ЧЕЛОВЕК, КОТОРЫЙ ИЗМЕНИЛ БЫ РОССИЮ.

Когда достаточное число россиян почувствует, что бесконечная война в Украине бессмысленна и что именно они расплачиваются за неё, президент Владимир Путин будет вынужден предпринять нечто экстраординарное, чтобы выйти из тупика. Именно поэтому стоит внимательно следить за Россией в поисках признаков усталости общества или нарастающего недовольства. На обложке нашего номера на этой неделе — самое впечатляющее подобное предупреждение на сегодняшний день.

Оно исходит от Андрея Мельниченко — крупнейшего в мире производителя удобрений и богатейшего промышленника России. Мельниченко вовсе не относится к антипутинской оппозиции. Напротив, он принадлежит к числу инсайдеров, чьи предприятия поддерживали военную экономику. Его выступление продиктовано не идеализмом. Долгое время ведя бизнес за пределами России, Мельниченко вернулся в страну в 2023 году, когда возможности для глобального бизнеса существенно сократились. Как и большинство олигархов, он жил по правилам Путина: зарабатывай деньги, но не вмешивайся в политику. Теперь же он заговорил, потому что ни он сам, ни другие крупные предприниматели больше не могут позволить себе игнорировать деградацию страны, которую они наблюдали по мере её превращения в авторитарное государство.

Свои предупреждения Мельниченко изложил в почти 60 часах интервью журналу The Economist, а также — в более сдержанной форме — в эссе, которое мы публикуем на нашем сайте. Это первый случай, когда российский олигарх столь подробно высказывается публично. Мы предоставляем ему слово не потому, что разделяем все его взгляды или считаем его сторонником демократии и прав человека. Напротив, он прагматик, заинтересованный прежде всего в процветании своих компаний. Именно поэтому его позиция может найти отклик в стране, где неудачные войны — включая поражение России в войне с Японией в 1905 году — уже становились причиной того, что промышленники начинали требовать политических перемен.

Высказывания Мельниченко выходят далеко за рамки войны. Он говорит о мрачных перспективах России и её соседей. Он предостерегает Запад от желания увидеть Россию погружённой в хаос, изолированной в условиях жёсткой автаркии или превратившейся в озлобленного и опасного вассала другой державы. Хотя он прямо не говорит, что Путин должен уйти, предлагаемые им изменения фактически означали бы конец единоличной власти.

Особенно примечательно его выступление потому, что война в Украине уже пришла в саму Россию. После украинских ударов по российской энергетической инфраструктуре в стране появились очереди за топливом и драки на автозаправках. Если аннексия Крыма в 2014 году повысила популярность Путина, то теперь полуостров всё сильнее оказывается изолированным из-за украинских ударов беспилотниками. Принудительный призыв в армию усиливает недовольство населения. Жалобы блогеров и популярных интернет-деятелей на войну стремительно распространяются в социальных сетях.

Всё это противоречит постоянным заявлениям Путина о том, что «специальная военная операция» развивается по плану и что решающий перелом уже близок. Хотя российская экономика не находится на грани краха, а массовое восстание населения пока маловероятно, всё больше россиян ощущают, что страна зашла в тупик.

Путин вполне может попытаться восстановить свой авторитет путём дальнейшей эскалации войны и усиления репрессий внутри страны. Некоторые западные разведывательные службы недавно сообщили, что Россия готовится к дальнейшему обострению противостояния с НАТО. В наиболее мрачном сценарии, которого опасается Мельниченко, Россия может даже применить тактическое ядерное оружие, чтобы запугать европейских союзников Украины, хотя большинство западных аналитиков пока считают такой вариант маловероятным.

По мнению Мельниченко, эскалация не приведёт к долгосрочному миру между Россией, Украиной и Европой. Хотя он не говорит этого прямо, очевидно, что если россияне станут ещё больше бояться войны и испытывать раздражение из-за масштабной мобилизации и политических репрессий, это лишь усилит внутренние проблемы Путина, что, в свою очередь, может подтолкнуть власть к новому витку эскалации.

Эти мрачные размышления подводят Мельниченко к главной мысли. Он описывает несколько долгосрочных сценариев будущего России, каждый из которых, по его мнению, представляет серьёзную опасность как для самой страны, так и для всего мира.

Самый тревожный сценарий — распад России и погружение её в анархию, когда различные вооружённые группировки начнут бороться за контроль над ресурсами и ядерным оружием. Именно опасения такого развития событий, по мнению автора, побуждали администрацию Джо Байдена избегать полного унижения России в войне с Украиной.

Другой вариант — попадание России в зависимость от иностранных держав. Она может оказаться под доминированием Китая, который будет использовать её как источник сырья и буфер между собой и Соединёнными Штатами. Либо после затяжной войны Россия может превратиться в бедную периферийную страну Европы. В обоих случаях, считает Мельниченко, будут накапливаться озлобленность и недовольство, питающие агрессивный национализм, который однажды может вновь привести к войне.

Третий сценарий — превращение России в государство, подобное Северной Корее: закрытую крепость, находящуюся в постоянной осаде, лишённую экономического роста и доступа к капиталу. По словам автора, подобный вариант якобы уже серьёзно обсуждается в недрах Кремля. Однако, как и Северная Корея, такая Россия окажется в состоянии постоянной конфронтации со всем остальным миром.

При этом Мельниченко довольно уклончиво говорит о том, как именно избежать подобных сценариев. В собственных интересах он призывает западные страны не стремиться довести войну до крайней точки. Вместо этого, считает он, Россия и Запад должны найти способ мирного сосуществования. Для этого он предлагает предоставить России «суверенитет» — своего рода иммунитет от внешнего вмешательства, что во многом напоминает китайскую концепцию невмешательства во внутренние дела государств.

Что касается внутренних реформ, здесь он также избегает конкретики. Россия, по его мнению, должна стать предсказуемой для внешнего мира и добиться поддержки собственного населения без применения принуждения. Между строк читается призыв к отказу от единоличной власти Путина и к передаче части полномочий другим институтам. Однако о демократии он прямо не говорит.

Даже такие умеренные изменения неизбежно встретят сопротивление представителей силовых структур, которые стали главной политической опорой режима после того, как Путин более двадцати лет назад окончательно отстранил первых постсоветских олигархов от участия в политике. Если Россия станет более нормальным государством, именно они окажутся в числе проигравших. Возможно, однако, технократы и крупный бизнес, обеспокоенные будущим страны, поддержат позицию Мельниченко. Путин может отказаться идти на уступки. Но он оказался в сложном положении: продолжение нынешнего курса, дальнейшая эскалация или проведение реформ — каждый из этих вариантов связан с серьёзными издержками.

История знает подобный прецедент. В 1905 году Россия проиграла Японии войну, продолжавшуюся 19 месяцев. Тогда промышленники и технократы возложили ответственность за поражение на самодержавие Николая II. По их мнению, именно единоличная власть обрекала Россию на отставание от остальной Европы. После революционных выступлений того же года они добились от царя принятия Октябрьского манифеста, провозгласившего гражданские свободы и создание законодательного собрания.

Однако уже к середине 1907 года Николай II фактически свернул реформы, а ещё через десять лет был свергнут революцией. Главный вывод, который, по мнению автора статьи, Россия должна извлечь из этой истории, заключается в том, что стране необходимы реформы, способные сохраниться надолго.