Цена власти

Глава 33

Прошло три дня после похорон. Три дня, которые тянулись как вечность, наполненные тяжёлым молчанием, бессонными ночами и бесконечными вопросами без ответов.

Диего сидел в своём кабинете в клубе, уставившись в стену. Кабинет был погружен в полумрак, только настольная лампа бросала слабый жёлтый свет на стол, заваленный бумагами, которые он даже не пытался разбирать. Клуб внизу был закрыт. Тишина давила на уши, прерываемая только тиканьем настенных часов.

Перед ним на столе лежала фотография в деревянной рамке: он и Алехандро, им было десять и двенадцать лет. Они стояли на пляже, обнявшись за плечи, широко улыбаясь в камеру. Счастливые. Беззаботные. Живые. За их спинами блестело море, солнце садилось, окрашивая небо в золотые и розовые тона.

Диего провёл пальцем по стеклу рамки, медленно, осторожно, словно мог почувствовать брата сквозь холодное стекло. Остановился на лице Алехандро, на той беззаботной улыбке, которую он больше никогда не увидит.

“Я найду того, кто это сделал. Клянусь тебе. Кто бы это ни был, я найду их.”

Телефон на столе зазвонил, разрывая тишину. Диего вздрогнул, посмотрел на экран. Марио.

Он взял трубку.

— Алло?

— Диего, — голос Марио был подавленным. — Мы ничего не нашли. Извини. Проверили всех, кого ты указал, но пока ни одной зацепки.

Диего сжал телефон сильнее, разочарование накатило волной.

— Хорошо. Спасибо. Продолжайте искать.

— Понял. Держу тебя в курсе.

Диего отключился, положил телефон на стол. Уставился в потолок.

“Он зашёл в тупик.”

Но тут в голове промелькнула мысль: “Хавьер.”

Семья Моралес. У них связи по всему городу. Возможно, вместе они смогут больше.

Диего схватил телефон, нашёл контакт Хавьера, нажал вызов.

На втором гудке тот ответил.

— Диего? — голос Хавьера был удивлённым. — Я как раз собирался тебе звонить.

— Правда? — Диего выпрямился в кресле. — По какому поводу?

— Мы должны что-то сделать, — голос Хавьера стал решительным. — Полиция работает слишком медленно. Они задают вопросы, собирают показания, но ничего не происходит. А мы... у нас есть ресурсы. Связи. Деньги. Мы можем найти его быстрее.

Диего выпрямился ещё больше, сердце забилось сильнее.

— Ты читаешь мои мысли, — сказал он. — Я тоже об этом думал. Но пока топчусь на месте.

— Тогда давай найдём вместе того гада, — в голосе Хавьера зазвучала сталь. — Мы знаем этот город. Знаем людей. Можем получить информацию, к которой полиция не имеет доступа.

Диего не раздумывал. Впервые за три дня он почувствовал что-то кроме пустоты — цель, направление, причину встать и двигаться.

— Хорошо. С чего начнём?

— Приезжай ко мне в офис. У меня уже кое-что есть.

Они встретились в тот же вечер в офисе Хавьера в здании компании Моралес, высоком стеклянном небоскрёбе в центре города. Офис был просторным, современным, с панорамными окнами, выходящими на ночной город. Огни мерцали внизу, как россыпь звёзд, упавших на землю.

Хавьер уже всё приготовил. На большом столе для совещаний были разложены фотографии, карты, записи. Он явно не спал глаза красные, лицо осунувшееся, рубашка помята.

— Это всё, что я смог достать, — сказал он, указывая на стол. — У меня есть знакомый в полиции. Он... не совсем официально передал мне кое-какие материалы дела.

Диего подошёл ближе, посмотрел. Фотографии с места преступления, улица, переулок, пятна крови на асфальте. Его желудок сжался, но он заставил себя смотреть. Карта района с отмеченными точками. Протоколы допросов свидетелей.

— Стрелок появился ниоткуда, — сказал Хавьер, указывая на карту. — Вот здесь, в этом переулке. Он ждал. Двадцать минут, по показаниям одного из свидетелей, который видел подозрительного человека в капюшоне. Значит, он знал, где они будут. Знал маршрут.

