуан Фанцинь смотрит на него холодным взглядом.

Заметив, что он проснулся, Чжуан Фанцинь перестала хлопать по столу планом урока и подняла экзаменационный лист: 

«Уберите все с парт. Эти две самостоятельные работы впервые используются в качестве экзамена. После таких длинных каникул я хочу посмотреть, сколько вы изучили. Пишите внимательно. Ученики за первой партой в каждом ряду, подойдите, заберите листы и передайте их назад».

Юй Фань пошевелил пальцами и снова уткнулся лицом в руку, он сел только когда ему передали контрольную.

Чжуан Фанцинь строго наблюдала за каждым, но на Юй Фаня она смотрела редко.

Потому что все учителя прекрасно знают, что Юй Фань честен на экзаменах — он получал заслуженные баллы и никогда не списывал.

Юй Фань достал ручку и написал свое имя, намереваясь снова заснуть, пока Чжуан Фанцинь ничего не видела.

От сонливости, его почерк был кривым, как у гусеницы, разрезанной на несколько сегментов¹.

[1] — Китайский фразеологизм, проще говоря у гусениц и червей есть несколько сегментов, если разрезать их по этим частям они не умрут, а все их конечности будут продолжать двигаться. Это очень неприятное зрелище.

Через несколько секунд до Юй Фаня внезапно что-то дошло, он медленно поднял голову.

Что сегодня сказала Чжуан Фанцинь?

Если он наберет 90 баллов на экзамене по математике, то сможет сидеть где захочет.

Юй Фань подпёр подбородок, и чем больше он думал об этом, тем яснее становилось его сознание.

Он потер лицо и сел прямо, склонил голову и изредка пролистывал листы в своей руке.

Хорошо.

Он не мог понять ни одной задачи.

Юй Фань сжал ручку и впервые с тех пор, как пересел, посмотрел на своих одноклассников.

У двоих справа были более высокие оценки, чем у него. Слева от него были Ван Луань и комитет по дисциплине. Впереди сидели Чжань Сыньцзин и девушка с короткой стрижкой, которая за всё время обменялась с ним не более чем тремя предложениями.

Если ты не умеешь незаметно списывать, то не сможешь набрать 90 баллов – вот что понял Юй Фань.

Его веки некоторое время были закрыты.

Только когда Чжуан Фанцинь у доски сменила свою сидячую позу, он неохотно повел глазами и украдкой взглянул на людей вокруг себя.

Окружающие всё ещё думали над вопросами с несколькими вариантами ответов на первой странице, но Чэнь Цзиншэнь уже дошел до конца второй.

Юй Фань не особо боролся в душе. Сейчас он просто хотел взять и сесть под парту.

Две минуты спустя, убедившись, что Чжуан Фанцинь не смотрит в эту сторону, он поднес руку к глазам и взглянул на экзаменационный лист, зажатый под рукой Чэнь Цзиншэня.

Благодаря тому, что он не учился, зрение Юй Фаня было очень хорошим. Он как раз почти увидел первый вопрос с вариантами ответа…

Чэнь Цзиншэнь взял черновик и аккуратно накрыл лист, прикрывая написанную часть контрольной

Юй Фань: «?»

Он подсознательно посмотрел на владельца листка.

Чэнь Цзиншэнь опустил голову, чтобы дальше отвечать на вопросы, даже не взглянув на него. 

Чэнь Цзиншэнь: «Решай сам».

Чжуан Фанцинь строго наблюдала, из за чего Юй Фань не мог играть или спать.

Он откинулся назад, засунул руки в карманы и посмотрел в окно.

«Юй Фань, ты такой добродушный. Но если тебе действительно хочется выйти на улицу и убрать мусор, придется подождать до конца урока», — голос Чжуан Фанцинь донесся с другого конца класса.

Этот «добродушный студент» отвернулся от скуки.

Экзаменационный билет был полон номеров и строк, от которых у Юй Фаня закружилась голова. Поэтому его взгляд начал блуждать по классу.

Остальная часть класса внимательно выполняла задания. И только двое отвлекаются так же, как он.

Чжань Сыньцзин закончила отвечать на вопросы с несколькими вариантами ответов и теперь приводила пряди своих волос в порядок.

Ван Луань… закрыл глаза ладонями, закрывая свой взгляд от Чжуан Фанцинь. Он подглядывал на лист дисциплинарного комитета.  

Ван Луань не двигал головой, а его взгляд был под странным углом. Если бы Юй Фань не присмотрелся, он бы даже не заметил, что тот списывает. 

Разумеется, дисциплинарный комитет тоже ничего не замечал.

Юй Фань делал точно также, но каким образом Чэнь Цзиншэнь узнал? Очевидно, что все это время он очень внимательно смотрел на него.

К тому же, разве ты не говорил, что я тебе нравлюсь?

Даже не разрешишь списать?

В чём смысл любви этих отличников?

Подумав об этом, Юй Фань снова отвел взгляд в сторону.

Рука Чэнь Цзиншэня сжимала черновик, и он продолжал старательно отвечать на вопросы.

У многих черновики были настолько исписаны, что глядя на них он не мог ничего понять. Чэнь Цзиншэнь другой. Его черновик чистый и аккуратный, и те кто не знает, думают, что это листок для ответов.

В этот момент взгляд Чэнь Цзиншэня упал на последний вопрос теста. Уголки его рта были напряжены, он поднял правую руку и взялся за висок, как будто глубоко задумался.

Всего через две секунды он расслабил брови, гибко повернул ручку кончиками пальцев, взял черновик и начал писать.

«У вас осталась минута. По истечению времени отложите ручку и прекратите писать. Никто не даст вам больше времени, когда вы будете на вступительных экзаменах в колледж».

Как только раздался голос Чжуан Фанцинь, Юй Фань тут же пришел в себя и отвернулся от Цзиншэня.

Что за ботаник, почему он продолжает решать задачи до самой последней минуты?

Юй Фань взял школьную форму и был готов уйти, как только заберут его работу.

Внезапно, послышался странный звук и перед ним положили исписанный черновик.

Юй Фань остановился, надевая кофту. Его взгляд на какое-то время задержался на черновике, и он понял, что это был тот, на котором только что писал Чэнь Цзиншэнь. Он был плотно заполнен формулами.

Убедившись, что на бумаге нет дурацких названий учебников, он спросил: «Что это?»

«ответы и решения задач», — Чэнь Цзиншэнь положил ручку в пенал и посмотрел на него: «Разве ты не хочешь подсмотреть?»

Да, я очень хочу посмотреть. Посмотреть в последнюю грёбаную минуту этого экзамена.