𑁍ࠬܓ ТЫ ПРОИГНОРИРОВАЛА ЕГО «Я ТЕБЯ ЛЮБЛЮ» Часть 2

ПРЕДЫСТОРИЯ . . . Ты решила подразнить своего возлюбленного и перед уходом не сказала обычное «я тебя люблю», чтобы посмотреть, как он отреагирует и что сделает, когда заметит внезапную перемену.

ꫂ᭪݁ : ПЕРСОНАЖИ . . . Варка, Дотторе, Панталоне, Нёвиллет, Флинс, Венти, Лини, Лоэн

⚠︎ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ . . . › sfw!!, устоявшиеся отношения, флафф, поддразнивание, объятия, поцелуи, недопонимание, краткое беспокойство, игривые перепалки

── ( 𝐟. ) Флинс заметил бы отсутствие слов довольно быстро, но его реакция была бы гораздо тише и сдержаннее, чем у тех, кто сразу окликает или устраивает драму.

Ты попрощалась бы как обычно, уже повернувшись к двери собирая вещи, а он на мгновение застыл бы после твоих слов. Взгляд следовал бы за тобой с лёгким недоумением. В прощании чего-то не хватало, и он тихо прокрутил бы его в голове, прежде чем наконец посмотреть на тебя.

— Сегодня ты этого не говоришь?

Ты остановилась бы, обернулась с невинным лицом и спросила, что он имеет в виду. Он долго смотрел почти нечитаемым взглядом. Сначала он действительно казался неуверенным — забыла ты или просто передумала, — но едва заметное веселье на твоём лице в конце концов тебя выдало.

Глаза чуть сузились, и появилась маленькая понимающая улыбка.

— Вот как.

Он сразу понял, что ты нарочно не говоришь эти слова, просто чтобы посмотреть на его реакцию. Вместо того чтобы броситься следом, он ещё мгновение оставался на месте, небрежно прислонившись к ближайшей стене или мебели, и наблюдал, как ты готовишься уйти.

— Ты точно знаешь, что делаешь.

Голос оставался спокойным, но теперь в нём появилась лёгкая насмешливая нотка. Ты, скорее всего, продолжала делать вид, что не понимаешь, а он просто покачал головой с тихим вздохом — почти забавляясь тем, насколько ты упорно держишься.

Он позволил бы тебе сделать ещё несколько шагов к двери, наблюдая с терпеливым вниманием, прежде чем наконец оттолкнуться от стены и неспешно последовать за тобой.

К тому моменту, когда ты дошла до дверного проёма, он мягко поймал твою руку, остановив без силы.

— Подожди.

Пальцы удобно сомкнулись вокруг твоих, и он посмотрел на тебя с той же сдержанной маленькой улыбкой. Ему уже даже не нужно было говорить, чего он хочет — тишина между вами делала всё очевидным.

Он держал твою руку мгновение, большой палец один раз провёл по костяшкам, пока ждал, когда ты наконец сломаешь образ. Чем дольше ты пыталась сохранять невинное выражение, тем больше он забавлялся, хотя и не дразнил чрезмерно.

В конце концов ты рассмеялась и призналась, что просто шутишь над ним. Флинс тихо выдохнул — звук почти облегчения, смешанного с весельем.

— Я так и думал.

Он посмотрел на ваши сплетённые руки, потом снова в глаза.

— Тебе, похоже, очень нравится усложнять мне жизнь.

И даже тогда он не стал давить, чтобы ты сказала слова. Просто стоял, всё ещё держа твою руку, пока ты наконец не сказала, что любишь его. Уголки губ приподнялись в маленькой, настоящей улыбке.

— Вот оно.

Хватка на мгновение усилилась, прежде чем он отпустил, возможно, ещё раз ласково сжав пальцы. Он отошёл в сторону, пропуская, но на его лице оставалась тихая теплота, которая ясно показывала: несмотря ни на что, весь этот обмен ему понравился.

Уже перед самым выходом он добавил последнее сдержанное замечание — в тоне едва слышный игривый упрёк:

— Не привыкай оставлять дела незаконченными.

Потом проводил взглядом и вернулся к тому, чем занимался, с прежним спокойным видом… только маленькая улыбка, скорее всего, ещё какое-то время оставалась на лице.

── ( 𝐯. ) Венти заметил бы сразу и превратил всё в преувеличенную трагедию — потому что ни за что не упустил бы такую очевидную возможность для театральности.

