CapXenomorph

имя
Кэп Ксеноморф, Ксен/Кэп


возраст
Точно не помнит из-за амнезии. Дату рождения выдумал, говорит, что ему 35. В целом это близко к истине. Выглядит чуть старше, примерно на сорок.

внешность

болезни/проклятия/особенности
Скалковое заражение. Внешне проявляется только в районе груди, в том месте, куда на третьем сезоне его ударил Варден. Хотя рана давно уже не кровоточит и не болит, из неё иногда сочится чёрный гной. Края раны замещены плотной нечувствительной тканью, ей же она и закрыта. Раньше она иногда пульсировала тёмно-бирюзовым светом, сейчас же из-за приёма сианита просто словно дышит отдельно от Кэпа. Сианит заражение, кстати, не лечит. Только лишь затормаживает развитие. Сразу после перемещения на четвёртый майншилд, когда сианит Кэп ещё не успел синтезировать, он прочувствовал весь спектр неврологических симптомов: помутнение зрения, лёгкие слуховые галлюцинации, сильная головная боль. И нечто, напоминающее стук сердца, слышимое внутри головы. Как заражение развивалось бы дальше Кэп не знает. И проверять как-то не хочет. Знает он только то, что это точно происходит, просто очень-очень медленно.


Биография
Первое воспоминание - Сабшилд. Ну, почти первое. До этого он около трёх месяцев бродил по маленькому городку, выживая на подачках. Ему около двадцати лет, как ему показалось. Решил, что двадцать ровно. Всё равно почти ничего не помнит, кроме ярко-белой комнаты. Такой яркой, что глаза режет. Тёплой ярко-белой комнаты. Думать дальше просто больно. Тем более сейчас на это не было времени, пришлось устраиваться в новом мире.Как там по пирамиде Маслоу: сначала безопасность, потом уже умные мысли. На Сабе его домом стали трущобы. Денег - то нет. После-небольшая квартира в одном из небоскрёбов. Высокие чёрно-синие палки устремились в небо, давя своим размером. Хотелось выше. И вспомнить хотя-бы что-то.
Откуда-то из памяти постепенно вылезали знания: химия, биология, немного физики. Обрывочные, словно остаточные. Идей откуда он всё это знает не было. Пришлось даже придумывать себе прошлое учёного. После - делать его своим настоящим. Продал свою квартирку, переехал в катакомбы. Так было удобнее,вопросов меньше было. Таскал книжки из библиотек, учился варить зелья. Даже сам изобретать рецепты начал. Всё самое важное записывал в постепенно толстеющий от вклеенных в него листов блокнот. Страшно было снова что-то потерять. С этого момента и появилась привычка никогда ничего не держать в голове. Только заметки, только хардкор. Как-то между делом уверовал в бога. Это получилось как-то само, выбора после увиденного у Кэпа-тои не было. Так и не смог себе объяснить, чем конкретно его зацепил тот образ летающего спрута.
Кэп не знал, к чему он готовился, но он был готов. Майншилд Академия. Мир,куда более малонаселенный, но как оказалось очень важный для Кэпа. Удалось сохранить тот самый блокнот, разросшийся до неплохой такой тетради. Без обложки. Обложка не пережила очередную подклейку и просто развалилась. Выбрал для себя портовый город, даже приобрёл неплохой домик, где прожил несколько спокойных месяцев. Потом стало скучно. Наткнулся на книжки на тему генетики, повторил несколько экспериментов даже.Быстро понял, что горох и мухи - слишком скучно, и что люди интересуют в этом плане куда больше. Пришлось снова закапываться под землю. Очередные катакомбы. эксперименты над людьми. Уже даже и перестал отличать, какие знания получил сам, а какие остались с того времени,которое успешно потеряно где-то в памяти. Жизнь постепенно снова начала налаживаться. Установил неплохие отношения с Лабусом и тогда ещё Сантосом, даже небольшой бизнес начал приносить хоть и маленький, но доход. Как и его личный тоннель, соединяющий океан и реку, ведущую прямо к спавну. Создал себе карманный искусственный интеллект - Архимиса.
И новая телепортация, в этот раз более-менее ожидаемое. Ещё и проснулся непонятно где и непонятно с кем. Хотя-бы не в одной постели, уже неплохое начало. Незнакомец представился Диамкеем и объяснил, что в этот раз новый мир называется Майншилдом. В этот раз Кэп даже ничего важного не забыл. Новым пристанищем стал город, притаившийся в небольшом ущелье. Решил хотя-бы немного отдохнуть, а то Майншилд академия все нервы выела. Сложно всё-таки одновременно исследовать и управлять небольшим городом. Естественно, Кэп всегда старался захватить управление в свои руки. Чтобы жители не лезли, куда не стоит, и не мешали следовать. Но в этот раз решил сосредоточиться только на управлении и небольших исследованиях только для себя. Гигантские деревья выращивал, психиатрическую больницу построил. Спрут явился к нему в Междумирье. Странные, тяжёлые сны, от которых было сложно проснутся. Уже думал, что стоит опробовать свежепостроенную психушку, когда в один момент снова проснулся не у себя. А в Диамкеевских пещерах,где ем, держа острые когти у горла, весьма доходчиво объяснили, что не стоит лезть в Междмирье. И объяснили, как не лезть. А потом как-то само вышло, что Кэп внезапно заинтересовался межпространственными перемещениями. И планы на спокойную жизнь ушли на второй план. Исследования, лаборатории, посиделки за бумагаминочью. Так и прошли пять лет второго Майншилда. Президентство, как и прочие политические игры интересовали Кэпа мало, бли скорее поводом для шуток. Всерьез никогда не стремился участвовать в этой стороне жизни сервера. Не его это всё же.
А потом очередное “да всё нормально будет” от Жирафа, скалк и третий Майншилд.
Это снова исследования. Снова почти полное одиночество. Скалк интересовал всё сильнее. События сервера пролетали мимо, почти никак его не касаясь. Разве что только косвенно арка Вируса подарила более близкие отношения с Диамкеем. Куда близкие, чем были до этого. Встречаться начали после подвала Якудз, официально объявили об отношениях в начале Ядерной зимы. Тянуть было страшно, вдруг не успеют. В эту же зиму случилось то, что определило деятельность Кэпа на четвёртом сезоне. Обычное путешествие за образцами затянулось на семь месяцев: странные ошмётки скалка на горе, там, где их быть не могло. Странный варден, словно появившийся из пустоты. Удар в грудь, сломанные элитры. Семимесячная спячка. До базы с трудом добрался пешком. Успел только выпить остатки сианита - средства, которое, как казалось, должно помочь хотя-бы замедлить заражение. Помогло. Только вот его формулу на четвёртый сезон взять не удалось: очередная потеря памяти её уничтожила. Пришлось восстанавливать.
На четвёртом сезоне выбора у него особо-то и не было, чем заниматься: сначала останавливаем заражение, после начинаем его исследовать. Или скорее совмещаем. Поселился с Дэбом в джунглях, снова закопался под землю. Что-то в его жизни чертовски постоянно.

