Conceivability: представимость или мыслимость?
BON MOTЧасть 1: Результаты опроса
Сначала посмотрим на результаты опроса, чтобы понять, почему я вообще затеял этот пост. Четыре человека полагают, что допустимый перевод только представимость, три человека полагают, что допустимый перевод только мыслимость. Это уже интересный результат и интересно было бы услышать аргументацию, потому что она, по идее, должна быть взаимоисключающей.
Третий вариант я опущу, тем более что за него проголосовал только один человек. Хотя я полагаю, что он лучше, чем два ранее упомянутых, но за ним вряд ли стоит какая-то интересная аргументация. Если я ошибаюсь и она есть - тоже напишите в комментариях.
Четвертый вариант наиболее правильный, он набрал больше всего голосов и это радует. Однако, я не могу знать что именно голосовавшие понимают под "контекстом", поэтому не исключаю, что здесь мнения неоднородны.
Последние два варианта - это своеобразная модификация третьего варианта, но с предпочтением в пользу одного из переводов. На первый взгляд тут прослеживается большая разборчивость. Но что могло бы послужить основанием такого предпочтения? Если бы голосовавшие имели четкие критерии они бы выбрали между вариантами 1,2 и 4. Здесь явно имеет место какой-то фактор, который предполагает не нормативность, а скорее рекомендацию или традицию. Поэтому разница между вариантами 5 и 6 может быть объяснена тем фактом, что перевод "представимость" используется чаще в определённых академических кругах. Это единственный рациональный вариант интерпретации результата (кроме искажения из-за малой выборки), который я вижу. Если ошибаюсь - буду рад, если поправите меня.
Как вы можете видеть в отношении этого вопроса нет не то что согласия, а нет даже единого способа классифицировать ответы. Скажу больше, в вопросе о том, как этот термин следует переводить царит некоторый хаос.
Часть 2. Анализ обыденного словоупотребления
Для удобства анализа и "контрастирования" значения слова conceivability я буду использовать родственный термин imaginability. Сначала обратимся к релевантным значениям слов на английском языке (согласно словарю Merriam-Webster):
conceive
Вариант 1: to take into one's mind, to form a conception of...
Вариант 2: to apprehend by reason or imagination
imagine
Вариант 1: to form a mental image of (something not present)
Вариант 2: синоним для SUPPOSE, GUESS
Вариант 3: to form a notion of without sufficient basis
Там же удостоверяемся в очевидном, что:
imaginability, conceivability - capable of being conceived, imagined.
Тут мы видим две вещи, во-первых, что imagine может быть синонимом conceive, но только в частном случае, когда conceive сопровождается формированием ментального образа - представления, во-первых, то что у imagine может быть дополнительная коннотация "предположить".
Обратимся теперь к словарю Ожегова за значением слов для перевода:
Представить - Воспроизвести в мыслях, вообразить.
Помыслить - Подумать, предположить в мыслях.
Вообразить - 1. Представить себе мысленно. 2. Ошибочно предположить, счесть.
Хотя у слова "помыслить" есть связь с "предположить", она тут явно не указывает на "угадывающее предположение", которое мы видели в одном из значений у imagine. Зато мы видим это в одном из значений слова "вообразить". Но гораздо более интересна двусторонняя связь между "представить" и "вообразить", которая явно отсылает к формированию ментального образа перед мысленным взором. Если вообще задаться вопросом, какое из слов скорее связано с визуальным мышлением, то ответ достаточно ясен. Исходя из обыденного понимания слова, помыслить очевидно связано с мышлением концептуальным (думать), а "представить" больше связано с мышлением визуализирующим (воспроизвести в мыслях).
Поэтому достаточно очевидно, что исходя из обыденного смысла:
imaginability - вообразимость или представимость
conceivability - мыслимость или представимость, с оговоркой, что представимость ближе к imaginability.