— Кто-то следил за ними, — добавил Диего, глядя на карту, пытаясь представить ту ночь. — Или знал их планы заранее.

— Дави говорил, что они решили пойти в ресторан спонтанно, — Хавьер провёл рукой по лицу. — В последний момент. Алехандро позвонил ему днём, предложил поужинать. Дави согласился. Никто не знал заранее.

— Тогда за ними следили, — Диего сжал кулаки, чувствуя, как ярость поднимается из глубины. — Кто-то нанял профессионала. Это была не случайность. Это был заказ.

Они работали до поздней ночи, не замечая, как время летит. Составляли список возможных врагов: политических противников Алехандро, людей, которым он мог перейти дорогу на работе, кого-то из прошлого семьи Кастеллано. Мотивов было слишком много. Связей ещё больше.

Хавьер заказал кофе, они пили его холодным, не обращая внимания. Диего записывал имена, номера телефонов, адреса. Хавьер звонил своим людям, просил навести справки, проверить слухи.

К трём часам ночи они оба были измотаны, но не хотели останавливаться.

— Мы найдём его, — сказал Диего, глядя на разложенные перед ними материалы. — Кто бы это ни был. Мы найдём.

Хавьер кивнул.

— Найдём.

Пять дней спустя Диего сидел в своём кабинете в клубе, перебирая записи, которые они с Хавьером составили за последние дни. Список подозреваемых рос, но конкретных зацепок всё ещё не было. Он чувствовал разочарование, ползущее по коже, тяжёлое и холодное.

В дверь негромко постучали.

Диего поднял голову, нахмурился. Он никого не ждал. Клуб был закрыт.

— Да? — позвал он.

Дверь медленно открылась. На пороге стояла детектив Рамирес, женщина средних лет в строгом сером костюме, с короткими тёмными волосами и проницательным взглядом.

— Здравствуйте, синьор Кастеллано, — сказала она, входя.

Диего встал, выпрямился.

— Детектив? — Он не скрывал удивления. — Чем обязан?

— Я бы хотела поговорить с вами и синьором Моралесом, — она оглядела кабинет, задержала взгляд на разложенных на столе бумагах. — О расследовании.

В этот момент за её спиной появился Хавьер, он как раз поднимался по лестнице, услышав голоса.

— А вот и он, — сказала Рамирес, обернувшись.

Хавьер вошёл, закрыл дверь за собой.

— Детектив Рамирес, — он кивнул. — Добрый день.

Обменявшись краткими любезностями, они все сели за стол: Диего и Хавьер по одну сторону, детектив напротив.

Рамирес откинулась на спинку кресла, сложила руки на коленях, посмотрела на них долгим, оценивающим взглядом.

— Я знаю, что вы хотели вести собственное расследование, — начала она без предисловий. — Мои коллеги говорили, что вы задавали вопросы. Много вопросов. Искали информацию. Обращались к людям, с которыми полиция предпочла бы, чтобы вы не общались.

Хавьер и Диего переглянулись. Не отрицали.

— Обычно, — продолжала она, — я бы сказала вам держаться подальше. Не вмешиваться в официальное расследование. Не играть в детективов. Это опасно. Это может навредить делу.

Она сделала паузу, посмотрела в окно, потом снова на них.

— Но вы — Кастеллано и Моралес. Две самые влиятельные семьи города. У вас есть деньги. Связи. Доступ к информации, которой у нас, в полиции, нет, и никогда не будет. Вы можете открыть двери, которые для нас закрыты. Вы можете заставить говорить людей, которые никогда не заговорят с полицией.

Она наклонилась вперёд, глаза стали жёстче.

— Поэтому я предлагаю сделку. Вы продолжаете копать. Делайте что хотите. Но всё, что найдёте всё, без исключений, вы делитесь со мной. Немедленно. Никакой самодеятельности. Никакой мести. Если вы найдёте убийцу, вы приводите его ко мне, а не линчуете в переулке. Только информация. Только закон. Договорились?

