Чёртова химия

Уже битый час Готье ломал голову над домашним заданием. Химия никогда не вызывала у него подобных трудностей, но новая тема абсолютно выбила из колеи. Готье не понимал принципа реакций, постоянно путался с коэффициентами и был готов биться головой об стол. Если он к завтрашнему дню не вобьет себе в голову хотя бы грёбаную теорию, то в академии его похоронят заживо.

На улице глубокая ночь. Все нормальные патриции давно спят, но в полисе Соларуса всё не как у людей. Где-то за стенкой слышались ругательства Оливера, который, судя по всему, точно так же убивался над заданиями. Над комнатой Готье соседи включили музыку и агрессивно топтали пол, который, по отвратительному совпадению, являлся для Готье потолком.

Одним словом — пиздец.

Готье вымученно достал из кармана штанов телефон. Время близилось к трем часам ночи. Хитклиф хотел было вернуться к урокам, но его отвлекло всплывающее уведомление.

Гедеон Х:

Почему не спишь?

Готье мог бы отмахнуться и сослаться на то, что он просто засиделся, но пальцы почему-то сами набирали страдальческий текст.

Солнцеликий:

Гребанная химия. Я уже потерял счёт времени, а кислород все не уравнивается.

Незаконно задавать такие сложные задания на дом.

Сообщения пометились прочитанными, но ответа на них не последовало. Готье ждал несколько минут, но в конце концов сдался и убрал телефон из рук. В глазах уже плыло, числа накладывались на буквы, строчки скакали.

Из полудрёмы его отвлек стук в дверь. Готье подскочил и чуть не упал со стула, но вовремя ухватился за стол. Стук настойчиво повторился, Готье подлетел к двери, и, даже не спросив о личности гостя, распахнул дверь.

На пороге стоял Гедеон. В растянутой уютной одежде и с хвостиком, такой домашний и не вписывающийся в стены академии. В таком виде его даже дома редко можно застать.

— Что ты здесь делаешь? — Готье сонно протер глаза, словно не был уверен в реальности увиденного.

— Разбираюсь с твоим учебным процессом, — Гедеон прошел внутрь, и, не обращая внимания на ошарашенного Готье, закрыл за собой дверь, — Показывай задания.

— Что?

Готье тупо уставился на брата. Неожиданный визит заставил забыть о каких-то там уроках и желании спать, все внимание переключилось на выглядывающие из под футболки руки Гедеона. Ему захотелось прикоснуться к ним, пощупать мышцы, прикоснуться губами..

— Химия, — Гедеон поднял бровь, сложил руки на груди и оглядел рабочий стол младшего, — У тебя же с ней проблемы?

— Да. Да, точно, — Готье был готов выть от нежелания грызть этот "гранит науки", — Вообще-то я уже хотел забить и лечь спать.

Гедеон сел в кресло на колесиках и внимательнее вгляделся в тетради Готье. Он явно выискивал название темы, немного щурил глаза, потому что в полутьме было сложно разглядеть записи.

Готье в это время рассматривал острые черты лица Гедеона: его скулы, переносицу. Веснушки, которые были почти незаметны, но по ним хотелось проводить пальцами. Морщинка между бровей, которая стала постоянным посетителем лица Гедеона.

— Органика? — Гедеон с вопросом развернулся к Готье, младший утвердительно кивнул головой, — Иди сюда, сейчас объясню.

Готье послушно подошёл ближе и встал рядом, облокотившись на стол. Гедеон осмотрел его снизу вверх, задерживая взгляд на шее, а после потянул на себя. Готье вскрикнул, но руки Гедеона крепко держали его за талию и усадили на колени.

— Так удобнее, — Гедеон говорил чуть ли не в самое ухо, поэтому снизил голос, — А теперь смотри...

Гедеон указал пальцами на одну из записанных реакций и начал вкрадчиво объяснять. Готье старался слушать, но ощущения чужого дыхания на шее и руки на своей талии заставляли отвлекаться. Гедеон всё говорил и говорил, в то время как у Готье покраснели уши. На старшем было действительно удобно сидеть.

— Готье, ты слушаешь? — Гедеон обхватил подбородок Готье и повернул его лицо на себя, — Повтори последнее, что я сказал.

Готье стыдливо отвел взгляд.

— Извини, — Готье облизал пересохшие губы, — Я отвлекся.

Гедеон осмотрел младшего с головы до ног. Готье показалось, что на секунду во взгляде Гедеона промелькнуло что-то хищное. Маленький огонек, который с каждым мгновением разгорался в настоящий пожар. Готье почувствовал, что рука брата переместилась на ногу младшего и слегка погладила. Готье забыл как дышать.

