CAB и OSL (Бразилия)

Бразильская Анархистская Координация (CAB)

1. Не могли бы вы начать с описания истоков CAB и различных этапов, которые проект прошёл начиная с 2002 года? Расскажете подробнее о различиях между этапом «форума», этапом «координации» и, возможно, о том, какой будет будущая траектория?

CAB: Изменения, которые CAB претерпела со временем, отражают трудности поиска общего пути для действий в такой огромной стране, как Бразилия. Эта траектория началась с сотрудничества между различными группами в Бразилии. Их объединяла общая инициатива: создать рамки для анархистского действия, основанные на коллективной организации и прямой связи с борьбой на территориях и в пространствах, построенных их активистами с точки зрения народной и автономной организации

Формирование Форума организованного анархизма (FAO) стало результатом опыта этих различных организаций, стремившихся понять, как объединить свои возможности для выработки анализа текущей ситуации и совместных действий с тактическими и стратегическими рамками, объединяя потребности различных направлений борьбы и понимание Бразилии как разнообразного, но единого целого. На тот момент Форум уже имел широкое представительство из различных штатов, охватывающих все пять регионов Бразилии.

Общие понимания относительно интерпретации бразильского политического и социального момента, а также необходимости совместного объединения политических линий и тактик для каждого момента трансформации постепенно выстраивались в этих национальных пространствах, которые со временем эволюционировали во всё более прочные соглашения и поиск более конкретных стандартов для членства, форм социального действия и построения «профиля активиста» и пропаганды, способной представить анархизм как преобразовательную силу в нашем контексте.

Каждое из этих соглашений, с разной степенью влияния на повседневную деятельность организаций, постепенно формировало новые организационные этапы, которые различались разными названиями, такими как «Строительство», «Форум» или «Координация», последнее обозначает организационную форму, по которой мы сегодня себя идентифицируем. Постепенно кумулятивные процессы в формировании ячеек, структур принятия решений и создании исполнительных и совещательных органов позволили нам построить сеть, масштаб которой закрепил наше присутствие по всей стране. Наши планы включают ещё более определённые координационные соглашения между каждым из наших местных отделений, расширение организации по всей стране – от более центральных городов до менее населённых и более сельских районов – и закрепление всё большего взаимодействия с организациями наших братских стран в Латинской Америке.

Но помимо этих достижений у политической организации, которая плывёт против течения, есть и другая важная задача: выстраивать политические связи и развивать способности своих активистов – и делать так, чтобы эти усилия накапливали силу вдолгую, несмотря на трудности, которые политические режимы и способ производства создают для всех нас. Мы настаивали и настаиваем на этой задаче более 30 лет, что приобрело значение исторического процесса непрерывного строительства организованного анархизма в Бразилии, и, в частности, мы теперь являемся частью CAB уже 14 лет.

2. CAB состоит из нескольких организаций в различных штатах и регионах Бразилии. Как были созданы эти региональные организации?

CAB: Изначально каждая из этих организаций создавалась через свою собственную динамику, отдельными людьми и коллективами, которые приходили к изучению анархизма отдельно на протяжении своей жизни в своих регионах. От групп, борющихся за сохранение студенческих структур, гарантирующих доступ к высшему образованию в Бразилии, до групп рабочих, организованных для борьбы за трудовые права, – в целом первые группы приходили к анархизму через учебные группы о возможных способах противостояния капитализму и через вдохновение такими опытами, как опыт fAu, FAG (Федерация Анархистов Риу-Гранди-ду-Сул [Гаучо]), Испанской революции и Организационной платформы, которые изучались и обсуждались в диалогах между этими активистами. Эти идеи стали движущей силой организации этих людей в органическую структуру.

В ходе построения CAB предпринимались разные попытки найти в других местах группы людей с таким же желанием организоваться. Каждая из организаций сосредоточилась на конкретном географическом регионе, чтобы вести диалог и формировать небольшие группы с потенциалом для построения новых местных организаций. Сегодня мы продолжаем стремиться организовывать новые группы – либо активно, стремясь объединить и организовать анархистов на их территориях через ячейки CAB, либо принимая людей и группы, заинтересованные в нашей организационной стратегии.

