Чёрмозские декабристы

На прошлой неделе мы говорили о том, как Чёрмозский завод повлиял на внешний облик небольшого уральского посёлка. Но горнозаводская цивилизация меняла не только внешнюю сторону, но и общественные настроения. Сегодня наш разговор пойдет о тайном обществе «Вольность», которое в XIX веке возникло в Чёрмозе.

Почему на уральском заводе появились декабристы?

Конечно, чёрмозские декабристы не были дворянами, то была заводская интеллигенция. Откуда же она появилась в уральской глуши?

Чёрмозский завод, как мы помним, специализировался на самом выгодном, высококачественном железе. Но для выработки такого железа нужны были специалисты. Где их было взять? Учить своих собственных крепостных крестьян! Заводчик Лазарев организовал на Чёрмозском заводе школу для детей «служительского класса» и наиболее способных из них посылал учиться в Москву, и в Петербург.

Жандармский подполковник Певцов, назначенный расследовать дело о чёрмозском заговоре, писал:

«Заводские люди Пермской губернии имеют более образования, нежели люди тех же сословий в других губерниях. Это приписать должно большому числу училищ в имениях главных заводчиков. В сих училищах преподаются науки по многим предметам, вовсе не нужным или излишним для людей крестьянского состояния, как-то: основание российского права, русская словесность, всеобщая история и т. п. Есть училища, похожие больше на гимназии и состоящие из пяти классов, в коих ученики, числом до 150, продолжают учиться до семнадцатилетнего возраста, переходя из одного класса в другой...Губерния Пермская почти вся населена переселенцами, народом отменно бойким даже и без особенного образования; притом же заводские люди вообще беспокойны и редко хорошей нравственности».

Стоит отметить, что для чермозян был характерен высокий для своего времени уровень развития городской культуры. Большая часть населения были или заводскими рабочими, или служили в Главном правлении и заводоуправлении. Чермозяне посещали российские столицы, многие были грамотными, много читали, следили за модой, участвовали в культурных мероприятиях (просветительских кружках, обществах, самодеятельном театре) и т.д. У образованной части чермозян сформировалась широта и масштабность мышления, которые далеко выходили за рамки горного завода, затерянного в лесной глуши, каким по своему географическому положению был Чёрмоз.

Итак, В Чермозе было значительное количество людей с хорошим образованием, молодых, энергичных, но при этом, абсолютно бесправных. Именно среди крепостной образованной молодежи зародилась идея не о бунте, но о тайном обществе.

«Через 11 лет после восстания декабристов, революционеров-дворян, эти крестьяне сами решили взять в свои руки дело освобождения от крепостного ига. Во многих отношениях вновь открытый заговор представлялся даже страшнее усмиренного дворянского восстания...Было ясно, что царское правительство и его опора — дворянство — стоят перед попыткой самих крестьян вести организованную борьбу за свержение крепостного строя. Это было много опаснее отдельных случаев убийства крепостными их помещиков и страшнее разрозненных крестьянских волнений», —так пишет об участниках чермозского тайного общества профессор М. Н. Гернет в «Истории царской тюрьмы».

Влияние декабристов

В 1826 году в Петербурге жили и учились в горнозаводской школе два талантливых крепостных человека Лазарева: Николай Чернов и Федор Чирков. Они вернулись в Чёрмоз в 1832 году. И в том же 1832 году Лазарев прикрепил к этим крепостным специалистам для обучения группу подростков, самых способных в заводской школе: Петра Поносова, Андрея Михалева, Михайлу Ромашова, Петра Мичурина и Федора Наугольного. Именно эти прикрепленные к Чернову и Чиркову для обучения подростки и составили четыре года спустя ядро заговора.

Надо учесть, что в домах Лазарева в Петербурге по Невскому проспекту № 40-42 (против Гостиного двора) снимали квартиры очень многие, в том числе декабрист Гавриил Батенков. В тех же самых домах была господская главная контора и проживали дворовые люди Лазарева.

Позже при обыске у Петра Поносова — организатора чёрмозского тайного общества — были найдены стихи Кондратия Рылеева. 

Тайное общество «Вольность»

В 1836 году в Чёрмозе произошёл типичный для самодержавно-крепостнической России случай. Заводской приказчик в Чёрмозе наказал рабочего у станка розгами из тонких полос железа. Мало ли было таких случаев?! Но именно в этом году  группа крепостной молодежи под руководством двадцатилетнего учителя Чёрмозского заводского училища Петра Ивановича Поносова создала тайное общество вольности.

