Чейз. Хост 11

окно оставили приоткрытым — тёплый воздух немного шевелил шторы, запах улицы, вечернего города, чуть влажного асфальта. внутри было тихо. те самые десять минут, когда не хочется включать свет, чтобы не спугнуть спокойствие.

чейз сидел рядом, опираясь на локоть, смотрел на него — всё ещё немного растерянного, с растрёпанными волосами, в его старой майке. улыбнулся — не специально, просто не смог иначе. потянулся ближе и аккуратно коснулся губами его щеки.

не поцелуй. просто прикосновение. но оно что-то включило.

— холодно? — шепнул, и тот качнул головой.

он был тёплый, живой. чейз не помнил, когда в последний раз чувствовал себя так просто — на своём месте.

пальцы медленно нашли его ладонь, сплелись. и как будто всё остальное стало ненужным.

поцелуй случился сам. ни с чего — только дыхание рядом и дрожь где-то под кожей. мягкий, немного неуверенный, но такой настоящий, что от него защемило в груди.

второй был уже глубже. третий — медленнее.

чейз погладил его по шее, по плечам, стянул с него майку — спокойно, будто не торопился никуда. глаза не отводил. хотелось видеть всё — как он дышит, как дрожат губы, как греется в его ладонях.

их тела притерлись друг к другу так легко, как будто они давно это делали.

но в первый раз.

— я не буду спешить, — тихо.

он кивнул.

чейз поцеловал его ключицу, потом живот. ладонью провёл по боку. и тогда тот сам прижался ближе, обнял за шею, выдохнул в губы.

всё было мягко. не страстно, а именно — тепло. они двигались будто в унисон. чейз вошёл в него осторожно, с замиранием сердца. задержал дыхание, чтобы не давить.

их пальцы всё ещё были сцеплены.

время растворилось. не было ничего, кроме кожи, дыхания, тихих стонов и этого “будь рядом”, которое висело между каждым движением.

не грубо, не рвано — будто их тела просто нашли друг друга и не хотели отпускать.

он целовал его, пока тот не зажмурился. гладил спину, шептал что-то едва слышно — сам не помнил что. просто чтобы не было тишины, только они.

а потом — тишина всё же пришла.

он остался рядом. не отходил.

всё ещё держал за руку.

и это было важнее всего.