Часть 1: Закрытый Фронтир

Нашей экономике два миллиона лет 

Два миллиона лет назад мы слезли с деревьев и приручили огонь. Мы восхищались им и поклонялись ему. А он нас согревал, и свет его отгонял чудовищ.

Полтора миллиона лет спустя кто-то из нас догадался, что огонь можно использовать для приготовления еды.

Еще через пятьсот тысяч лет мы начали одомашнивать животных и съедобные растения.

И потом за 10-20 тысяч лет – мгновение по историческим меркам – мы изобрели колесо, деньги, телеграф, атомную бомбу, айфон и операции по смене пола. 

Все эти два миллиона лет существовала одна экономическая постоянная. 

Земля.

Единственным надежным источником ценности был участок земли, а прирост богатства был возможен только за счет приобретения новых участков земли.

На участке земли можно жить, охотиться, собирать или выращивать растения, пасти скот, строить, добывать из под него ресурсы, собирать налоги с тех, кто на нем живет, брать аренду за использование и плату за проход. 

Все священное у нас связано с землей – родительский дом, Родина, кладбища, Святая земля, места силы, храмы, памятники, границы, хлеб, скот, места сражений и великих событий, величественные руины, металлы для оружия и украшений, великие дороги. 

На протяжении всей истории человечества – у полуобезьян, охотников-собирателей, городов-государств, империй, республик, людей, семей, кланов и корпораций – размер подконтрольной территории или количество земли в собственности были единственным надежным предсказателем богатства и влияния. 

Представьте себе на секунду разницу между двумя миллионами лет и столетием. Мы с трудом можем представить себе один век, а в двух миллионах лет их помещается двадцать тысяч. История США с момента основания до 4 июля 2026 года составляет 250 лет – за два миллиона лет можно было повторить это упражнение восемь тысяч раз. 

Это не просто исторические факты – речь идет об информации, упакованной в каждом из нас глубже чем привычки, рефлексы, инстинкты, знания, умения и культура. Это базовый код, который живет в нас по сей день и управляет нами.

И вот почему это важно.

Настоящий кризис двадцатого века  

Инстинкт расширения и исследования пылал в нас на протяжении двух миллионов лет. Начиная с Возрождения мы несколько раз плеснули на этот огонь керосин. 

В 15 веке флорентийская банковская империя Медичи финансирует своего придворного философа Марсилио Фичино и его академию, которую мы сейчас назвали бы Think Tank. Тот адаптирует идеи герметизма и неоплатонизма под задачи бизнеса. Грешная для христианской Европы спекуляция превратилась в достойную со-творца и носителя божьей искры торговлю будущим (кредиты, векселя, двойная запись). 

В 16 веке придворный философ королевы Елизаветы I Джон Ди, помимо всего прочего, сформулировал идею “морского суверенитета” как фреймворка извлечения ресурсов из колоний.

В 17 веке голландская Ост-Индская Компания вышла на первое в истории IPO и стала продавать акции широкой публике в обмен на долю в будущих прибылях. 

В том же 17 веке воспитанный в Голландии английский король Вильгельм III создал Банк Англии, который запустил финансовую долговую пирамиду, в которой мы живем до сих пор.

В результате этой цепочки событий мы убедили себя в необходимости постоянного роста благосостояния – “тот, кто стоит на месте, движется назад”, “экономика, которая не растет, начинает сокращаться” и тому подобное. 

Значимо и надежно расти мы умели только за счет контроля и использования земли. 

К началу ХХ века, после нанесения на карту остатков Амазонии и открытия Северной Земли, на планете закончились новые участки земли. 

Мы решили заняться переделом существующих, от чего чуть не уничтожили планету. Три раза – в двух мировых и холодной войнах. 

Движимые инстинктом расширения, но ограниченные теперь гарантированным взаимным уничтожением, мы яростно перебирали варианты – где брать новые территории. Неисследованные кончились, а отбирать их друг у друга либо нельзя, либо сложно. А главное – даже если вся планета твоя, без новых территорий не на что выдавать кредиты, достаточно большие для того, чтобы продолжать консолидировать предыдущие и поддерживать долговую пирамиду. 

Казалось бы – большая часть поверхности Земли находится на дне океанов. Но идея жить под водой нам не нравилась на протяжении всей нашей истории. Если ориентироваться по мифам – ничего хорошего под водой никогда не было. Вода – это табу и ужас всех земных цивилизаций.