Часть 3. Анализ философского контекста
Теперь посмотрим, что вообще говорится о значении этих терминов у отдельных авторов:
ПРИМЕР №1:
Кристофер Хилл определяет способность помыслить (conceive) себе возможные ситуации, как способность образования понятий. Сравнивая его с вообразимостью (imagine), он пишет (Hill, 1997):
эти два источника совершенно разные: репрезентации (representations), создаваемые воображением в значительной степени квалитативные (качественные) по своему характеру, в то время как репрезентации (representations), создаваемые способностью образования понятий, в основном концептуальны и пропозициональны.
и далее:
Чтобы избежать недопонимания, я должен признать, что воображение и способностью образования понятий очень связаны между собой, в том смысле что каждый из них стремится использовать ресурсы другого при построении репрезентаций возможностей.
Вывод: Здесь мы можем заключить, что Хилл четко разделяет imagine и conceive.
ПРИМЕР №2:
Ябло предлагает развёрнутую классификацию определений термина conceivable. В некоторых их них этот термин определяется через believable, а в некоторых через imagine. Однако, во втором случае воображение относится не к пропозиции, которую предлагается помыслить, а к тому что субъект мог бы верить в эту пропозицию, считать её истинной и т.д. Также у Ябло есть понятие philosophical conceivability, которое налагает наименьшие ограничения и позволяет, согласно Ябло, помыслить пропозицию «Я не существую», что явно указывает на чисто концептуальную мыслимость, а не на представление некоторого образа перед мысленным взором.
Можно было бы подумать, что у Ябло conceivable включает в себя ситуации, задействующие визуализирующее воображение в разной степени. Однако, здесь мы имеем дело с более широким применением термина imagine. На это указывает следующая цитата :
Некоторые философы используют слово "воображать" (imagine) таким образом, что воображать вещь - значит представлять ее (imaging it – здесь Ябло повторяет слово, но курсивом), то есть вызывать соответствующее сенсорное представление (presentation). Я не требую сенсорноподобного образа для воображения, и уж тем более не требую отдельных таких образов для разных воображений (Yablo, 1993, 27).
Здесь мы можем заключить, что Ябло разделяет imagine в слабом и сильном смысле, imagine в некотором слабом смысле он включает в некоторые определения conceive, а imagine в сильном смысле исключает из него.
ПРИМЕР №3:
Теперь мы приближаемся непосредственно к к выводу, который будет касаться аргумента зомби, поэтому здесь нам крайне важно мнение Чалмерса. Дэвид Чалмерс проводит несколько различий, наиболее значимы из них два. Я намеренно оставлю слово conceivable непереведённым, чтобы позволить вам сначала предположить, какой перевод, с учетом сказанного ранее, наиболее удачен.
Первично и вторично conceivable (Chalmers, 2002, 157):
φ первично conceivable (или эпистемически conceivable) когда conceivable, что φ действительно имеет место.
φ вторично conceivable (или контрфактически conceivable) когда φ мог бы иметь место.
Позитивно и негативно conceivable (Chalmers, 2002, 148-150):
φ позитивно conceivable для субъекта, когда он может вообразить (imagine) себе, что φ, т.е. когда он может вообразить (imagine) себе ситуацию, которая подтверждает φ.
φ негативно conceivable для субъекта, когда φ не исключается априори для субъекта, или когда субъект не находит (очевидного) противоречия в φ.
Опять же, может показаться, что Чалмерс включает воображение в смысле ментального представления в понятие conceive, отделяя его от концептуального. Однако по его комментариям мы можем увидеть ситуацию, схожую с Ябло (здесь я уже переведу conceive так, как считаю нужным):
Позитивные понятия мыслимости требуют, чтобы можно было сформировать некую позитивную концепцию ситуации, в которой P имеет место. Можно отнести разновидности позитивной мыслимости (conceivability) к воображению (imagination) в широком смысле: позитивно помыслить (conceive) себе ситуацию - значит вообразить (imagine) себе (в некотором смысле) конкретную конфигурацию объектов и свойств.