хэдканоны

– Эксперименты на людях-абсолютно привычное дело. Пусть и не кричит об этом, но может спокойно рассказать о результатах своего труда, если достаточно вам доверяет. В основном его интересует в этом плане изменение генетического кода. Также занимается фармацевтикой, медициной по необходимости. В качестве хобби изучает межпространственные перемещения.
– Мизофоб. Прикосновения людей, которым не доверяет, не переносит.
– Домосед. Из дома выходит редко и только если нужно что-то сделать срочное. Или если Диамкей вытаскивает выгуливаться.
– Нет, он не носит один и тот же белый костюм. У него много одинаковых белых костюмов, потому что ему не нравится выбирать одежду. Хотя-бы один раз в месяц обещает себе вшить в один металлические пластины, и каждый раз это откладывает. Под костюмом термобелье. На костюме множество карманов разного назначения
– Пускай постоянно оружие и не носит, в карманах всегда на всякий случай хранит несколько шприцов с седативым и скальпели. Средства самообороны, не более.
– Очень хорошо разбирается в кофе.
– Рисует картинки на полях личных записей, когда думает.

характер
В общем смысле спокойный и очень холодный. С людьми общается редко, а если и общается, то о себе почти не говорит, если это не требуется. Саркастичен, остр на язык. Умеет шутить с абсолютно серьезным лицом, так что сразу и не поймешь, что это шутка. Юмор очень чёрный - наложение профдеформации и жизненного опыта. В целом не особо к людям тянется. Интроверт, но не социофоб. Просто очень сконцентрирован на себе и своём внутреннем мире из-за того, что только он был с ним постоянно. А люди менялись. Людей он и забыть может, а сам он у себя один. Доверяет людям сложно и медленно. Долго присматривается, Опять же, следствие весьма странной и поздней социализации.
Не любит вспоминать своё прошлое. Думать о нём тяжело, ведь сразу высвечиваются забытые тёмные пятна. Чем дальше, тем больше. Вопрос “расскажи о себе” ставит в тупик. Будущее тоже кажется ему весьма тёмным и мрачным.Боится не успеть. Чего не успеть сам не знает. Это точно не что-то из того, над чем работает, работал или будет работать. Скорее неоформленная пока ещё цель. Из-за этих мыслей достаточно тревожный. Трудоголик. Часто забывает о себе, особенно когда погружается в работу с головой. Работу иногда использует, как возможность сбежать от собственных мыслей. Это его искусство, это то, что он умеет лучше всего.
С собой ему куда сложнее, чем с окружающими. Себя почти не понимает. Сложно себя понять, когда ты буквально человек без прошлого. И когда твое нынешнее настоящее после очередного перемещения также может стереться из памяти. Постоянно неосознанно ищет подтврждение своего существования в мире: это записи, это исследования. Это оставлять после себя города.
В конфликтные ситуации попадает редко, но метко. Осознанно на кофликтыне идёт. Не потому что не может, а потому что неинтересно. Чаще ссоры начинаются после не очень удачной, по мнению собеседника, шутки. Доказывать словами правильность своей позиции может дого. На кулаки не переходит. Не трусость, банальное понимание своих возможностей.
Чётко для себя определяет границу, после которой проходит недопустимое для него насилие. Убивать людей ради науки или в качестве самозащиты можно. Ради развлечения- нельзя. Насилие порождает насилие, его он видел достаточно. Не жесток, к бессмысленным, по его мнению, дракам относится равнодушно. Предпочитает дискуссии. В них и истина может родиться. Или собеседник просто устанет с ним спорить.