Диего смотрел на неё, взвешивая. Хавьер тоже молчал.

Наконец Диего кивнул.

— Договорились.

— Хорошо, — Рамирес встала. — Тогда мы понимаем друг друга. Держите меня в курсе.

Она направилась к двери, но на пороге остановилась, обернулась.

— И, синьоры... будьте осторожны. Тот, кто заказал это убийство, не остановится. Если вы подберётесь слишком близко, вы станете следующими мишенями.

Дверь за ней закрылась.

Диего и Хавьер сидели в тишине.

— Значит, она знает, — тихо сказал Хавьер.

— Знает, — кивнул Диего. — Но даёт нам зелёный свет.

— Тогда продолжаем.

Хавьер сидел в своём офисе, просматривая документы. Утренний свет скользил по столу, подсвечивая стопки бумаг. Телефон зазвонил резко и неожиданно.

— Моралес слушает, — отозвался он.

— Синьор Моралес, — голос Рамирес был напряжённым. — Нам нужно поговорить. Срочно. Я уже вызвала синьора Кастеллано.

Хавьер моментально напрягся, отложив ручку.

— Что случилось?

— Не по телефону, — она была категорична. — Приезжайте в участок. Немедленно.

Через полчаса они встретились у входа в полицейский участок, старое здание из красного кирпича в центре города. Поднялись на второй этаж, прошли по коридору, пахнущему кофе и бумагой.

Детектив Рамирес ждала их в своём кабинете маленьком и тесном помещении с одним окном, выходящим во двор. На стенах карты, фотографии, доски с записями. На столе гора папок.

— Садитесь, — она указала на стулья напротив стола.

Они сели. Хавьер чувствовал, как сердце бьётся быстрее, как ладони потеют. Диего сидел неподвижно, напряжённый, как струна.

Детектив открыла папку, медленно, словно давая им время приготовиться.

Достала фотографии. Разложила на столе одну за другой.

— Видеозаписи с камер наблюдения, — сказала она тихо. — Мы проанализировали все камеры в радиусе километра от места преступления. Это заняло время, но мы нашли.

Первая фотография: чёрно-белый снимок с камеры наблюдения. Мужчина в тёмном капюшоне, лицо скрыто, стоит в переулке. Руки в карманах, поза настороженная.

— Он появился на улице за двадцать минут до убийства, — продолжала она, указывая на временную метку в углу. — Ждал. Именно в том переулке, откуда был произведён выстрел. Значит, знал, что жертвы пройдут мимо. Знал маршрут. Знал время.

Вторая фотография: тот же мужчина бежит прочь, капюшон откинут назад, но лицо всё ещё не видно, слишком размыто.

— После выстрела он скрылся. Побежал в противоположную сторону. Но камера на соседней улице засняла машину, на которой он уехал.

Третья фотография: тёмный седан, припаркованный у обочины. Номерной знак виден чётко.

Хавьер наклонился ближе, всматриваясь.

— Мы пробили номер, — Рамирес посмотрела на них. — Машина зарегистрирована на Матео Варгаса, сорок пять лет. Бывший военный, служил в спецназе, уволен за нарушение дисциплины, избиение сослуживца. Последние десять лет работал... наёмником. Частные заказы. Грязная работа. Вышибала, телохранитель, иногда киллер.

Диего сжал подлокотники кресла так сильно, что костяшки побелели.

— Где он? — голос был низким, угрожающим.

Детектив вздохнула, потёрла переносицу.

— Вчера вечером его нашли мёртвым. В съёмной квартире на окраине города. Пуля в голове. Пистолет в руке. Самоубийство, по всем признакам.

— Самоубийство? — Хавьер не сдержал сарказма. — Или его убрали? Заказчик решил избавиться от свидетеля?

— Мы проверяем обе версии, — она кивнула. — Но судя по обстановке, следам пороха на руке всё указывает на самоубийство. Возможно, не выдержал давления. Или понял, что за ним идут.

Она достала ещё один документ, выписку с банковского счёта, распечатку на нескольких листах.