Общество состояло из учеников старшего класса заводского училища, молодых учителей и других крепостных служащих завода. Устав общества ставил целью:

«Собрать благомыслящих граждан в одно общество, которое бы всячески старалось о ниспровержении власти присвоивших её несправедливо и об ускорении свободы». 

Молодые люди самостоятельно разработали программный документ. Вот его основная часть:

«Во всех известных странах света не видно таких законов, чтобы граждане государства даны были в неотъемлемое владение таковым же, как они, людям. Но у нас в России, напротив, сиздревле дворянам и гражданам, имеющим капиталы, предоставлено российскими государями полное право иметь своих крепостных людей, с полным же правом и неограниченною (разумеется, в отношении взыскиваний с крепостных за вины) властию, которая простирается иногда не только от самих господ, но и от разных крепостных людей, установленных господами для управления их поместьями, властными начальниками до такой степени, что обидимые и притеснимые ими беззащитные люди впоследствии приходят в отчаяние, чрез что беднеют, развращаются, а после и совсем погибают; другие за малые вины наказываются жесточайшим образом, мучатся горною и другими работами и, наконец, молодые отдаются в рекруты (которые в России во всеобщем презрении), а старые ссылаются на поселение.

И все это происходит от крепостных же людей или таких же граждан! Господа же, принуждая к непосильным трудам своих людей, расточают без малейшего сожаления в поте лица приобретенное их людьми и чрез то разоряют и себя и без того уже бедных крепостных людей, не заботясь о том, что последние часто не имеют и куска хлеба для утоления мучащего их голода».

Ещё одним документом об этом тайном обществе можно считать очерк  пермской писательницы Анны Кирпищиковой. Дочь лазаревского крепостного, она в свое время слышала устные тайные рассказы о событиях 1836 года. Можно полагать, что она узнала о них от своих родственников Черновых (один из Черновых был как раз учителем Петра Поносова в Чёрмозском заводском училище, его фамилия упоминается в следственных документах).

Кирпищикова сообщает в своем очерке:

«Составлен был у них план, писанный тоже, как действовать. Хотели они взбунтовать все заводы, не одни наши, а и сибирские, — говорили, что там у них уже и люди есть надежные, — и отложиться: просить сначала у царя волю, а потом конституцию. Хлеба-де у нас в Сибири много и руды всякой. Заводы тоже есть: будем сами ружья и пушки делать и защищаться».

Практических шагов члены общества предпринять не успели. Братья Ширкалины, которых Поносов вовлекал в общество, испугались и не подписали воззвание, составленное тайным обществом, стали колебаться и, в итоге, предали. 31 декабря, в самый канун нового 1837 года, в Перми был арестован Петр Поносов. 1 января в Полазне и Чёрмозе — все остальные.

Восемь наиболее активных участников общества были арестованы и тайно, во избежание огласки, отправлены в Санкт-Петербург, в Петропавловскую крепость. После следствия и судебного разбирательства часть из них (в том числе Пётр Поносов) были отправлены на строительство крепостей в Финляндию, другая часть — на Кавказ, в действующую армию.

Известна дальнейшая судьба лишь одного из них – Алексея Андреевича Ширкалина. На момент ареста ему было всего 17 лет. Он прошёл Кавказскую войну и вернулся в родной Чёрмоз только спустя 35 лет. Судьба остальных неизвестна.

После разгрома общества училище реорганизовали, всякие культурные мероприятия, включая самодеятельный театр, в Чёрмозе запретили, в заводе наступили времена строгого полицейского надзора и цензуры. А тайное общество «Вольность» осталось только в памяти чермозян как яркая и дерзкая попытка борьбы с рабством в России.

«Иго рабства в России от времени становится несноснее, и должно полагать, что на будущее время оно будет ещё несноснейшим. Из опытов видно, что причина величия государства есть свобода граждан, но в России иго рабства в большой силе, следственно, она никогда не взойдет на степень величия. Поэтому для блага России и потомства ничего больше не остается делать, как собрать благомыслящих граждан в одно общество, которое бы всячески старалось о ниспровержении власти присвоивших её несправедливо и о ускорении свободы.

Для сего-то, благородные сограждане, ниспровергнем соединенными силами невольничество, восстановим свободу и чрез то заслужим благодарность потомства!»