Человечность.

Прошло уже много времени с тех пор, как Бутхилл стал киборгом. Поначалу ковбой относился к новому телу как к своеобразному подарку судьбы, ведь было чудом, что он жив, но в конце концов всё больше и больше сомневался, рад ли он, что всё так сложилось. Каждая новая миссия напоминала о том, что было потеряно, а когда парень влюбился в тебя..стало ещё хуже. Хуже от того, что Бутхилл не мог дать тебе простого человеческого тепла и сам не мог полностью почувствовать твои прикосновения, ведь его тело было из металла, он даже не мог говорить так, как хочет из-за маяка синестезии, который менял все его ругательства, а чувство того, что он недостаточно хорош добивало, усугубляя моральное состояние твоего возлюбленного.

Однажды вечером, когда вы оба сидели на кухне и ужинали в тишине, Бутхилл резко заговорил:

— Зачем я тебе? – произнёс он, не в силах скрыть горечь в голосе. — Ты могла бы найти кого-то более.. нормального, не меня.

— Что ты такое говоришь? С чего у тебя вообще такие мысли? — спросила ты, подняв голову.

— Ты ведь прекрасно понимаешь, о чём идёт речь. Я киборг, мне никогда не стать человечным, живым.. Ты ведь могла бы быть счастлива с другим, с тем, кто сможет коснуться тебя, согреть, от прикосновений которого не будет холодно и больно. – сказал Бутхилл, его голос в моменте дрогнул, из-за чего он запнулся.

— Забудь об этом. — перебила его ты. — Я хочу быть только с тобой, с тем, кто всегда был рядом, поддерживал меня, с кем у меня связаны все самые тёплые и важные воспоминания. Мне нужен только ты и именно ты для меня идеален. Может быть сейчас ты не поймёшь, почему я так считаю, но, пожалуйста, больше даже не думай о том, чтобы я была с кем-то другим.

Бутхилл слегка усмехнулся, а затем посмотрел в окно.

— Возможно, со временем я действительно смогу научиться принимать себя таким, какой я есть, но сейчас мне тяжело с этим справиться, каждую ночь я просыпаюсь с мыслью о том, что вообще не заслуживаю любви, мне всё чаще начали сниться кошмары о прошлом и последние пару месяцев мне ужасно плохо. Я пытался разобраться в себе самостоятельно, не хотел тревожить тебя, поэтому и молчал, но сейчас всё так бессмысленно, я снова ни к чему не пришёл и снова стал обузой для тебя.

Дослушав парня, ты села чуть ближе и взяла его лицо в ладони, начав легонько поглаживать, от чего тот вздрогнул и отвёл взгляд, сжав челюсти – разволновался.

— Ты никогда не был обузой, глупый. — ты вытерла слезу, катившуюся по его щеке. — И я выбрала тебя из-за того, кто ты, из-за твоей души. Мне не важно, как выглядишь ты и твоё тело, я в любом случае буду любить тебя, это никогда не изменится, а ещё запомни: человечность определяется только моральными качествами и ничем другим. Ты честен, справедлив и чуток, так чем же ты не человек? — спросила ты, поцеловав любимого в щёку.

Возможно, до него не сразу дойдут все сказанные в этот вечер слова, но теперь Бутхилл точно знает — для тебя он человечнее многих людей.