3. Какие области организации социальных движений CAB стратегически приоритизирует? Иными словами, в каких областях работы задействованы активисты CAB?

CAB: Три основные области борьбы, вокруг которых организуются люди в CAB, – это трудовые, студенческие и территориальные движения:

Под трудовой борьбой мы подразумеваем организованные группы рабочих, которые борются за права, связанные с их рабочими местами, такие как лучшая заработная плата, сокращение рабочего времени и гарантии безопасности на рабочем месте, среди прочих вопросов.

Студенческая борьба обычно объединяет студентов высших учебных заведений вокруг таких вопросов, как обеспечение непрерывной работы государственных университетов – чьи бюджеты часто находятся под угрозой со стороны неолиберальных правительств – инвестиции в улучшение пространств для развития знаний и науки, а также социальной политики, позволяющие студентам из рабочего класса и семей с низким доходом оставаться в университете, пользуясь продовольственной помощью или помощью жильем.

В территориальной сфере активисты объединены в борьбе за гарантию доступа к земле – будь то для работы, сохранения традиционного образа жизни или обеспечения достойного жилья и доступа к общественным услугам, таким как здравоохранение, общественный транспорт или городская инфраструктура. Это поле объединяет движение за аграрную реформу, движения коренных народов, движения соседей, общественные библиотеки, инициативы народного образования, борьбу за репродуктивную справедливость, общественные радиостанции и группы городского искусства.

Важная черта – солидарность между этими направлениями борьбы. Разные пространства понимают, что бороться нужно вместе, и стараются координировать свои требования. Кроме того, CAB выступает за то, чтобы эти социальные пространства создавались в тесной связке с построением антирасистского и антипатриархального общества. Мы ищем механизмы, чтобы бороться с этими формами угнетения каждодневно – прямо там, где мы работаем.

4. «Платформе», опубликованной группой «Дело Труда», теперь 100 лет. Актуальны ли идеи, предложенные в документе, в 2026 году? Как CAB относится к идеям, изложенным в нём?

CAB: В Латинской Америке широко распространено мнение – и исторические документы его подтверждают – что концепцию «эспецифизма» разработала Федерация Анархистов Уругвая. Её цель – координировать специфически анархистскую организацию с социальными движениями региона в рамках модели горизонтальной борьбы, где влияние двух уровней было бы взаимным и постоянным. Сегодня эту концепцию можно было бы назвать «организационным дуализмом».

На протяжении развития анархизма на нашем континенте и через контакт с новыми переводами документов с различных языков анархистские исследователи и активисты не могли не заметить сходства между нашим развитием и идеями и формулировками, предложенными группой Дело Труда.

В последние годы всё большее число активистов и организаций вступают в контакт с португальским переводом «Организационной платформы», что оказало значительное влияние на понимание исторических путей, пройденных различными анархистскими активистами в разных местах, и сблизило нас с организациями со схожими позициями по всему миру. Текст часто изучается и, вместе с книгой Хуана Карлоса Мечосо «Стратегия Эспецифизма», Платформа стала обязательным чтением для понимания идей и путей организационной стратегии анархизма.

5. Как CAB координируется и держит связь со своими родственными организациями по всему южноамериканскому континенту? Какую работу вы ведёте вместе?

CAB: История анархизма в Бразилии тесно связана с организациями по всему нашему континенту. Влияние и поддержка fAu в Уругвае, наши связи с Федерацией Анархистов Росарио в Аргентине и все другие организационные инициативы, возникшие за годы, неотделимы от истории CAB.

Цель этой координации, теперь воплощённой в Латиноамериканской анархистской координации (CALA), – разделять понимание политического и социального момента на нашем континенте в отношении к миру, отношений эксплуатации, организованных буржуазией между нашими странами, и активный интерес к поддержке и структурированию новых организаций в каждой стране и в каждом месте, где есть жажда борьбы за социальные преобразования, гарантирующие нам социалистическое и либертарное общество.

6. Течение «организованного анархизма», по-видимому, растёт по всему миру, включая Латинскую Америку. Как вы думаете, чем это объясняется?

CAB: Наступление капитализма и его всё более частые кризисы налагают на народы мира необходимость: создавать инструменты для объединения наших сил и борьбы за новый мир.