— Но есть кое-что ещё. За три дня до убийства на счёт Варгаса поступили пятьсот тысяч евро. Крупная сумма. Анонимный перевод через криптовалюту, потом конвертация в обычные деньги. Мы пытались отследить источник. Деньги прошли через несколько оффшорных счетов на Каймановых островах, потом через подставную компанию в Панаме, потом..., — она покачала головой. — След обрывается. Кто бы ни отправлял эти деньги, он знал, что делает. Профессионально замёл следы.

Диего и Хавьер переглянулись.

— Значит, это был заказ, — сказал Диего. — Кто-то заплатил ему за убийство.

— Да, — Рамирес кивнула. — Но кто, пока неясно.

Она сделала паузу, посмотрела на них внимательно.

— Но есть ещё одна зацепка.

Рамирес достала последнее фото ещё один чёрно-белый снимок с камеры наблюдения. Мужчина средних лет в дорогом пальто стоит у входа в жилой дом.

— Этот мужчина несколько раз появлялся возле квартиры Варгаса, — сказала она. — До убийства и сразу после. Три раза за неделю до. Один раз, на следующий день после. Мы проверили все записи.

Хавьер и Диего наклонились, всматриваясь в фото.

Диего наклонился ближе к фотографии, всматриваясь в размытое изображение. Знакомая фигура. Знакомое пальто. Знакомая походка.

Мир качнулся.

Он побледнел, схватился за край стола. Сердце застучало так громко, что, казалось, заглушает всё вокруг.

— Это..., — начал он хрипло, но слова застряли в горле, словно кто-то сжал его шею.

“Нет. Не может быть.”

— Пауло Меризо, — закончила детектив, глядя на него. — Помощник вашей матери. Верно?

Диего кивнул медленно, не в силах говорить. Мир качнулся вокруг него.

— Я правильно понимаю? — Рамирес наклонилась вперёд. — Пауло Меризо работает на вашу мать уже много лет?

— Пятнадцать лет, — прошептал Диего. — Он... он водитель. Помощник. Доверенное лицо.

— Понятно, — она кивнула. — К сожалению, синьор Меризо скрылся сразу после того, как мы начали его искать. Его нет дома, телефон выключен, машину он бросил. Но мы выйдем на него. Это вопрос времени.

Тишина в кабинете была тяжёлой, давящей.

Диего сидел, не шевелясь, глядя в стол. Мысли метались в голове, сталкиваясь, разбиваясь.

“Пауло. Пауло, который возил меня в школу, когда я был ребёнком. Пауло, который всегда был рядом с матерью, как тень. Пауло, который…”

— Вы думаете, моя мать замешана? — голос Диего был едва слышен.

Детектив посмотрела на него с сочувствием.

— Пока у нас только косвенные улики, синьор Кастеллано. Но картина складывается подозрительная. Мы проверяем все версии. В том числе и эту.

Диего закрыл лицо руками, дыша тяжело.

Хавьер положил руку на его плечо, сжал.

— Мы найдём правду, — тихо сказал он.

Детектив собрала фотографии обратно в папку.

— Если вы что-то узнаете — немедленно сообщите мне. Помните нашу договорённость.

Они кивнули.

Прошло три дня.

Диего проснулся от настойчивого звонка. В комнате царила кромешная темнота, только экран телефона светился зловещим синим. Два часа ночи. Он нащупал трубку, увидел имя детектив Рамирес и похолодел.

— Синьор Кастеллано, — голос был напряжённым, возбуждённым. — Приезжайте в участок. Немедленно. Синьор Моралес уже в пути.

— Что случилось? — Диего сел в постели, сердце забилось.

— Приезжайте. Срочно. Нам нужно поговорить.

Через двадцать минут он мчался по ночному городу, нарушая скорость, проскакивая на жёлтый свет.

Участок был почти пуст в такой час. Детектив Рамирес ждала их в своём кабинете, расхаживая взад-вперёд.

— Садитесь, — сказала она, как только они вошли.

Они сели. Хавьер чувствовал адреналин, пульсирующий в венах.

Рамирес остановилась, посмотрела на них.

