Часть 10

TW: упоминание насилия, упоминание попытки сексуального насилия, упоминание наркотиков.

Куроо проснулся от тёплого ощущения рядом — что-то было обёрнуто вокруг его лица. Кенма. Как и в первый день. Ну...технически это было всего четыре-пять дней назад.

Он осторожно высвободился из его хватки и сел. Кенма лежал с приоткрытым ртом, волосы раскинулись по подушке. Милый.

— Доброе утро, — усмехнулся Куроо, когда блондин через пару минут открыл глаза.

— Иди нахуй, — пробормотал тот, переворачиваясь на другой бок и снова зарываясь в одеяло. — Видеть твою рожу первым делом с утра — отвратительно.

— Спасибо, — Куроо потянулся, поглядывая на гремлина рядом. — Я тут видел рядом кондитерскую… она хорошая?

Ответа не последовало.

— Я схожу куплю что-нибудь…

— Возьми мои деньги. И ключ, — пробормотал Кенма, но Куроо удалось расслышать лишь половину.

Было ещё не так поздно, так что он всё-таки смог найти свежие, манящие круассаны. Полцены — горячая выпечка всегда решает, даже с фингалом под глазом.

Когда он вернулся, Кенма лежал ровно в той же позе, в какой он его оставил.

— Кенма?

— Заткнись нахуй.

— Ладно, извини.

Кенма вынырнул из одеяла и несколько секунд смотрел в пустоту.

— Тебе в ванную? — спросил он, пытаясь хоть как-то привести волосы в порядок. Куроо с трудом сдержал смех.

— Нет. Ты иди.

— Убери эту ухмылку с лица, или я тебя пристрелю, — буркнул он, поднимаясь.

— Но вчера ты говорил…

— Заткнись.

Куроо встал и взял свою сумку. Мисс Накамура принесла её ему — с кое-какими вещами.

Он проверил, всё ли на месте: удостоверение, документы… водительские права им понадобятся?

Через пару минут Кенма вышел из ванной — волосы собраны в небрежный полупучок.

— Пошли, выдвигаемся.

— Уже не ворчишь?

— Мне нужен кофе. Потом поговорим.

Он направился на кухню.

Покупки Куроо уже лежали там.

— Не обязательно было, — пробормотал Кенма, включая кофемашину.

— Мне захотелось, — ответил Куроо, улыбаясь.

— Сколько за всё? Я добавлю к сегодняшней…

— Стоп. Пожалуйста. Я не настолько растерянный и отчаявшийся, Кенма. Я не попрошайничаю и не жажду денег, — Куроо сложил руки, будто в молитве.

— Но… — попытался возразить Кенма.

— Нет, — Куроо приложил палец к его губам.

— Делай что хочешь… — буркнул Кенма, слегка раздражённый. — Кофе будешь?

— Чашку, спасибо.

Кенма подал ему кружку, добавив в свою капельку молока.

— Твоя дорогая подружка уничтожила и сожрала Сугавару, да? — усмехнулся он, размешивая кофе.

— Я знаю, что то, что он делает, не просто так, но… почему он настолько упёртый?

— Не знаю. Он вообще человек своеобразный, — Кенма резко оборвал тему, откусив кусок круассана с фисташковым кремом.

— Правда, что он встречается с полицейским? — осторожно спросил Куроо, приподняв бровь.

— Не знаю, — уши Кенмы покраснели, и он избегал зрительного контакта.

— Знаешь, — усмехнулся Куроо, стряхивая крошку с его щеки. — Это был риторический вопрос: я и так в курсе.

— Это любимое место его парня, — тихо сказал Кенма, глядя вниз. — Поэтому он так упирается. И это пиздец как плохо.

— Почему?

— Потому что полицейский встречается с главой одной из самых влиятельных банд в городе. Сугавара и я ладим, слава богу, иначе у меня не было бы ни единого шанса, — он потёр лоб. — Я говорил ему забить, но он не слушает. А это большой риск.

— Ну… он же такой влиятельный. Может что-нибудь провернуть и выйти сухим из воды, да?