Ты попрощалась бы как обычно, уже наполовину в дверном проёме, но без привычного «я тебя люблю сильнее», и он внезапно полностью застыл бы у тебя за спиной. Глаза расширились, будто ты только что сообщила самую разрушительную новость на свете, а одна рука медленно поднялась к груди.

— О? И это всё?

Он смотрел тебе вслед с преувеличенным недоверием, выглядя по-настоящему раненым ровно столько, чтобы ты успела задуматься, не попался ли он на самом деле.

— Моя возлюбленная бросила меня, даже не сказав эти три маленьких слова?

Ты, скорее всего, обернулась со смехом, настаивая, что ничего такого не сделала, а Венти тут же последовал за тобой с всё более драматичным потоком жалоб.

— Как жестоко! Как ты могла так поступить с бедным маленьким мной?

Он шёл следом, будто его лично предали, театрально вздыхая и качая головой, заявляя, что его явно забыли после стольких лет.

Чем сильнее ты пыталась сдержать смех, тем нелепее он становился — возможно, хватался за грудь и объявлял, что никогда не оправится от такого разбитого сердца.

Когда ты снова попыталась выскользнуть в дверь, он поймал твою руку и игриво развернул обратно к себе, ухмыляясь в тот момент, когда ты наткнулась на него.

— А-а, не так быстро.

Он ещё мгновение держал твою руку, глядя с озорным блеском в глазах.

— Ты не можешь просто оставить меня с незаконченным прощанием. Это ужасно несправедливо!

Когда ты наконец призналась, что дразнишь его, всё раненое выражение Венти исчезло, будто кто-то щёлкнул выключателем, сменившись восхищённой ухмылкой.

— А, так вот оно что!

Он рассмеялся, качая головой, будто только что разгадал трюк, который ты разыгрывала с самого начала.

Вместо обиды он казался почти впечатлённым тем, что тебе удалось застать его врасплох, хотя тут же решил, что ты теперь должна компенсировать ему все «эмоциональные страдания», которые он якобы перенёс.

— Тогда, боюсь, тебе придётся меня утешить.

Он наклонился ближе с игривой улыбкой, глядя снизу вверх с ожиданием. Ты, скорее всего, рассмеялась и сказала, что он несёт чушь, а он настаивал, что его страдания были очень настоящими и очень трагичными.

— Ты хоть представляешь, как трудно пережить такое разбитое сердце?

Он театрально вздохнул, прежде чем снова рассмеяться. В конце концов ты сдалась и сказала, что любишь его, и удовлетворение на его лице появилось мгновенно.

— Вот оно! Мои три любимых слова от моего любимого человека!

Он просиял, будто одержал грандиозную победу, сжал твою руку и притянул в быстрые тёплые объятия.

— Гораздо лучше. Теперь я могу отпустить тебя, не проводя следующий час за сочинением грустной баллады о твоём предательстве.

Он, скорее всего, театрально смахнул воображаемую слезу, прежде чем наконец отпустить.

── ( 𝒍. ) Лини заметил бы мгновенно и ни за что не позволил бы тебе уйти, нарочно пропустив ту часть обычного прощания, которая нравилась ему больше всего. Ты попрощалась и начала уходить, не ответив на его привычное признание, а он драматично застыл у тебя за спиной, будто только что стал свидетелем ужасного предательства.

— О?

Он положил руку на сердце, глядя тебе вслед с преувеличенным недоверием.

— Это правда всё, что ты хотела сказать, прежде чем меня оставить?

Ты, скорее всего, обернулась с невинным лицом и спросила, что он имеет в виду, а он последовал за тобой с тем самым драматично раненым видом. Голос становился всё более театральным, пока он настаивал, что явно чего-то не хватает.

— Должно быть, я неправильно понял. Я мог бы поклясться, что обычно ты говоришь кое-что очень важное именно сейчас.

Он бросил на тебя подозрительный взгляд — уже прекрасно зная, что ты его дразнишь, — но всё равно подыгрывал.

Он мог даже театрально вздохнуть и покачать головой, будто пытаясь принять свою трагическую судьбу.

— Возможно, я просто стал забываемым. Как прискорбно.

Чем сильнее ты пыталась спрятать смех, тем преувеличеннее он становился, следуя за тобой к двери и продолжая свои нелепые жалобы.

