Часть 3

Тонкс сидела на высоком стуле, едва доставая носками ботинок до пола.

— Сэллоу вымотал меня до предела, — пожаловался Ричард, зачесывая набок непослушные волосы. — Мне казалось, он не остановится, пока очередное заклинание не вырвется из меня с последним вздохом!

Все дружно рассмеялись, и Кингсли, сидящий рядом с Тонкс, подхватил:

— Гор столько раз заставила меня повторить «фульгур темпестус», что я забыл все остальные заклинания.

— Не жалуйтесь, — пробубнила Алиса, вращая магией бутылку на столе. — Вы, по крайней мере, практикуетесь и скоро выйдете в поле, а не продолжите изучать дела по отчетам из архивов. 

Она отпила пиво из стеклянной бутылки.

— Мы обязательно потренируемся вместе, — произнес Фрэнк, опуская ладонь на ее колено; на безымянном пальце блеснуло кольцо.

Алиса благодарно улыбнулась мужу и прильнула к его плечу. 

— Если честно, Тонкс, — вступила в беседу Кен, сидящая напротив нее, — я не знаю, хотела бы оказаться на твоем месте или нет. Грюм… это что-то с чем-то. У меня от одного его вида ноги трясутся.

Ричард многозначительно ухмыльнулся.

— Только трясутся? — протянул он. — Я думаю, мне не показалось, что ты слишком долго на него смотришь…

Кен вспыхнула и потянулась через весь стол, чтобы шлепнуть Ричарда по руке. Случайно зацепила пиво Кингсли. Содержимое бутылки выплеснулось.

— Черт, — рыкнула Кен, — прости, Кинг. А ты… — угрожающе протянула она и строго посмотрела на Ричарда.

Он подпрыгнул и зашипел — очевидно, Кен наслала на него жалящее. Тонкс широко улыбнулась, наблюдая за ними. Когда суета улеглась — Ричард убрал пролитое пиво, а Кингсли заказал новую порцию, — Кен выжидающе посмотрела на Тонкс. Та пожала плечами.

— Не стану врать, у меня тоже трясутся — и только трясутся — ноги от вида Грюма, — весело заверила Тонкс. — Не от страха, а от огромного уважения. Каждый урок, каждая тренировка с ним — это возможность расти и совершенствоваться. Уверена, с ним я могу добиться многого. Каждый грамм пота того сто́ит.

Она сама удивилась тому, как твердо и искренне прозвучали ее слова. Тонкс прекрасно понимала: путь тернист, но результат превзойдет ее ожидания. Ощущение удовлетворения и гордости за собственные старания переполняло ее после каждой тренировки и заставляло сиять словно звезду. Грюм был тем, кто помогал ей раскрываться все сильнее и учил верить в себя. Тонкс знала, что никто другой так бы не смог. Он был лучшим, и она хотела, даже обязана была ему соответствовать.

Беседа текла своим чередом, темы бесконечно менялись — от обсуждения тренировок до работы над будущим тестом, от шуток про несуществующую подружку Ричарда до воспоминаний о недавней свадьбе Алисы и Фрэнка. 

В разгар вечера в баре появились и старшие мракоборцы. Их служебная форма практически не отличалась от формы стажеров, но даже разворот плеч и сосредоточенность лиц создавали вокруг них ауру непоколебимости. 

— Смотрите, — шепнула Кен, — там Грюм!

Все повернули головы, и Тонкс почувствовала, как сердце пропустило удар. Аластор правда был с мракоборцами. Это, наверное, был первый случай, когда Тонкс увидела его вне стен академии или аврората. 

— Он выглядит так, будто готов надрать задницу любому, кто к нему обратится, — весело произнес Ричард.

— Эй! Подбирай выражения. В конце концов, это мой наставник… и я прямо сейчас могу ему передать, что ты желаешь с ним потренироваться. 

Ричард притворился, будто закрывает рот на замок, и Тонкс усмехнулась.

Разговоры друзей сделали свое дело: она взглянула на Аластора под другим углом — не как на наставника, а как на мужчину. Мужчину, которого нельзя было назвать привлекательным — с какой стороны ни посмотри. Тем не менее его внешность не казалась отталкивающей.  

Тонкс было непривычно размышлять о Грюме в таком ключе, но слова Ричарда никак не выходили из головы. Кен действительно нравился Аластор? Но ведь она знала его даже меньше, чем сама Тонкс.  

