Человек ночи

Закатное солнце клонится к горизонту, и его лучи почти не достигают земли, путаясь в густых кронах и застревая меж могучими столбами деревьев. В лесной чаще давно наступил полусумрак, а земля остывала, заставляя по ногам бежать мурашки. Птицы притихли, и лишь сверчки переговаривались о чужаке, что топтался на территории, которая вот-вот будет принадлежать Ночи

Хворост ломается под ногами, колючие кусты цепляются за ноги, а ветви сплетаются меж собой, не давая пройти дальше. Акечи ворчит, стараясь не испортить свои пышные рукава, и попутно не навредить природе. Еще с детства он слышал истории, что в ночи живут злые духи, и как только светило перестает наблюдать за этим миром, то они являют себя этому миру 

Уже полностью мрак накрыл своей вуалью лес, создавая ощущение, что ветви давно лишили парня глаз, но внезапно вдали послышались смех и музыка, а к небу взлетали искры-светлячки костра. Горо останавливается, не веря, что сказания были правдой. Сняв с пояса маску, он в спешке натягивает ее, чтобы скорее продолжить свой маршрут, пока не становится совсем светло, а тени на него отбрасывают лишь силуэты, что кружат пред пламенем 

- Новичок! 

- Новый друг! 

Словно поджидая гостя, чудовища подбегают к человеку, хватают за руки, а музыка звучит еще задорнее, и ноги сами уже кружат в плясе. Перед лицом без конца сливаются маски: кошка, человеческий череп, лис, металлические обломки, лягушка, птица. Кажется, что его маска ворона вписывается сюда как нельзя кстати, хотя все равно его нельзя отнести к истинному духу. Как и тех двух, у кого маской выступал череп и металлические обломки - они люди, что отказались от своей жизни, отдав душу Ночи 

Из хоровода с легкостью уводит чья-то рука, направляя в сторону, где красуются бокалы с золотой жидкостью. Посуда выполненна с мастерством, что ни всегда встретишь даже в самых знатных семьях. Рука протягивает один из них, и Акечи наконец обращает внимание на того, кто перед ним стоял: высокий юноша, пушистые и черные, как сама ночь, волосы, а маска скрывала лишь зону глаз. Он сильно отличался от всех остальных, но парень был уверен, что перед ним стоит человек

Горо принимает бокал, звонкий удар стекла о стекло, что звучит громче всей какофонии сзади, и лишь когда золотая жидкость касается губ, то до него доходит, что это мед небывалой сладости, но не приторной, а такой свежей, что усталость и сон смахивает рукой 

- Потанцуем? - брюнет вновь тянет руку, приглашая вернуться к шумихе, а карие глаза бегают от ладони к чужому лицу, словно сознание в последний раз пытается убедить юнца вернуться домой и не связываться с духами

- С радостью, - Акечи хватает чужую руку, и его тут же тянут обратно, а хоровод раступается, чтобы впустить их к себе

Музыка громче, столб пламени тянется все выше, словно желая заменить собой солнце, озарив весь лес. Усталости нет, а костер греет так тепло, что хочется быть ближе. И его новый знакомый, словно читая мысли того, вновь покидает круг, но их руки не размыкает. Брюнет бежит как мотылек на свет, утягивая за собой, и лишь в паре шагов останавливается, заставляя Горо прижимать к себе одежду, дабы огонь не накинулся на него

Партнер смеется над глупостью человека, и вся округа чуть ли не за животы хватается, показывая на гостя их праздника, но впервые ему не обидно от этого

- Неплохо, - выдает брюнет, наконец отдышавшись от смеха, - отдохнем? 

Акечи, чувствуя, как сердце разрывает грудь, лишь кивает, стараясь менее заметно хватать губами воздух. Парень замечает, как под маской серые глаза горят золотом, словно пламя попало в чужие глаза, и теперь кружит там, не смея найти выход

Толпа расступается, позволяя паре покинуть их хоровод, и они уходят в глубь леса, но это не пугает, не настораживает, словно юноша никогда и не слушал историй о том, как доверчивых детей уводят сомнительные личности. Лишь когда появляется легкая тяжесть в ногах, то доходит понимание о том, что они поднимаются на небольшую опушку, и стоит оказаться наверху, как почти весь лес становится виден: бескрайнее черное море, и лишь их костер был аномальной точкой жизни, сверкающий так, словно само солнце спустилось, дабы лесные духи смогли повеселиться

- Нравится? - человек падает на земь, похлопывая с собой, и Горо не отказывает в приглашение 

- Да, - кивает он, усаживаясь на мягкую траву

Легкая усмешка и не успевает возникнуть в воздухе вопрос, как на него дают ответ 

- Расспросы ничего не дадут, а лучше послушай о том, кого мы тут встречали, - ладонь накрывает руку, но ее не хочется отдернуть 

Сладкий голос, как мед, разносится по округе, заставляя выбросить все мысли из головы. В какой-то момент и существа у склона прекращают свои пляски, вслушиваясь в речи, в которых они сами принимали участия. Солнце тонкой линией освещает горизонт, а Горо не желает, чтоб оно просыпалось. Но если этот парень - человек, то достаточно снять маску с него, и тогда их встреча не прирвется. Шатен не замечает, как его рука оказывается на чужом плече, а их пальцы уже переплетаются, заставляя опалять уши и щеки

" Это судьба" - проносится в голове, когда пальцы невольно сжимают чужую руку сильнее, заставляя обратить на себя внимание. Говор прекращается, а рассказчик поворачивает на парня, что уже сидел ровно

Небесное светило поднималось несказанно быстро, потихоньку превращая тьму в зеленые верхушки деревьев, стремясь к их небольшому привалу. Пламя начинает утихать, словно понимая, что час правления заканчивается

- Вернешься завтра? - юноша бережно подносит к губам чужую ладонь, целуя, а улыбка нежности кружит голову, заставляя терять самообладание 

Ухватившись за край маски, рука срывает ее, заставляя по лесу пронестись вскрик и восклики снизу. В этот момент первый лучик касается опушки, где даже травы придавленной не осталось. Никого нет. Ни пламени, ни музыки, ни странных существ снизу, ни его самого, ни его имени... Все, что у Акечи осталось - маска, которая багровела и пульсировала с обратной стороны. Рука безвольно опускается на колени, а сознание отказывается принимать, что тьма лишила его зрения, а мед затуманил сознание, что он смог за такой короткий срок влюбиться в духа ночи.