Мир с большим экономическим, гендерным и расовым равенством между людьми – в противовес капитализму, расизму и патриархату, в которых мы живём. Мир, чьи отношения с землёй основаны на заботе и балансе – в противовес уничтожению биомов и традиционного образа жизни коренных народов, а также добыче полезных ископаемых и углеводородов, загрязняющих реки, земли и воздух. Мир с гарантиями всестороннего и широкого образования, где доступ к искусству и досугу не является роскошью, где жизнь радостна и достойна.

В Латинской Америке эти мечты преследовались и разрушались на протяжении прошлого века диктатурами, навязанными государством и буржуазией, напуганными способностью народа организовываться и требовать этих необходимых преобразований. Мы наблюдаем крупный откат организованности анархизма и других течений социализма на нашем континенте.

За последние 40 лет – после долгого периода сопротивления диктатуре, подпольной работы и создания нелегальных сетей – анархизм смог снова заняться пропагандой и открыто обсуждать свои идеи. За это время анархистские организации вновь появились на свет. Это долгий и всё ещё продолжающийся процесс восстановления. И возможностей применить идеи на практике хватало. Мы вели огромную борьбу: антиглобалистское движение 1990-х, наступление неолиберализма, постоянные попытки уничтожить всё, что было построено как коллективная гарантия – нашу систему государственного (public) образования, Единую систему здравоохранения, сети распределения государственной энергии и воды и даже высокотехнологичную промышленность, где профсоюзы имеют большое влияние.

Борьба за эти годы укрепила способность анархистов в Бразилии, Латинской Америке и мире противостоять угнетателям – тем, кто наверху – через инициативу, усилия и организацию угнетённых, тех, кто внизу.

Либертарная Социалистическая Организация (Бразилия)

1. OSL – это новая организация, но она состоит из опытных активистов из FARJ, OASL (Анархистская Организация Либертарный Социализм, Сан-Паулу), RL (Rusga Libertaria, Либертарный бунт, Мату-Гросу) и COMPA (Анархистский Народный Коллектив Минас-Жерайса). Сохраняют ли эти группы внутри OSL свою особую идентичность, или они официально слились, став федеральными отделениями OSL? Если да, то что включал в себя этот процесс слияния?

OSL: Организация OSL была сформирована как раз в результате процесса организационного слияния этих организаций и коллективов. Наша точка зрения заключалась в том, что для продвижения строительства национальной анархистской политической организации недостаточно поддерживать просто координационные отношения между автономными организациями; необходимо было построить общую организационную структуру с более глубоким идеологическим, теоретическим, стратегическим и тактическим единством. На наш взгляд, эта координация автономных или относительно автономных организаций, существовавшая в рамках CAB, была фактором, который препятствовал эффективному строительству национальной анархистской организации.

По этой причине FARJ, OASL, RL, COMPA и другие отдельные активисты приняли решение прекратить свое существование в качестве отдельных политических организаций, чтобы сформировать единую национальную организацию – OSL. Конечно, мы продолжаем признавать различные исторические наследия, региональный опыт и политические траектории, которые каждая из этих организаций наработала за эти годы. Эти наследия остаются фундаментальными для коллективного строительства OSL.

Однако организационно мы больше не функционируем как федерация автономных групп, каждая из которых сохраняет свои собственные линии. Наши местные ячейки и регионы стали частью единой национальной структуры, функционирующей в общих организационных рамках, с объединенными инстанциями, общими политическими линиями и коллективными механизмами принятия решений и ответственности.

Этот процесс слияния включал в себя несколько лет политического и организационного сближения. По крайней мере с 2021 года наше региональное отделение тогдашней CAB (Юго-Восток-Центр-Запад) уже функционировало на практике весьма интегрированным образом, объединяя внутренние процессы, политическую координацию, формулировки и фронты работы. Этот опыт конкретно продемонстрировал преимущества перехода от координации к единой политической организации.