— Не знаю, как вы это сделали, — сказала она медленно, — но Пауло Меризо у нас. И он очень напуган.

Диего и Хавьер переглянулись, удивлённые.

— О чём вы? — спросил Хавьер.

Рамирес скрестила руки.

— Несколько часов назад, около полуночи, избитого синьора Меризо вытолкнули из машины прямо у входа в участок. Буквально выбросили. Тёмный фургон без номеров. Водитель в маске. Он скрылся, прежде чем кто-то успел среагировать.

Хавьер и Диего смотрели на неё с искренним недоумением.

— Это не мы, — твёрдо сказал Диего.

— Может быть, — Рамирес кивнула. — А может, вы просто очень хорошо умеете скрывать следы. Или у вас есть люди, которые работают за вас. В любом случае..., — она села за стол, — Пауло у нас. Он избит, напуган до смерти, но жив. И он сознался.

Она достала маленький диктофон, положила на стол между ними.

— Хотите послушать?

Диего кивнул, не в силах говорить.

Рамирес нажала кнопку.

Из динамика донёсся голос, испуганный, дрожащий, прерывающийся всхлипами:

"Я не хотел! Клянусь Богом, я не хотел! Она мне приказала! Синьора Кастеллано! Она сказала, что Дави Моралес разрушил жизнь её сына! Что из-за него Алехандро опозорил семью! Что он должен исчезнуть! Она дала мне деньги, много денег и велела найти человека, который это сделает! Я нашёл Варгаса. Я знал его раньше, он... он делал разную работу для семьи. Я передал ему деньги, объяснил задание. Сказал, что нужно убрать Дави Моралеса. Только его! Не синьора Алехандро! Клянусь, я не знал, что убьют его! Варгас сказал, что справится чисто, быстро, никаких свидетелей! Но он промахнулся! Или... или Алехандро встал на пути! Я не знаю! Я не хотел, чтобы синьор Алехандро умер! Я не хотел!"

Запись закончилась. Детектив выключила диктофон.

Тишина в кабинете была оглушающей.

Диего сидел неподвижно, словно превратился в камень. Лицо белое как мел. Глаза широко открыты, смотрят в никуда.

Хавьер смотрел на него с ужасом и состраданием.

— Ваша мать, синьор Кастеллано, — детектив говорила медленно, осторожно, каждое слово взвешивая, — через синьора Меризо наняла Варгаса для убийства Дави Моралеса. Пауло был посредником. Он передавал деньги, организовывал встречи, передавал инструкции. Мы также нашли записи телефонных звонков между Пауло и Варгасом. Три звонка за неделю до убийства. Один, за день до. Последний, через несколько часов после убийства, когда Варгас, вероятно, сообщал, что задание выполнено. Хотя и не так, как планировалось.

Диего медленно встал, шатаясь. Прислонился к стене, схватившись за голову обеими руками. Дышал тяжело, прерывисто.

— Это невозможно, — голос дрожал, ломался. — Моя мать не могла... Она не способна на такое... Это её сын! Её собственный сын!

— Мне очень жаль, синьор Кастеллано, — детектив встала, подошла ближе. — Мне действительно очень жаль. Но улики неопровержимы. У нас есть показания Пауло. Записи звонков. Финансовые следы. Мы получили ордер на арест вашей матери. Едем за ней прямо сейчас.

Диего стоял, прислонившись к стене, тяжело дыша. Руки сжаты в кулаки, костяшки белые.

Хавьер подошёл, положил руку на плечо друга.

— Диего...

— Она убила его, — прошептал Диего, и голос сорвался, разбился на части. — Моя мать убила моего брата. Она хотела убить Дави, но убила Алехандро. Своего собственного сына.

Слёзы полились по его щекам горячие, жгучие и бесконечные.

Он сполз по стене вниз, опустился на пол, обхватив голову руками, и зарыдал впервые с момента смерти брата, впервые позволив себе сломаться.

Хавьер опустился рядом, обнял его за плечи, держал, пока Диего плакал.

Детектив Рамирес стояла в стороне, глядя в окно, давая им время.

Снаружи начинался рассвет.