Часть 2. Разговор с Распределяющей шляпой

Шляпа была огромной, потертой, темно-коричневой, как мокрая земля, и — самое поразительное! — живой. Ее подвижные складки образовывали немного жуткое лицо, и из широкого как у Хэллоуинской тыквы рта звучал скрипучий бесполый голос. Шляпа покачивалась, моргала, она даже запела, жаль Готье, перенервничав, не разобрал слов.

Двадцатью минутами ранее Гедеон успел отвести его в сторону и сказать пару напутственных фраз, прежде чем младший с толпой других первогодок поднялся по витиеватой лестнице.

— А если я не попаду в Гриффиндор? — робким голосом спросил тогда Готье, переминаясь с ноги на ногу.

Этот вопрос беспокоил его уже давно, но прежде беспокоить им других он не решался. Ни отца, ни брата.

— Наша мама училась в Когтевране, — ответил Гедеон, положив руки на хрупкие мальчишеские плечи, — Это тоже достойный факультет, так что будет совсем неплохо, если ты пойдешь по ее стопам.

— А если…

То, как Гедеон закрывал глаза на существование еще двух факультетов, сильно пугало. Готье говорили, что в Хаффлпафф попадают простофили, которые ничего особенно из себя не представляют, а в Слизерине вообще учатся самые подлые и бесчестные маги.

Темнейший лорд, тот самый, кто начал войну против полукровок и магглов и убил королевскую семью Бёрко, учился в Слизерине…

— Готье, — Гедеон прищурился, — Послушай меня внимательно. Распределяющая шляпа не просто смотрит на наши природные качества. Она также учитывает наши пожелания… Я, например, мог бы учиться в Когтевране, но мое сердце лежало к Гриффиндору, и вот я здесь.

Старший Хитклиф указал на эмблему с золотым львом на своей мантии.

Готье похлопал ресницами:

— Значит, мне нужно просто сказать, что я хочу в Гриффиндор? И я попаду туда?

— Если твое сердце правда лежит к этому факультету, то да. Ты Хитклиф, Готье. Даже не беспокойся о том, чтобы попасть в компанию каких-то… мутных ребят.

Под «мутными ребятами» (Гедеон явно хотел применить другой эпитет, но сдержался), наверное, подразумевались Скэриэл и Джером — те мальчики из детского дома. Готье было обидно за своих новых знакомых (они же не виноваты, что у них нет семьи), но спорить с старшим братом сейчас не стоило.

Готье кивнул, и Гедеон отпустил его.

— Ну, удачи…

Сейчас Гедеон сидел за столом Гриффиндора, в компании других старост, и с холодным интересом наблюдал, как Киоган Комини надевает шляпу на голову очередного ребенка. Жуткая шляпа задергалась, словно пыталась найти более удобное положение, а потом гаркнула:

— Хаффлпафф!

И незнакомый Готье мальчик направился к столу, где сидели волшебники и волшебницы в желтых галстуках

На голове Оливии Брум шляпа просидела добрых пять минут, неслышно шевеля губами-складками. Ви, девочка с мудреными золотыми косичками, которая казалась Готье ну очень-очень красивой (только это был секрет), шепотом отвечала. Наконец острый кончик шляпы вытянулся, и она вынесла вердикт: «Когтевран!».

Готье был уверен, что близнец отправится следом, но, стоило Оливеру Бруму надеть шляпу, и его отправили в Гриффиндор.

Джером Батлер сел на табурет с нечитаемым выражением лица. Шляпа немного поерзала на нем и как-то обиженно отправила в Слизерин.

Дарсериана Котийяра объявили гриффиндорцем, причем шляпа сделала это даже раньше, чем успела коснуться его сияющих и гладко зачесанных волос, словно боялась осквернить эту безупречную прическу. Следом в Гриффиндор отправились Лилит Лестьенн и Гэтерсби Флинн (троица, очевидно, была рада такому исходу).