Общие руководящие принципы OSL были разработаны в ходе различных этапов нашего первого съезда (I CONOSL), где мы обсуждали и принимали решения по вопросам, связанным с организационной структурой, стратегией, теорией, программой и национальным расширением. Мы понимаем этот процесс как часть усилий по созреванию бразильского анархизма и по созданию более однородного, последовательного политического инструмента, способного последовательно вмешиваться в бразильскую классовую борьбу.

2. Давайте поговорим об организационном дуализме. Группы, из которых сложилась OSL, известны тем, что осваивали, развивали и передавали дальше организационно-стратегическую концепцию эспецифизма. Самый известный пример – работа FARJ «Социальный Анархизм и Организация».

Мы проводим это интервью в 100-летнюю годовщину публикации «Платформы» группой «Дело труда». Хотя и эспецифизм, и «платформизм» являются течениями организационного дуализма, часто возникают вопросы о сходствах или различиях, подчеркиваемых в каждом подходе. Считает ли OSL эти различия чисто искусственными и эстетическими? Или между ними существует содержательное расхождение?

OSL: Мы считаем, что эспецифизм и платформизм – это разные исторические выражения одной и той же анархистской традиции: организационного дуализма, истоки которого можно проследить до Бакунина и опыта Альянса. Оба направления защищают необходимость специфически анархистской организации с теоретическим, идеологическим, стратегическим и тактическим единством, работающей взаимодополняющим образом с народными и массовыми движениями.

Для нас различия между эспецифизмом и платформизмом не являются чисто искусственными и не представляют собой непримиримых расхождений. Они относятся прежде всего к историческим и региональным условиям, в которых развивался этот опыт. Платформизм возник в европейском контексте после Русской революции, в частности, из опыта группы «Дело труда» и критического анализа неудач анархистов перед лицом большевизма. Эспецифизм же развивался в основном в Латинской Америке в Федерации Анархистов Уругвая (FAU), и включал в себя размышления об империализме, зависимости и стратегиях социального внедрения в периферийных странах.

OSL признает обе традиции в качестве легитимных наследников анархистского организационного дуализма, берущего начало от Альянса. Мы считаем, что между ними больше сходств, чем расхождений, и стремимся как раз синтезировать их исторический, организационный и стратегический вклад в предложение, подходящее для современной бразильской и латиноамериканской реальности.

3. Как Платформа влияет на теорию, практику и организационную структуру OSL??

OSL: «Платформа» группы «Дело труда» имеет фундаментальное историческое значение для нашего течения, особенно потому, что она четко систематизировала организационные принципы, которые уже присутствовали в более раннем опыте революционного анархизма. Её защита теоретического, тактического и стратегического единства, коллективной ответственности и федерализма вносит прямой вклад в нашу организационную концепцию.

OSL понимает анархистскую организацию как программную политическую организацию. Мы понимаем, что без единства и органической слаженности анархисты склонны к распылению сил и неспособности влиять на реальные процессы классовой борьбы.

Мы стремимся связать «Платформу» с вкладом латиноамериканского эспецифизма, особенно FAU, которая глубже вникла в вопросы, связанные с социальным внедрением, массовой работой и необходимостью устойчивого построения коллективной народной силы в периферийных и зависимых контекстах.

Таким образом, «Платформа» влияет на нашу национальную организационную структуру, на наше понимание роли специфически анархистской организации и на нашу защиту революционного проекта, основанного на самоуправлении, федерализме и классовой борьбе.

4. OSL выдвигает концепцию либертарного материализма в качестве альтернативы как идеализму/постмодернизму, так и классической концепции диалектического материализма. Можете ли вы вкратце изложить принципы этого анализа?

OSL: Наша концепция материализма – или либертарного реализма – стремится построить либертарную социальную теорию, способную интерпретировать современную реальность, не впадая ни в ограничения классического марксизма, ни в проблемы постмодернизма и постструктурализма.

С одной стороны, мы считаем необходимым преодолеть проблематичные аспекты марксизма, особенно его экономистские, детерминистские и государственнические тенденции, а также историческое отождествление обобществления и национализации (общества и государства), которое характеризовало большую часть опыта так называемого «реального социализма». Мы также понимаем, что определенные формулировки «исторического материализма» или «диалектического материализма» в итоге превратились в слишком жёсткие, закостенелые трактовки социальной реальности.