То ли дело – небо. Мы давно знали, что там живут боги, но по историческим меркам только вчера выяснили, что там есть другие планеты. И мы решили найти новые территории на них. 

Задумайтесь еще раз на секунду о том, какой силой обладает этот двух-миллионо-летний код, диктующий нам необходимость прирастать землей, что при всех возможных вариантах решений, мы предпочли несколько раз рискнуть всей жизнью на планете, научились сажать людей на огромную бочку с керосином и взрывать ее, чтобы их закидывало далеко в небо, и пытаемся научиться жить в безвоздушном пространстве со смертельной радиацией, невесомостью, метеоритами и полным отсутствием всего, что нужно для жизни человека.

С освоением Луны вышло не очень. 

Если на секунду отложить гипотезы о том, что нам запретили туда летать инопланетяне, то единственная рациональная причина забить на Луну это то, что она не решает изначальную проблему расширения и использования территорий – территория там бесполезная. 

Мы застряли и до сих пор катаемся на орбите собственной планеты как на единственной карусели в провинциальном парке аттракционов. 

После некоторой паузы все тот же инстинкт расширения стал причиной новой волны разговоров о колонизации Солнечной системы в начале XXI века, теперь уже с фокусом на Марс. 

Единственный настоящий кризис ХХ века это не тоталитарные идеологии, две мировые войны, ядерное оружие или холодная война – а тот факт, что у нас закончилась земля. 

Все, кто пытались делать ставку на что-то кроме земли – проигрывали на средней и длинной дистанции тем, кто владеет землей. Мы не построили ничего самостоятельного в воде, в воздухе или информационном поле а только то, что помогало лучше управляться с землей. 

Это стало меняться во второй половине ХХ века.

Бизнес воображаемых миров  

Пока новые реальные миры существуют только в твитах Илона Маска, инстинкт расширения сделал с нами удивительную вещь – мы научились создавать и колонизировать воображаемые миры. 

Тут речь не про фантазии, расширенное сознание, сторителлинг, нарративный дизайн или “путь героя в персональном бренде”. Речь о создании среды обитания с культурными, социальными, экономическими и технологическими системами для миллиардов людей 

Воображаемый мир – это виртуальная среда, в которой люди ведут себя так, будто она реальнее реальности. Это похоже на определение мифа философа Алексея Лосева: “миф – это реальность, поражающая своей интенсивностью”.

Воображаемых миров может быть бесконечное количество, и каждый из них может быть бесконечным сам по себе.   

При упоминании «воображаемых миров» люди обычно думают про нарративный энтертейнмент — кино, сериалы, ТВ, игры, книги, комиксы, игрушки. 

Это правильно, но это не всё. Нарративный энтертеймент — один из трех крупнейших доменов бизнеса воображаемых миров. 

Главная особенность воображаемого мира не изображения или истории, а то что это виртуальная среда, в которой человек ведет себя так, будто она реальнее реальности — то есть правдоподобный опыт. 

В этом смысле есть еще два огромных домена бизнеса воображаемых миров — Технологии и Софт и Финансовые рынки и Венчур. 

И несколько доменов поменьше — Гэмблинг, Фитнес и Долголетие, Продуктивность, Психическое Здоровье, Крипто, Медиа и Инфобизнес. 

Вы наверное сейчас закатили глаза и цокаете языком. Но подумайте вот о чем: если Технологии и Софт такие реальные — почему вы ведете себя как рыба выброшенная на берег, когда пропадает интернет или привычные (и абсолютно бесполезные) сервисы и девайсы перестают работать? Ответ простой – это паника от того, что рушится ваш мир.

Или вот если вам кажется, что Финансовые рынки и Венчур такие прагматичные — почему они так защищают и продвигают свои символы и ритуалы, которые не имеют никакого смысла вне контекста? Ну или просто пересмотрите момент с Макконахи из «Волка с Уолл Стрит». 

Мы строим воображаемые миры, за неимением реальных. 

Если вы работаете в играх, кино, технологиях, венчуре, медиа, крипте или инстаграм-нутрициологии — если родители спросят вас чем вы занимаетесь, можете отвечать так:

«Я делаю для человечества то же самое, что делали Колумб, Гагарин и капитан Джеймс Т. Кирк — открываю новые миры. Воображаемые. Потому что новые реальные миры вы, дорогие мои, просрали».

***

Продолжение следует.

Это глава из расширенной версии "Настольной книги создателя оригинальных IP в эпоху Искусственного Интеллекта", которую я пишу на основе одноименного альбома схем, который можно забрать у меня в канале.