Леон Кагер также попал в Гриффиндор, а вот противный Кливленд Маккинзи угодил в Слизерин (Готье вообще не удивился).

Бесфамильный Скэриэл очень долго беседовал со шляпой, и та недовольно качалась на его голове как кукла-неваляшка, прежде чем громко и с ноткой отчаяния в голосе сослать мальчика в Слизерин.

Оказавшись за одним столом с Джеромом, Скэриэл дал ему пять.

Полноватая девочка Ренесити Родари попала в Когтевран. Затем профессор Комини назвал имя Готье.

От неожиданности у Готье подкосились ноги.

— Готье Хитклиф! — повторил декан Гриффиндора.

Мальчик быстро оглянулся на брата. Гедеон нахмурился и кивнул. Не чувствуя в себе ни капли уверенности, Готье кое-как доплелся до табурета и сел.

Жуткая шляпа опустилась на его голову, закрыв половину лица. Теперь Готье видел разве что собственные ботинки.

«Готье Хитклиф…» — прошептал старческий голос, от которого по спине пробежали мурашки, — «Какая кровь… Не думала, что увижу тебя здесь…»

Что это значит? Готье растерянно покрутил головой, но толку в этом не было.

«Давай посмотрим, чего хочет твоя душа…» — шепотом продолжала шляпа, — «Я вижу столько грусти и одиночества… Бедняжка. Тебе хочется тепла…»

Готье не очень понравилось, что одежда проявляет к нему жалость. А еще он вспомнил рекомендацию Гедеона и торопливо прошептал:

— В Гриффиндор. Пожалуйста… мэм.

Или следовало сказать «сэр»? У шляпы вообще есть пол?..

«Гриффиндор?» — удивленно переспросила шляпа, — «Разве ты хочешь в Гриффиндор, мальчик?»

«Хочу. Там учится мой старший брат», — шепнул Готье.

Конечно, немного страшно будет учиться там, где твой требовательный и строгий старший брат является старостой. Готье уже видел, как Гедеон упрекает его за неизбежные в его случае промахи и то и дело вмешивается в его личную жизнь со своими советами…

Мерлин, да Гедеон же будет контролировать каждый его шаг! Будет указывать с кем дружить, кого избегать, когда ложиться спать, когда делать домашнее задание…

«Ты ведь на самом деле не хочешь туда, не так ли?» — участливо спросила шляпа, — «Ты можешь обмануть других, но не меня, мальчик. И не самого себя».

— Я не обманываю! — испуганно пролепетал Готье, — Почти все мои предки учились в Гриффиндоре. Там мое место.

«Кажется, ты совсем не знаешь свою родословную».

Что значит «не знаешь»?! Отец раз сто объяснял Готье их семейное древо, вплоть до представителей из шестнадцатого века!..

«Я хочу…»

Готье снова вспомнились те мальчики из поезда, от которых его брезгливо оттащил старший брат. Вот кому повезло — никакого давления, никаких правил и ожиданий. Хотелось бы и Готье быть таким же свободным и расслабленным…

Так. Стоп…

«О, хочешь подружиться с ребятами из Слизерина?» — оживилась шляпа, — «Отличный выбор, в тебе есть все задатки для этого факультета…»

— Нет… — прошептал Готье, испуганно вытаращив глаза, — Нет-нет, вы неправильно поняли…

«Я вижу упрямство и стремление к независимости. В тебе дремлют амбиции и жесткость…» — зашелестела шляпа, — «А еще презрение к несправедливым устоям, гордость… Да, ты просто идеален для этого факультета, мальчик!»

— Стойте… Н-нет…

Шляпа дернулась, а потом, игнорируя бормотание мальчика, крикнула на весь зал:

— СЛИЗЕРИН!

Чужие руки стянули с него шляпу. Стол Слизеринцев зааплодировал.

Готье перевел взгляд на Гедеона. Брат выглядел таким ошарашенным, словно его окатили ведром ледяной воды.

«Ну все, мне конец…» — мысленно заключил младший.