С другой стороны, мы отвергаем современное наступление постмодернизма и прогрессивного либерализма среди левых. Мы считаем проблематичными фрагментацию социального анализа, отрицание центральной роли классовой борьбы, эпистемологический релятивизм и замену структурных перспектив (социальные преобразования) исключительно дискурсивными или идентичностными подходами.

Наш либертарный материализм стремится утвердить критическую науку и разум, объединяя класс, расу/этничность, гендер/сексуальность и национальность в рамках структурной и классовой перспективы. Мы стремимся выстроить нашу собственную либертарную социальную теорию, основанную на классических и современных анархистских авторах, способную стратегически направлять нашу политическую практику и наш революционный проект.

5. Какие сферы массовой или низовой организации OSL приоритизирует или в какие вовлечена в настоящее время?

OSL: OSL активно действует на различных фронтах низового органайзинга и социальной работы, стремясь укрепить самоорганизацию угнетенных классов и построить социалистический и либертарный проект коллективной народной силы.

Мы вовлечены в рабочее, районное, студенческое, аграрное и территориальное движения, а также в инициативы, связанные с борьбой за жилье, организацией на периферии и различными формами народной мобилизации. Мы понимаем, что народные движения представляют собой фундаментальное поле классовой борьбы и что именно из них могут возникнуть реальные процессы социальных преобразований.

Наша работа направлена на укрепление практик низовой демократии, прямого действия, классовой независимости, боевитости и самоуправления. Мы также защищаем необходимость долгосрочного политического и организационного накопления сил, понимая, что революционная трансформация требует длительного процесса построения социальной силы.

Кроме того, мы продвинулись в расширении организационного охвата OSL в различных регионах Бразилии, стремясь построить национальную организацию, эффективно встроенную в конкретной борьбе угнетенных классов.

6. Течение «организованного анархизма», судя по всему, растет во всем мире, включая Южную Америку. Чем, по-вашему, это объясняется?

OSL: Прежде всего важно отметить, что термин «организованный анархизм» может вводить в заблуждение. Это связано с тем, что он имеет как минимум два значения. С одной стороны, он может относиться исключительно к организационалистскому крылу анархизма (которое противостоит антиорганизационалистам), и в этом смысле в него будут включены анархо-синдикалисты, синтезисты и другие течения, поскольку они тоже выступают за организацию (хотя и в формах, отличных от наших). С другой стороны, различные организации, которые опираются на нашу традицию (альянсистскую, платформистскую, эспецифистскую), используют термин «организованный анархизм» для обозначения именно нашего течения. В данном случае «организованный анархизм» и наше течение были бы синонимами. Всегда полезно делать это различие, потому что мы выступаем не просто за «организацию»; мы выступаем за специфическую форму организации, которая отличается от других – например, от анархо-синдикализма и синтеза.

В любом случае мы считаем, что этот организационный рост анархизма связан с различными историческими и политическими факторами. Во-первых, имеет место затяжной кризис традиционных форм левых, особенно социал-демократического и марксистско-ленинского крыла, которые во многих случаях продемонстрировали глубокие ограничения как в стратегическом, так и в организационном плане.

В то же время последствия проблем государства и капитализма – углубление неравенства, прекаризация труда, рост авторитаризма, войны, разрушение окружающей среды и усиление форм господства – вновь вывели на первый план необходимость революционных альтернатив.

Мы понимаем, что этот рост с весьма скромными результатами, учитывая масштабы стоящих перед нами задач. Но мы верим, что это международное укрепление «организованного анархизма» выражает попытку восстановить социалистическую, революционную и либертарную альтернативу, укорененную в конкретной борьбе угнетенных классов.

По сравнению с другими течениями социализма, наша точка зрения заключается в том, что наблюдается отступление анархизма и всех революционных течений социализма. На международном уровне, наряду с подъемом ультраправых, наблюдается также подъем весьма централистских и авторитарных течений социализма. В Бразилии это заметно, и у нас пока нет исчерпывающего анализа, объясняющего это явление. Однако что касается анархизма и революционного движения, мы считаем, что организованный анархизм вырос и утвердился как либертарно-социалистическая альтернатива в ответ на вызовы классовой борьбы.