Цена одной ночи.
Kyle Ravenhart.Дверь номера скрипнула, будто вздохнула от прожитых лет, и в проёме возникла девушка среднего роста. В её осанке было столько стального изящества, что она казалась выше любого в этом отеле. Чёрные волосы, собранные только молитвами, лежали на плечах. В руке — бутылка вина, горлышко обёрнуто в тонкую ткань, словно она принесла трофей.
Кайл, чьё прозвище шептали с осторожностью, сидел на кровати, будто мир был глупым фоном. Пальцы лениво скользили по свежей ране на ладони. Он не посмотрел на девушку: по звуку шагов уже понял, что опасность не придёт неожиданно.
— Ты решила выпить с первым встречным? Или это плата за то, что я не прибил тебя за утренний грохот в коридоре? — его голос был низким, как треск стекла, и в нём не было ни капли удивления.
Девушка хмыкнула, шагнула внутрь и захлопнула дверь так, что по стенам пробежала дрожь.
— О, не льсти себе. Подумала, что такому «гостеприимному» типу не помешает немного культуры. Вино, между прочим, старше тебя. И, судя по виду этого номера, ты его заслуживаешь.
Она поставила бутылку на прикроватный столик.
— Культура? Ты либо очень наивна, либо очень опасна. Мне нравится второе.
— Я Кагуя, — сказала девушка, её губы изогнулись в улыбке, которая не достигла глаз — там, в глубине глаз плескался азарт. — А ещё я выбираю третий вариант: не люблю скуку. А ты, судя по всему, её главный поставщик.
Он наконец повернулся. Бледное лицо, с красивыми чертами, спокойные карие глаза. В них было спокойствие хищника, который знал, что добыча уже в ловушке. Но в этот раз ловушка, кажется, была двусторонней.
— Так зачем ты здесь, мисс сарказм?
— За тем, чтобы выпить не в одиночестве. И за тем, чтобы посмотреть, как ты будешь злиться, когда поймёшь, что я переиграла тебя ещё до того, как вошла в эту комнату.
Чёрная Мамба усмехнулся.
— Переиграла? И в чём же твой гениальный план? Оглушить меня вином или словами?
— Именно. Вино — чтобы расслабиться. Слова — чтобы ты понял, что расслабляться рано.
Она ловко откупорила бутылку, разлила тёмно-рубиновую жидкость по двум бокалам, один из которых отдала парню. Она села ему на колени, почти касаясь лица. Он проигнорировал этот жест, он не был застенчивым подростком, чтобы вестись на такую глупость.
— Хорошее предложение. Если ты не отравила — значит, у нас есть шанс поговорить.
Он взял протянутый бокал, поднёс к свету. А после влил ей в рот. Она без малейших колебаний проглотила.
— Ха-ха. Ты либо самая безрассудная женщина, которую я встречал, либо самая умная. Пока не решил, что хуже.
— О, я и то, и другое. Просто выбирай, с какой стороны смотреть. Но согласись, не каждая садится к тебе на колени.
Он кивнул, и они выпили — не чокаясь, будто даже этот жест был слишком мирным для их разговора. Вино обожгло гортань, но не смогло растопить холод.
— Знаешь, самый опасный враг — тот, кто заставляет тебя смеяться перед смертью. Ты пока не рассмешил меня, но у тебя есть шанс и время.
Парень поставил бокал на столик.
— Я не шучу. Но, возможно, сегодня сделаю исключение.
Она впилась в его губы, нарочито вцепившись в волосы, он ответил на поцелуй. Девушка хищно улыбнулась и прокусила ему губу. Кровь брызнула ей в рот, одаривая металлическим привкусом. Он даже не дрогнул, сплетая их языки. Через пару мгновений они отстранились, ощущая послевкусие крови.
— Ты не прост.
— Ты даже не знаешь, кто я.
— Да мне плевать. — она провела рукой по его груди, обводя места, где чувствовались мышцы.
Её язвительные слова утонули в хрипе, когда он рванул её волосы — шелковый водопад, намотанный на кулак так, что голова запрокинулась, обнажая горло. Кагуя застонала, выгибаясь, как кошка.
— Ты сама этого хотела, — выдохнул Кайл, впиваясь зубами в нежную белую кожу шеи.
Каждый укус клеймил её белизну багровым — островки боли, распускающиеся алыми следами его губ. Она вцепилась ногтями в его предплечья, оставляя алые борозды, но он лишь усмехнулся, сжимая теперь уже её бёдра.
— Я не ошиблась в тебе. Сильнее.
Он подчинился.
Он резким движением отпустил её и поднял, перевернув так, что оказался сверху, а она оказалась на кровати. Он сорвал с неё одежду, и та упала на пол, как ненужная шваль. То же самое проделала и она с ним. Она провела рукой по его половому органу, закусив губу.
Кровь в висках парня застучала с новой силой. Она сама хотела этого — получит. Он вошёл в неё до предела, и она вскрикнула от боли и удовольствия.
Ритм стал звериным: толчки, от которых соки текли по её ногам, а мир сужался до пульса в артериях. Кагуя кричала, не сдерживаясь; звук, похожий на вой, разбивался о ночь. Рейвенхарт выжимал её до капли, до последнего стона.
Они кончили одновременно, не сдерживая животную похоть. Он провёл языком по её шее, слизывая капли крови от укусов.
— А ты вкусная, однако.
Девушка засмеялась — хрипло, почти безумно, когда его руки остановились на её ногах.
— Тогда наслаждайся и не останавливайся, — прошептала девушка, обжигая дыханием его ухо...
≪━─━━━─━─◈─━─━─━━─≫
...Ночь выжала из города все краски, оставив угольную тьму и наступающий рассвет. Отель, до этого казавшийся лишь тёмным убежищем, молчал, будто укрытый в саван.
Кагуя оделась и скользнула к двери. Её движения были такими же чёткими, как и всегда. Ни спешки, ни суеты — только холодная грация. Она провела ладонью по волосам, словно стряхивая воспоминания, которые останутся у порога.
Парень стоял у окна, наблюдая за улицами Токио. Он не смотрел на неё, но чувствовал каждый жест. Слова были бы лишними, уже не такими язвительными, как хотелось бы, а почти беспомощными.
Кагуя повернулась, усмехнувшись.
— Как это на вашем... Точно, Goodbye, idiot. Thanks for the night.
Он ухмыльнулся. А она вышла, тихо прикрыв за собой дверь, и коридор тут же поглотил её, превратив в тень других людей.
«Незнакомцы» — подумал он, доставая из кармана брюк телефон с новым заказом.
Где-то внизу хлопнула дверь лифта, принимая нового гостя, и город снова стал дышать — равнодушный, бесконечный, опасный. Его ждал новый заказ. А её — другая жизнь. Так было всегда. У обоих. Они не заводили долгих отношений.
И снова они — незнакомцы.
Именно так.
Так живёт этот мир.