Captain Laserhawk OC×Canon lore drop💥💥💥

𝐃𝐢𝐬𝐜𝐥𝐚𝐢𝐦𝐞𝐫: данная статья написана в информативных целях, для объяснения лора персонажей.

𝐓𝐫𝐢𝐠𝐠𝐞𝐫 𝐰𝐚𝐫𝐧𝐢𝐧𝐠: ос × канон, упоминание абьюзивных отношений, смертей, ООС [ пастканон]]

✧ можете считать это АУ, но все прошлые события канона учтены [сериал, манга, комикс]✧

𝐋𝐢𝐧𝐤𝐬 :

полезные ссылки с ресурсами

- Дольф Лазерхоук [⚠️ вики о персонаже. пж не читайте на вики самого фд, там не корректные данные⚠️]

https://hero.fandom.com/wiki/Captain_Dolph_Laserhawk

𝐁𝐢𝐨𝐠𝐫𝐚𝐩𝐡𝐲 [ 𝐁𝐈𝐎]

[⚠️информация сильно сжата, кратка и поверхностана, а так же не включает часть последующих событий и подробностей. статья может редактироваться⚠️]

Энтони О’Коннел — типичный ребенок, выросший под пропагандой Эдема. в реалиях этого мира иначе и быть не могло. отец с утра до вечера был на работе, мать — дома, но и с ней словно не ладилось. женщина понимала: ему будет трудно. гибридов не жалуют, а детей от смешанных браков гибридов и людей — подавно.

но что в этом может понимать маленький мальчик, радостно зовущий маму к телевизору, когда там показывают отца, в очередной раз раскрывшего преступление, потрясшее город своей жестокостью?

мечта стать как он не казалась чем-то невозможным. поступление в академию в совсем юном возрасте тоже не считалось исключением. скажете: втягивать детей в подобную пропаганду — безумие? о нет, не для Эдема. здесь это обыденность, как и вживлять металл под кожу ребенку, наблюдая, как растущий организм справится с этим.

и кто, как не родная мать, лучше всех понимал, что провожает собственного ребенка на верную смерть? в академии было тяжело. расизм между людьми уже не был столь глобальной проблемой, хоть и не исчез, но гибрид всегда становился удобной мишенью. особенно если он не дотягивает до показателей, характерных для своего вида, и человеком его назвать трудно. клеймо урода закреплялось на всю жизнь. не первый, не последний. оставалось только терпеть и идти к цели.

а после — работа. легче не стало.

тем не менее мотивация спасала.

детектив Энтони “Кейн” О'Коннел!

отец гордился бы им. отец… слишком тяжелая потеря для всей семьи. сердце разрывалось от дрожащего голоса матери в трубке, когда его ограниченный инфопузырь лопнул.

он не подведет ни себя, ни отца, ни свою фамилию.

он верен Эдему.

эдем дал ему всё. он хочет только лучшего.

единственный, кто верил в тебя, погиб, а твоя идентичность воздвигла стену между тобой и матерью? о, сиротка, не переживай. Эдему не важна твоя история, особенности, личность. будь послушным песиком для системы — и заимеешь лучшую жизнь. не будет времени думать о семье, отношениях и прочих глупостях, солдат. ты нужен здесь и сейчас. глупы те, кто укусил руку, что их кормила.

поэтому он, обезумев, выпускает очередь, срывая голос, выкрикивая имя очередного предателя.

слышно собственное сердце. преступник закрывается механической рукой на бегу, но одна из пуль попадает в человеческое плечо. короткий возглас — и ответный выстрел. они скрываются за углом. Кейн ловко уворачивается, снова выкрикивая имя того, кого ненавидит до дрожи.

возвращаясь после миссии, его втягивают в расследование. он подобрался к ним достаточно близко, мог заметить что-то важное. доступ к камерам наблюдения. бессонная ночь. он перематывает видео, ищет слабое место. взгляд останавливается на странной сцене: Тейлор целится в бочку с бензином, а Лазерхоук вцепляется ему в руку — словно в панике, словно мешает. Тейлор отталкивает. выстрел. взрыв. энтони был там. слышал крики. видел жертв. понимание жестокости этих двоих лишь сильнее подпитывало ненависть.

он снова перематывает. наводит кадр на Лазерхоука. всё слишком сложно.

на следующий день у него уже было личное дело террориста. он прошерстил его от и до, перечитывал как зависимый. про Тейлора сведений почти не было, кроме прошлых мелких преступлений, зато про бывшего солдата Эдема — целые тома. он опрашивал свидетелей, жертв, бывших сослуживцев. ненависть только росла. предатель. но крылось за ней и нечто иное. выбрал свободу? это слово звучало слишком приятно и маняще, но верность была важнее.

жизнь превратилась в будни помешательства. месть террористу и предателю, усталость, слёзы, синяки. боль во всём теле. и пустая постель — снова.