— Давай поступим так, — Гедеон поцеловал мочку уха младшего, из-за чего тот шумно выдохнул, — За каждое выполненное задание ты получишь вознаграждение.

В подтверждение своих слов Гедеон забрался пальцами под футболку Готье и провел пальцами по нижней части живота в опасной близости от паха. Член Готье одобрительно дёрнулся и начал твердеть, младший каждой клеточкой тела ощущал довольную улыбку Гедеона, которая заводила ещё больше.

— А за неправильный ответ последует наказание.

Гедеон резко вытащил руки, лишив Готье приятных прикосновений. Младший недовольно заерзал в поисках тепла, но его попытки добиться хоть чего-то нагло игнорировали.

— Ладно, я понял, — Готье поджал губы и схватил ручку со стола, наклоняясь над тетрадью, и уже тише добавил — Чёртова химия.

— Не выражайся.

Готье чувствовал накатывающее возбуждение. В штанах становиллсь тесно, но он старался сосредоточиться на химии. Пальцы не слушались, ручка иногда выпадала из рук, а подчерк скакал. Наконец первая качественная реакция была уравнена, Гедеон одобрительно хмыкнул и провел по затвердевшим соскам Готье, параллельно выцеловывая шею. Готье обронил полустон, но тут же прикусил губу.

— Умница, продолжай, — Гедеон невесомо провел по ключице младшего, от чего его кожа покрылась мурашками.

Готье было невыносимо жарко: всё тело горело, по виску стекала капелька пота. Его мысли плавно утекали от науки, кровь больше не приливала в голову. Новая химическая реакция — новая борьба. На клетчатой бумаге появляются всё новые символы, в то время как по телу блуждают руки старшего, надавливая на самые чувствительные точки: на шее, спине, бедрах. На третьей или четвертой написанной реакции Гедеон всё же прервал процесс.

— Ошибка, — Слова Гедеон тянул медленно, наслаждаясь происходящим, — Ты забыл про условия, здесь нужен катализатор.

Готье чуть ли не до треска сжал ручку, когда теплые руки перестали ласкать его тело. Раздался звонкий шлепок: Готье вскрикнул от обжигающего удара по заднице. Только сейчас младший понял, что музыка у соседей давно перестала играть, да и других звуков больше не было слышно.

— Пожалуйста, можно я.. — Начал было Готье, но его тут же прервали.

— Нет. Пока я не разрешу, — Гедеон посмотрел на выпирающий из штанов бугорок Готье и по-кошачьи улыбнулся, — Ты к себе не притронешься.

Готье вновь уткнулся в тетрадь, собирая остатки внимательности. Все вновь обернулось крахом, когда он почувствовал, как рука Гедеона забралась к нему в белье и обхватила член. Старший шепнул ему, чтобы тот продолжал решать, а сам начал медленно издеваться над Готье. Движения то замедлялись, то становились слишком быстрыми, изводящими.

Готье поскуливал, ерзал на чужих коленях. Дыхание сбилось, химия давно отошла на дальний план, забытая ими обоими. Гедеон приподнял Готье, чтобы помочь стянуть штаны и нижнее бельё. Сам же расстегнул ремень и приспустил свободные домашние штаны, член старшего тут же прижался к его животу.

— Готовился? — с усмешкой спросил Гедеон, надавливая на вход, — Или просто решил развлечься сам с собой?

Готье густо покраснел, вместо ответа он простонал, когда несколько пальцев легко проскользнули внутрь. Его голова откинулась на плечо Гедеона в поисках опоры. Растяжка не заняла много времени, Гедеон щёлкнул тюбиком смазки, которую Готье приучился хранить в ящике стола.

Прохладная субстанция хлюпнула, когда Гедеон, растерев ее по своему члену, резко вошёл в младшего. Руки Гедеона покоились на бедрах Готье, он помогал ему двигаться. Младший хватался за ручки кресла, ловил ртом воздух и не мог сдержать вскрики, когда Гедеон попадал по простате.

Одна из рук Гедеона вновь переместилась на пах Готье. Он огладил лобок, а затем надавил на головку, слегка массируя. Младший кончил первым, от оргазма в глазах потемнело, по телу прошлась лёгкая дрожь. Гедеон кончил следом, не потрудившись выйти из Готье.

Младший глубоко дышал, развалившись на Гедеоне. Теперь сил не осталось даже на банальные движения.

— Отпрошу тебя завтра, — ласково сообщил Гедеон, заправив за ухо Готье выбившуюся прядь, — Можешь отдыхать. Ты хорошо поработал.