В конце концов он аккуратно встал перед дверью, не давая уйти, с той самой игривой улыбкой, которая ясно показывала: ему слишком весело.

— Неужели ты бросишь бедного парня без настоящего прощания?

Он склонил голову, глядя с ожиданием, и когда ты продолжала отказываться, театрально вздохнул.

— Хорошо. Тогда я просто подожду.

Он скрестил руки и стоял с удивительным терпением, совершенно готовый превратить твою маленькую шутку в целое соревнование — кто дольше продержится.

В тот момент, когда ты наконец рассмеялась и призналась, что просто дразнишь, раненое выражение Лини мгновенно исчезло, сменившись яркой довольной ухмылкой. Он ласково покачал головой, глядя так, будто поймал тебя с поличным.

— Тебе правда нравится меня мучить, да?

Он шагнул ближе, но вместо того чтобы сразу требовать недостающие слова, просто смотрел с развлекающимся, выжидающим выражением, давая тебе все возможности сказать их самой.

В конце концов ты сдалась и сказала, что любишь его, и всё его лицо сразу просияло. Игривый триумф в улыбке ясно показывал, как сильно он ждал этой маленькой части вашего ритуала.

— Видишь, не так уж и сложно было, правда?

На этот раз он сказал это мягко, без театральности, прежде чем наклониться и коротко поцеловать в лоб. Потом отошёл в сторону с преувеличенным маленьким поклоном, жестом указывая на дверь, будто давая разрешение уйти.

— Теперь можешь идти. Полагаю, я разрешаю.

Он, скорее всего, придержал дверь с ухмылкой, только чтобы добавить последнее дразнящее замечание, когда ты проходила мимо:

— Хотя в следующий раз, дорогая, постарайся не забывать самую важную часть.

── ( 𝒍. ) Лоэн заметил бы отсутствие слов почти сразу, но в отличие от тех, кто просто дразнит, сначала он явно растерялся бы.

Ты попрощалась бы как обычно, возможно, улыбаясь, пока собирала вещи и поворачивалась к двери, а он секунду стоял, будто его мозг столкнулся с совершенно неожиданной ошибкой в уже заученном ритуале.

Брови сдвинулись, голова чуть наклонилась, пока он смотрел, как ты тянешься к ручке.

— Подожди, ты кое-что забыла.

Ты невинно обернулась и спросила «что?», а он ещё секунду смотрел, прежде чем выражение медленно изменилось — до него наконец дошло.

— Ты это нарочно, да?

Он коротко рассмеялся, качая головой и указывая на тебя с недоверчивой улыбкой.

— Нет, потому что ты точно знаешь, о чём я. Мы буквально каждый раз делаем это одинаково. Ты говоришь, что уходишь, я говорю «я тебя люблю», ты говоришь «я тебя люблю больше» — и потом уходишь.

Он начал тараторить:

— Это ритуал. Так это работает.

Он, скорее всего, замолчал, глянул на дверь, потом снова на тебя — будто искренне пытался понять, почему ты вдруг решила нарушить что-то такое устоявшееся.

— Так почему ты сейчас меняешь правила? Потому что если появилось новое правило, по которому тебе можно просто уйти, не ответив, мне кажется, кто-то должен был меня предупредить.

К этому моменту ты, скорее всего, уже изо всех сил старалась не смеяться — что только усиливало его подозрения.

— О, ты смеёшься. Ладно, значит, ты правда нарочно.

Он последовал за тобой, когда ты снова повернулась к двери, продолжая говорить почти только потому, что не мог оставить ситуацию незавершённой.

В конце концов он поймал твою руку, прежде чем ты успела уйти. Пальцы сомкнулись вокруг твоих, и он бросил слегка раздражённый взгляд. Как только понял, что ты просто дразнишь, Лоэн заметно расслабился, выдохнув так, будто до этого задерживал дыхание.

В тот момент, когда ты наконец рассмеялась и сказала, что любишь его, выражение сразу смягчилось в облегчённую улыбку.

— Видишь? Разве это было так сложно?

Он слегка сжал твою руку, прежде чем притянуть в быстрые объятия — хотя, скорее всего, продолжал говорить даже во время этого.

— Ладно, иди. Пока не решила снова меня так «травмировать».

Он открыл дверь, всё ещё ухмыляясь, только чтобы крикнуть вслед, когда ты уже пошла:

— И я тебя люблю, кстати. Это всё ещё часть ритуала!

author: xcellynn

source: tumblr