(Что-то умное)
Быть чьим-то псом унизительно, и Зак обещает себе, что никогда до такого не опустится, никогда не позволит кому-то посадить себя на цепь и заставить слушаться как преданное животное. Нет, редстоунер точно никогда до такого не опустится... Обман, это сплошной обман! Зак уже пёс, который слушается любого приказания хозяина, ластится к скользящей по макушке руке и утыкается в ладонь носом, пока его нежно гладят по переносице.
Ну нет... Неужто это правда? Неужто Зак позволил нарушить все свои границы и ведет себя как какое-то чертово домашнее животное? Да, но всё позволено одному в край обнаглевшему черту, который знает, что и как делать, чтобы уложить Зака в постель или укусить, когда он сидит допоздна за каким-то чертовым механизмом.
Джаст усмехается, смотря на редстоунера в одном лишь ошейнике и ленте, пока тот краснеет под хихиканье и произносит:
– Заткнись и прими подарок, пока я тебя самого не связал, – ворчит Заквиель, отворачивая голову лишь бы не смотреть в глаза Дровосеку.
– Красивенький ошейничек, особенно на твоей шее, – Джаст довольно машет хвостом, подходит к Заку и гладит по густым волосам, ловя на себе смущенно-злой взгляд цвета чистого янтаря.
– Ну-ну, не нужно так злиться, или ты такой злой, потому что никто не берёт? – черт усмехается, садится рядом с Заком и оглаживает его грудь, пробегая пальцами по прессу вверх и начиная ласкать сосок пальцем. Редстоунер губу закусывает, томно стонет на прикосновение и отдергивается от руки, но потом наоборот льнётся, чувствуя, как внизу живота завязывается сладкий узел. Заквиель чуть поджимает ноги, смотрит на Джаста с ожиданием, а черт неспеша, насмешливо движет рукой вниз, начиная ласкать орган. Когтем второй руки он сдирает маску и целует в искусанные сухие уста, сначала проводя по ним языком, а потом проникая внутрь.
Джаст хватается за бедра, сжимая и стягивая алую упаковочную ленту с тела Зака, оглаживает свежие и старые шрамы подушечками пальцев.
– Я тебе говорил, что ты очень неосторожный. Зак, одно неверное действие – и ты труп, с механизмами не шутят и... – черт не договаривает, его затыкает еще один поцелуй.
– Джаст, не будь занудой, забудь про это и просто наслаждайся, мы уже давно этого не делали. Так почему бы не забыться? – Зак усмехается, чувствует, как ленточка слетает с его тела, руки тянутся к Джасту, хватаясь за воротник футболки и притягивая к себе.
Ноги сами доходят до спальни, а руки стягивают одежду. Зак быстро дышит, сидя на бёдрах черта. Редстоунер вскрикивает от укуса в ключицу и резкого проникновения, сжимает плечи Дровосека; на краешках появляются слезы, боль и удовольствие смешиваются, превращаясь в бурю эмоций. Джаст видит это, целует в макушку, стараясь успокоить. Да, секс без смазки или чего-то подобного явно плохая идея, но сейчас бежать в магазин будет слишком долго, поэтому придётся потерпеть.
– Тише, тише, потерпи немного, пожалуйста, солнышко, – Джаст старается успокоить, ласкает и осторожно обрабатывает пальцем, чтобы было не так больно. Черт медленно вставляет второй палец, начиная делать движения ножницами. Зак хрипло дышит, дрожит, прикусывая губу; боль стала чувствоваться меньше, удовольствие брало верх.
Джаст начинает делать более быстрые и смелые движения. Прокручивает и добавляет пальцы. А редстоунер всхлипывает, прикрывает глаза, стараясь сдержать постыдный стон, но от одного простого поглаживания по переносице расслабляется, позволяя себе громкие звуки. Всё равно Хайди дома нет, а значит, можно не сдерживаться.
Джаст вытаскивает свои пальцы и поглаживает колечко мышц.
С каждым вторым толчком темп становился всё быстрее, механик уже кричал от удовольствия и быстрых движений.
– Д… Джаст! Н... Не так быстро! – выстонал Заквиель, царапая спину демона; внизу живота сладостно тянуло, дыхание было тяжёлым. – Я... Я не могу... Мх...
Появился румянец. Зак дрожит, всхлипывая, чувствует скорую разрядку и хватается сильнее. Джаст делает более резкие и грубые толчки, чувствуя дрожь бёдер и ног, оставляет засосы на плечах, ключице и шее. Черт хватает руки Заквиеля, поднимает их над его головой и, сжимая, толкается ещё глубже.
– Д... Джаст! Стой! – вскрикивает редстоунер, но не хочет, чтобы Дровосек остановился. Внизу чувствует сладкую влажность, и через несколько секунд Зак кончает, расслабляясь от усталости. Джаст заканчивает следом, целует уста и выходит из размякшего тела. Черт гладит механика по голове, целует в макушку и чешет за ухом, словно собаке. Будь Зак в состоянии, то отвесил бы за это пару сильных подзатыльников, но сейчас он слишком расслаблен и занят, чтобы это заметить. Пальцы начинают бесцельно играться с кольцом на ошейнике.
– Спокойной ночи, песик, – Джаст усмехается, ложится рядом, накрывая их пледом, и обнимает за талию, засыпая. А Заквиель остается в сознании, подумывая, что быть чьим-то псом не так уж и плохо. С этой мыслью он проваливается в царство Морфея.