и вот он здесь. одежда скрывает синяки, волосы падают на глаза, руки дрожат, сжимая игрушку с лицом цели. он ждёт за дверью. ребёнок был фанатом Лазерхоука, тот навещал его даже после интервью. мальчик мог знать что-то полезное. он всё ещё отзывался о нём как о герое. но когда из кабинета вышел врач, смысл всего рухнул.

и когда жизнь успела стать полным дерьмом?

синяки сходили, раны затягивались. телефон молчал. третья съемная квартира за месяц, и каждый стук в дверь заставлял думать, что его нашли. завтра не нужно на работу. послезавтра тоже. удостоверение больше не вызывало гордости — фото будто насмехалось с прикроватной тумбы рядом с плюшевой игрушкой.

что можно было ожидать от дворняги? последние месяцы были безумием. двойная жизнь изводила. теперь он с трудом находил своё место.

иронично: так охотился за предателем, что сам оказался на том же уровне, стоило выйти на отряд повстанцев. напуганные люди смотрели на стража порядка как на палача. он не смог их сдать. а позже за ним пришли — поблагодарить, обсудить, объяснить. ценный союзник. он уклонялся. не хотел слышать правду о том, что защищал. но убегать больше не получалось. работа вызывала лишь тошноту. согласие… и вдруг — впервые ощущение, что он на своём месте. без едких комментариев о каждом его недостатке. а были ли это вообще недостатки?

его план был безумием. но перманентная одержимость — словно Лазерхоук был загадкой — не отпускала. отряд качал головой, сомневаясь в рассудке экс-копа, но он уже всё решил.

он нашёл его израненным, на окраине. отлично сыграл роль доброго незнакомца. приволок домой полуживого. извлёк бомбу из металла в черепе, убрал вирус, убивавший систему. только чтобы… утром проснуться под прицелом встроенной пушки. удостоверение, забытое на кухонном столе, сказало слишком много. чужие воспоминания о безумном копе, стрелявшем без разбора, всплыли моментально.

пришлось раскрыть карты. рассказать про отряд, про расследование. объяснить, что изменило его взгляды. особенно когда Лазерхоук заметил игрушку ребёнка, которого когда-то знал, — и с ужасом узнал правду. это едва ли смягчило углы. Кейн оставался опасен. мог врать, устроить засаду. да и он сам не до конца понимал, что у него на уме. временами мозг подкидывал мысль: сдать предателей, вернуться на службу, подняться по карьерной лестнице. показать Эдему, что он не просто дворняга, о которую вытирали ноги. но стоило ли?

Лазерхоук не бежал. наблюдал, пытался понять этого безумца. но оставался начеку. тот слишком безрассудно делился личным, словно пытался расположить к себе.

— "ты не понимаешь, с кем имеешь дело."

— "не начинай снова. ты не нужен как оружие или цепной пёс. ты нужен нам как союзник."

— "я уже слышал это"

и это невыносимо тяжело — когда сталкиваются двое, чьи стены вокруг себя только и делают, что соревнуются, кто выше и крепче.

но он все равно идет за ним в, на первый взгляд, обычный отель. на деле- одну из баз, окупированую повстанцами, умело скрытую под никому не нужное старье, где ночуют разного рода отбросы. отсается делить с ним комнату с двуспальной кроватью, становится его отвественностью, когда большинство озвучиват напрямую свои сомнения, касательно нового союзника.

-Коннел, что за отголоски эмо фазы?- посмеивается Лазерхоук, разбирая вещи своего товарища, на второй день пребывания в новом доме, находя у того черный лак.

не проходит и 10 минут, как после короткой перепалки, начатой скорее в шутку, тот послушно терпит, когда ему красят ногти. Дольф осторожно заводит разговор о личном дневнике который так же нашел в чужих вещах, который нагло полистал, двже не став придумывать отговорки. ну кто может его винить, когда он ощущался как одно из немногого, что могло подтвердить искренность чужих намерений. где большая часть записей написаны рукой эмоционального подростка, но под конец, становятся редкими сводками новостей от взрослого, переживающего персональный ад. Энтони делится многим так, словно это ничего не значит. словно он готов простить и мать, и Эдем, и чертового бывшего. Лазерхоук слушает, стараясь оставатьчя спокойным, хоть и внутри что-то щемит.

-я знаю, это звучит слишком громко, но.. я буду здесь, для тебя. столько сколько потребуется. ты можешь рассказать...

но ему не дают договорить.

-спасибо. я ценю это.

он прячет взгляд, но ощущает как улыбается, лишь сильнее убеждаясь, что явно не ошибся в том, кого выбрал. в том, кого так яро ненавидел, а в итоге чье лицо видит напротив утром. чертов Дольф Лазерхоук. они даже не знают в какое безумие их заведет это партнерство

☆☆☆