Что такое любовь?

Башня Пролитого Вина встретила его тишиной и промозглым ветром гуляющим по этажам. Он зябко поёжился и прошел вперед – у парапета, свесив ноги вниз сидел Повелитель Ветра. Пэй Мин тяжело вздохнул и быстрым взглядом прошелся по чужому телу, убеждаясь что он в порядке.

‎Цинсюань обернулся и ярко улыбнулся, словно только его и ждал. Дыхание у бога войны перехватило – за долгие годы он повидал много прекрасных женщин, многие из них оказались в его постели, но еще никогда не случалось такого, чтобы он забывал как дышать от одного только взгляда на прелестную деву. Но каждый раз Ши Цинсюань одним своим появлением выбивал почву у него из под ног.

‎Это было неправильно: Ши Уду перережет ему горло за одну только мысль о том, чтобы возжелать его брата. Но всё же, иногда он позволял себе задержать на нём взгляд чуть дольше положенного и неизменно получал такой же взгляд в ответ.

‎— Зачем ты пришел? – Цинсюань отвернулся и устремил взгляд вдаль.

‎Мингуан тяжко вздохнул и присел рядом. Цинсюань подхватил небольшой кувшин и пригубил вино – маленькая рубиновая капля сорвалась с уголка губ и быстрым ручейком потекла вниз по горлу, стремясь попасть за ворот светлых одежд. Генерал заворожённо наблюдал как дергается кадык от быстрых глотков, как натягивается нежная кожа шеи и ему вдруг подумалось, что он очень хотел бы прочертить весь путь винной капли языком.

‎Повелитель Ветра тем временем отложил кувшинчик в сторону и хитрый прищур его глаз подсказал Мингуану, что его поймали с поличным за открытым любованием. Он пару раз моргнул, срывая пелену наваждения и наконец сказал:

‎— Твой брат волнуется, не заставляй его переживать.

‎— Тогда почему здесь ты, а не он? – озорная ухмылка украсила его лицо. – Может это ты волнуешься, мм?

‎

‎Пэй Мин попытался придать своему лицу самое безразличное выражение.

‎— Как ты пришёл к такому умозаключению?

‎— А как иначе объяснить, что ты так и не рассказал брату об этом месте? Всегда приходишь за мной сам, сидишь рядом, но не касаешься. – он протянул руку к мужчине и аккуратно заправил прядь волос за ухо.

‎

‎Генерал вздрогнул – невинное прикосновение вызвало табун мурашек, он моментально окаменел и своим напряжением вызвал только тихий смешок у бога ветра.

‎Ши Цинсюань приблизился и его дыхание опалило щеку мужчины.

‎

‎— Генерал Мингуан о мужской доблести которого слагают легенды, не может выдержать одного маленького прикосновения?

‎— Не провоцируй меня, знаешь ведь какое влияние оказываешь. – он схватил его за плечо и легко сжал, ощутимо, но не настолько чтобы причинить боль.

‎

‎Цинсюань вдруг предстал перед ним в облике хитрого лиса, обвивающего его своим пушистым хвостом и Пэй Мин вдруг понял, что застрял в ловушке. Выбраться, впрочем, из которой он не мог, да и не особо хотел, если честно.

‎

‎— Знаю. – тон голоса снизился, а градус атмосферы все повышался. – И ты знаешь, так почему ничего не делаешь?

‎— Твой брат... – Цинсюань с силой клацнул зубами и оставил едва заметный след от них на шее мужчины, заставив того замолчать.

‎— К черту моего брата.

‎

‎Пэй Мин вдруг понял, что полностью согласен с ним и обхватив руками слишком тонкую для мужчины талию, повалил того на пол прижимаясь горячими губами к его, таким желанным. Он много лет мечтал об этом, но даже самые смелые его представления не могли достичь даже одной десятой доли того удовольствия, что он сейчас испытывал. Он с остервенением сминал податливые губы, кусал и тут же ласково проходился языком по месту укуса.

‎В голове билась только одна мысль: "К чёрту Ши Уду! К чёрту! К чёрту! К чёрту!"

‎

‎Он все объяснит ему, но позже. Не сейчас, когда он наконец сжимал в руках любимое тело, когда ему наконец отвечали взаимностью. Когда он наконец чётко и безоговорочно был уверен, что влюблён.

‎