И далее:
В целом, мы можем сказать, что P позитивно мыслимо. когда можно вообразить (imagine) себе это P: то есть, когда можно вообразить (imagine) себе ситуацию, которая верифицирует P (Chalmers, 2002, 150).
Видно, что Чалмерс, во-первых, говорит о концептуальной мыслимости, во-вторых, говорит о конфигурации объектов и свойств, в-третьих, ясно указывает, что воображение тут понимается в широком смысле. Указаний на то, что объект должен быть представлен ментальному взору у него нет. Так что можно заключить, что позиция его тут достаточно близка к позиции Ябло, то есть он тоже разделяет imagine в узком и широком смысле, imagine в некотором слабом смысле он включает в некоторые определения conceive, а imagine в сильном смысле исключает из него.
Часть 4. Финальные замечания и выводы
Итак, после всего изложенного необходимо еще раз задать вопрос: как лучше переводить эти термины?
Итоговое решение определяет тот факт, что Чалмерсовская версия аргумент от мыслимости Зомби (если речь идёт о нём) просто не может быть связана с представлением ситуации в воображении. Отсутствие феноменальных свойств не представимо в этом смысле, вы можете думать о том, что феноменальных свойств нет, но вы не можете визуализировать эту ситуацию или даже как-то содержательно увидеть мир, в котором это так. Поэтому мы можем говорить только о более концептуальном варианте представления – о мыслимости, либо о таком варианте, где мы воображаем (в самом широком смысле) себе альтернативную ситуацию и положение дел, но не визуализируем. В последнем случае мы имеем дело с чем-то средним между мыслимостью и представимостью.
Думаю, что моя позиция к этому моменту уже, отчасти, ясна, но я её всё же детализирую.
Я полагаю, что:
В соответствии с философским контекстом и обыденным словоупотреблением, что во всех случаях, когда речь идёт о conceivability в исключительно концептуальном смысле необходимо переводить «мыслимость», когда речь идёт об аргументе Зомби в версии Чалмерса и схожих с ним, то следует переводить «мыслимость», но перевод «представимость» не будет считаться ошибкой. Если же речь идёт о conceivability в смысле визуализации, то следует переводить «представимость» во всех случаях. На мой взгляд, уместнее всего рассматривать «представимость», как включающую «мыслимость» и включающую (частично) «вообразимость». Однако, это лишь общая схема, на какой-то глубокий философский смысл она не претендует.
В отношении imaginability – так же зависит от контекста. Если речь идёт исключительно о работе визуального воображения, а не мышления, или нужно исключить тавтологию, то можно переводить «вообразимость». Если же речь идёт об imaginability в более широком смысле, не требующем визуализации то допустимо перевести «представимость». Например, в вышеуказанной цитате Чалмерса, как кажется, замена «вообразить» на «представить» не сильно бы изменила смысл. Хотя там для последовательности лучше всё же использовать одно слово во всех случаях – вообразить.
В чем я уверен более точно:
«Представимость» не может использоваться как единственный перевод conceivability ни при каких условиях.
«Мыслимость» не может использоваться для перевода imaginability, за исключением каких-то крайних случаев.
«Представимость» ближе к imaginability, чем «мыслимость», а потому при необходимости различения conceivability и imaginability, «мыслимость» будет всегда иметь приоритет перед «представимость» в качестве перевода conceivability.
Ссылки:
Hill, Christopher S. "Imaginability, conceivability, possibility and the mind-body problem." Philosophical Studies: An International Journal for Philosophy in the Analytic Tradition 87.1 (1997): 61-85.
Yablo, Stephen. "Is conceivability a guide to possibility?." Philosophy and Phenomenological Research 53.1 (1993): 1-42.
Chalmers, David. "Does conceivability entail possibility?." Conceivability and possibility 145 (2002): 200.