— Под угрозой не Сугавара. А… Дайчи, кажется. Он уязвим.

Имя было знакомым. Куроо слышал его от Аяки.

— В каком смысле?

Кенма бросил на него острый взгляд.

— Эй, эскорты — как психологи: всё, что ты мне скажешь, останется между нами, — Куроо подмигнул, играя прядью его волос.

— У нас есть договорённости с полицией. Но если он влезет слишком глубоко… — Кенма вздохнул. — Я видел этого парня: Мистер Справедливость и Гражданский Долг.

Он сделал паузу, снова пригубив кофе, хотя кружка уже была совсем пустой. Куроо следил за рукой Кенмы на кружке, за мягким движением к губам.

— А если кто-то тронет его драгоценного, Сугавара сорвётся и разнесёт к чертям всё вокруг. Поломает всё, — закончил Кенма.

— То есть ты на тонком льду?

— И лёд тает.

Кенма уставился на шкафчики, по-прежнему избегая взгляда Куроо.

— Сложно, да? — выдохнул тот. — Работа не из лёгких. Как и твоя, полагаю.

— Не то, о чём ты подумал при нашей первой встрече, — поддразнил его Куроо, прищурившись.

— Это… было недоразумение, — его щёки вспыхнули.

— Ты же знаешь, что с самого начала я ничего к тебе не испытывал. И всё равно чувствуешь такую вину, за то, что делаешь всё это. Кенма Козуме, ты не такой человек. Так почему ты это делаешь? — он не сводил с него пристального взгляда.

— Уже поздно, пойдём, — Кенма резко встал, забрал тарелки и кружки и оставил их в раковине — для некой неизвестной силы, которая их помоет.

Куроо улыбнулся. И его уклончивому ответу тоже.

Куроо уже был одет, но в данный момент занимал ванную.

— Зачем ты всё это замазываешь? — спросил Кенма, влетая за расчёской.

— Это некрасиво. И мне не нравится. И… может, зря я вообще это замазываю.

— Не переживай. Просто возьми средство для снятия макияжа. Думаю, им не нужно больше доказательств, кроме показаний врача.

Куроо кивнул, серьёзный. В животе всё сжалось.

Он не любил полицейские участки.

— Кенма? — прошептал он в лифте. Они были вдвоём, но ему всё равно было страшно. — Ты… ты же останешься, да? Я просто…

— Ты боишься? — спросил он, пока они шли к машине.

— Нет. Но… меня уже ловили однажды. Меня снова накачали, а мне не поверили. Я не хочу… проходить через это снова, ладно? Это было ужасно. И моя судимость уже испорчена из-за их некомпетентности.

Кенма кивнул, глядя на него серьёзно.

— Этого больше не повторится.

Они сели в машину. Тишина.

Никто не решался говорить.

К счастью, ехать было недолго — впереди показался участок.

Куроо сглотнул, всё ещё пристёгнутый. Его «разбудил» Кенма, открывавший дверь.

— Пошли, Куроо.

— Ладно.

Он последовал за ним.

Воспоминания возвращались в голову снова и снова.

— А если они мне не поверят? — едва слышный шёпот у порога.

— Я их пристрелю, — ответил Кенма, схватив его за запястье и потащив внутрь. — Поверь мне. Я это сделаю.

Говорил, по сути, один Кенма — за них обоих.

Он широко распахнул глаза, когда увидел знакомое лицо.

— Я прямо чувствую тут прикосновение Суги, — пробормотал Кенма, поднимаясь, чтобы пожать ему руку.

Он ненавидел физический контакт, но для некоторых рук делал исключения.

— Я только что услышал о деле и решил взять его, — затем он повернулся к третьему, улыбаясь, и протянул руку. — Доброе утро. Я буду вести это дело. Меня зовут Дайчи Савамура. Пройдемте за мной, господа.

Они пошли. Куроо крепко пожал ему руку.

Дайчи привёл их в комнату — стол, компьютер и три стула.

— Если не возражаешь, Дайчи, я останусь, — сказал Кенма, садясь.

— Конечно, без проблем. Итак, Куроо-сан… могу я увидеть ваше удостоверение?