Старшие мракоборцы заняли стол в противоположном конце зала, но это не мешало взгляду Тонкс вновь и вновь соскальзывать туда. Безошибочно к тому месту, где сидел Аластор. Она разглядывала его, будто впервые увидела, и, кажется, чем дольше она смотрела, тем больше видела.

Наверное, раньше она не замечала его суровой привлекательности за шрамами и механическим глазом, но вот сейчас… сейчас она разглядела. Будь неладна эта Кен.

Когда Тонкс в очередной раз посмотрела на Грюма, его взгляд уже был обращен на нее. 

Их глаза встретились, и глухое напряжение заглушило все звуки. Аластор поднял бутылку невысоко над столом и слегка наклонил в сторону Тонкс. Сердце забилось чаще, когда она поняла, что отвечает тем же. 

______________

Сигнал о происшествии с участием Пожирателей на окраине города поступил в районе полуночи. Грюм и Тонкс, дежурившие в этот день, тут же приняли вызов. Грюм — с привычной собранностью, Тонкс — тщательно скрывая волнение от первой вылазки в поле. Они трансгрессировали в переулок, который находился на приличном расстоянии от того места, где, как сообщалось, видели Пожирателей.

Тонкс, безукоризненно вымуштрованная за последние четыре месяца, послушно следовала за Аластором. Его привычная аура силы и уверенности частично распространялась и на нее.

Улица была укрыта одеялом тумана такого плотного, что сразу угадывалось его магическое происхождение. Словно тяжелый плащ он преломлял и смягчал окружающие контуры, делая улицу похожей на старую гравюру. Размытые границы света фонарей, едва заметные, призрачные силуэты зданий, звуки, приглушенные белоснежной завесой, мягкие и далекие, создавали ощущение, что время здесь застыло.

— Нимфадора, сосредоточься, — произнес Грюм тихим голосом, вырывая Тонкс из раздумий. — Сейчас мы на поле боя. Нужно сохранять бдительность.

Тонкс кивнула, отворачиваясь от едва проступающей вывески на одном из зданий и на мгновение встречая его взгляд. Механический глаз сверкнул, словно напоминание о том, сколько всего Грюм уже пережил. Тонкс почувствовала прилив адреналина, острее осознавая, что эта ночь — реальная проверка ее навыков.

— Что, если там действительно Пожиратели? — спросила она.

— Тогда мы выполним свою работу, — ответил Грюм уверенно. — Помни, ты не одна. Сегодня мы команда.

Тонкс сглотнула, подумав, часто ли слышал подобное сам Аластор? Казалось, она знает ответ на этот вопрос.

Грюм уверенно передвигался узкими улочками, в которых стены были или изуродованы граффити, или топорщились от кучи объявлений, наклеенных одно на другое. Тонкс тщательно контролировала движения, стараясь не споткнуться или не пнуть случайно металлическую крышку мусорного бака. Выходило сносно. Вообще-то, по части слияния с окружающими в последние месяцы она преуспела: русый, невзрачный цвет волос уже стал привычным, форма ощущалась второй кожей, а неуклюжесть вытеснялась многочисленными тренировками с Грюмом.

Разбитый фасад особняка виднелся даже сквозь густой туман, окутывающий округу. Высокие стены, некогда белые и величественные, теперь поросли мхом и лишайниками. Они напоминали старые раны, затянувшиеся корочками. Большие резные двери, украшенные причудливыми узорами, выглядели безжизненно. Когда Аластор толкнул их, раздался звук, похожий на жалобный стон, будто сам дом протестовал против вторжения.

— Как вы думаете, что там? — спросила она, стараясь не выдать волнения.

— Ничего хорошего, — лаконично ответил он; его механический глаз медленно сканировал окружающий их плотный мрак. — Будь осторожна, Нимфадора.

Она торопливо кивнула. Запах сырости и плесени обступал, темнота — давила, но Тонкс не позволяла страху овладеть собой. Она взглянула на Аластора — тот в своей привычной угрюмости выглядел непоколебимо. 

По мере продвижения вглубь особняка они начали замечать следы предположительно темных заклинаний. Щепки, кирпичная крошка на полу, трещины на противоположных стенах показывали, что здесь совершенно точно произошло сражение. 

Раздался шорох. Оба замерли. Аластор вскинул палочку, готовый к бою. Тонкс вжалась в стену, спрятавшись в тенях. Ее дыхание стало тихим, словно она пыталась слиться с обстановкой.

Из темноты вынырнула фигура. Маг в капюшоне, полностью скрывающем его лицо. И, очевидно, он был не в себе. Что-то бормотал, а в его руках бледно-голубым светился артефакт, от которого за версту разило темной магией.