— Да, конечно, — он передал его дрожащими руками.

Кенма следил за ним: за сглатываниями, за ногами, которые никак не могли перестать двигаться.

— Спасибо… — Дайчи бегло проверил документы. Чистая бюрократия.

— Я задам вам несколько вопросов, и мы быстро закончим. — Он вдруг замолчал. И у Куроо перехватило дыхание. — Можете рассказать, что произошло?

— Я… возвращался домой. И… эм… несколько кварталов чувствовал что-то не так. Будто за мной кто-то идёт, но я не придал этому значения. —

Подбирать слова было тяжело.

— Есть короткий путь к моему дому. Но он проходит через тёмный коридор… Я не заметил там никаких подозрительных фигур.

Он опустил взгляд, прикусив внутреннюю сторону губы.

Он чувствовал себя таким глупым.

— Двое держали меня, а один начал бить, — продолжил он.

— Вы знали их? — перебил его Дайчи, печатая.

— Только… того, кто бил. Думаю, он злился из-за того, что я встречался с его бывшей. — Он почувствовал мягкую руку на бедре. Это остановило дрожь. — Был ещё четвёртый — он стоял в темноте. Когда они меня избили и я почти не мог двигаться, он подошёл и… эм… заставил меня проглотить таблетку экстази. И тогда вмешался Кенма.

Он резко замолчал, не поднимая глаз.

— Мне очень жаль, что с вами произошло такое, и большое спасибо за показания, — сказал Дайчи, посмотрев сначала на Куроо, затем на Кенму. — Знаете что? Давайте сделаем перерыв. Я принесу вам воды.

Он встал, закрывая вкладку на компьютере.

— Нет, я в порядке, можем просто…

— Никакой спешки. Я сейчас вернусь, — он успокаивающе похлопал его по плечу.

— Ты в порядке?

— А если они поднимут тот факт, что меня уже ловили под наркотиками? Я об этом не подумал, и…

— С чего бы им? — спросил Кенма, когда нога Куроо снова начала дёргаться.

— Не знаю, но вдруг…

— Ты сказал, что это была ложь.

— Да, но тогда мне не поверили! А сейчас… Кенма, я…

Он боялся.

И Куроо это ненавидел.

— Всё самое сложное ты уже сделал. Дальше будет легче. И я знаю Дайчи, — тихо сказал Кенма, поглаживая его руку. — Не знаю, на какого полицейского мудака ты нарвался в прошлый раз, но сейчас можешь поверить мне. — Он взял его дрожащую руку. — А теперь глубоко вдохни.

Они вдохнули. И выдохнули.

— Всё будет хорошо.

Мягкая улыбка Кенмы была успокаивающей.

— Всё будет хорошо, — эхом повторил Куроо, тоже усмехнувшись.

Дайчи вернулся с двумя бутылками воды и облегчённо заметил, что Куроо больше не смотрит исключительно в пол.

— У всех четверых есть прошлые дела. К сожалению, и у вас тоже…

Куроо посмотрел на Кенму — страх снова вспыхнул.

— Скажи ему, — пробормотал он.

— Это ничего не меняет, — процедил Кенма вполголоса.

— Что? — полицейский нахмурился, сжимая ручку.

— Он не принимал никаких веществ добровольно.

Куроо закатил глаза.

— Что? — повторил Дайчи, повышая голос.

— Это не первый раз, когда мне что-то насильно впихивают. Но когда я пытался заявить об этом, мне не поверили. И меня посадили на пару дней — как там и написано.

Он заметил, как напряглась вена на виске Дайчи, но тот взял себя в руки.

— Вы помните имя офицера или…?

Куроо покачал головой, опустив взгляд.

— Должно быть, тот самый ублюдок, — пробормотал полицейский, что-то набирая на компьютере. — Несколько лет назад мы смогли уволить этого… некомпетентного придурка, но его дела были… чёрт. Простите.

Он посмотрел на Куроо.

— Это многое упрощает. Если мы сможем это доказать, — он уверенно улыбнулся. — Мне нужно кое-что уладить. Подождите здесь пару секунд.