Бытие и Древние мифы
Ковчег ВерыДействительно ли история, представленная в книге Бытия Библии, скопирована из древних месопотамских языческих мифов?
Ниже я хочу представить факты, с которыми ознакомился в результате своего личного исследовательского опыта, а также свой вывод относительно них.
Некоторые сходства между Ветхим Заветом и древней мифологической литературой Ближнего Востока часто представляются как доказательство утверждения о том, что Библия якобы просто скопирована из шумеро-аккадских или иных языческих преданий. Однако такое утверждение основано на поверхностном сравнении и игнорирует важнейший принцип сравнительного анализа - совместную оценку как различий, так и сходств.
Современный научный подход подчёркивает, что для оценки связи между подобными текстами необходимо не только перечислять сходства, но и понимать их характер и особенно обращать внимание на различия. Как отмечает археолог доктор Марк Чавалас: «Одна из главных опасностей сравнительного метода заключается в том, когда исследователь просто собирает параллели, не исследуя их значение» (Mark W. Chavalas, Mesopotamia and the Bible, 2002).
В этом контексте необходимо предложить систематический подход, разделив данные на две основные категории - сходства и различия, - а затем оценить их содержательную значимость.
Характер сходств: второстепенные и обусловленные окружающей средой элементы
Между Библией и древней ближневосточной литературой действительно существуют некоторые сходства. Например, в историях о потопе встречается целый ряд общих мотивов: избранный человек, строительство корабля, сбор животных, повышение уровня воды, выпуск птиц и, в конце, жертвоприношение. Подобные параллели встречаются как в Эпосе о Гильгамеше, так и в предании об Атрахасисе.
Однако, ознакомившись с вышеупомянутыми историями, важно понимать, что эти сходства относятся к внешней структуре повествования, а не к его сущности. Их можно охарактеризовать как общие жанровые или культурные элементы, естественные для народов, живших в одной и той же географической и культурной среде.
Как отмечает историк и текстолог ветхозаветных рукописей Джон Уолтон:
«Израильтяне разделяли общий интеллектуальный мир окружавших их культур, но это не означает, что они принимали ту же теологию» (John H. Walton, Ancient Near Eastern Thought and the Old Testament, 2006).
Иными словами, сходства могут объясняться тремя основными факторами:
1. общей культурной средой;
2. общим человеческим опытом;
3. возможной общей исторической памятью.
Поэтому само наличие сходства никоим образом не доказывает литературную зависимость или копирование.
Делать вывод о заимствовании одного произведения из другого лишь на основании второстепенных сходств — всё равно что утверждать, например, что два разных судебных процесса не могли происходить независимо друг от друга, а информация об одном из них была скопирована из другого, поскольку в обоих случаях происходит судебный процесс и присутствуют судья, обвиняемый, присяжные, адвокаты и т. д., что очевидно является бессмыслицей.
Однако в случае различий их характер ключевой и определяющий. Если сходства в основном являются второстепенными, то различия относятся к ядру историй, и именно здесь раскрывается уникальность Библии.
1. Природа Бога
В месопотамских текстах космос часто создаётся в результате борьбы между богами. Например, в Энума Элиш(вавилонском мифе о творении) бог Мардук убивает богиню Тиамат и из её тела формирует мир.
В отличие от этого, в Бытии Бог создаёт мир без какого-либо сопротивления или борьбы — Своим словом. Это не просто различие, а изменение всей картины мира.
Как отмечает историк и исследователь ветхозаветных рукописей Майкл Хайзер:
«Бытие 1 представляет мир, в котором нет борьбы между богами: Бог полностью владычествует и творит без соперников» (Michael S. Heiser, The Unseen Realm, 2015).
2. Статус человека
В месопотамских преданиях человек создаётся как слуга богов — для облегчения их труда.
Между тем в Библии человек создаётся по образу и подобию Бога, что наделяет его исключительным достоинством и призванием.
Канадский текстолог ветхозаветных рукописей и историк, профессор Виктор П. Хэмилтон, пишет:
«Создание человека по образу и подобию Бога в Бытии представляет собой радикальное отличие от других ближневосточных историй о сотворении» (Victor P. Hamilton, The Book of Genesis, 1990).
3. Причина потопа
В «Атрахасисе» и других месопотамских текстах потоп происходит потому, что люди «шумят» и беспокоят богов.
В Библии же причина носит моральный характер:
развращение человечества, насилие и зло.
Джон Уолтон отмечает:
«В месопотамских историях потоп является результатом беспокойства богов, тогда как в Библии он является моральным судом» (John H. Walton, The Lost World of the Flood, 2018).
Это показывает, что различие относится не к деталям, а к смыслу всей истории.
4. Божественное поведение
В языческих текстах боги часто представлены как ограниченные, конфликтующие, обманывающие и противоречащие друг другу существа.
В Библии же Бог един, морально совершенен и свободен от внутренних противоречий.
Как пишет британский исследователь ветхозаветных рукописей и богослов Гордон Уэнхэм:
«В Бытии Бог представлен как единственная и полностью контролирующая сила, в отличие от хаотических политеистических систем» (Gordon J. Wenham, Genesis 1–15, 1987).
Альтернативное объяснение сходств, которое, на мой взгляд, является более логичным с учётом всех представленных выше фактов
Наличие сходств может объясняться не копированием, а общей памятью.
Человеческий опыт показывает, что реальные события часто сохраняются в различных культурах в разных формах, со временем приобретая мифологические слои.
В этом смысле возможно, что истории, подобные истории о потопе, сохранились у разных народов как различные пересказы одного и того же события.
Как отмечает американский аналитик Танаха и историк, профессор Тиква Фраймер-Кенски:
«Древние истории часто передаются и перерабатываются в различных культурах, сохраняя некоторые основные элементы, но изменяя их интерпретацию» (Tikva Frymer-Kensky, Studies in Bible and Feminist Criticism, 2006).
Принцип «минимальной» версии
Ещё одно важное наблюдение касается логики развития историй.
Из человеческого опыта мы знаем, что истории со временем склонны увеличиваться, мифологизироваться и усложняться. Они часто насыщаются сверхъестественными, фантастическими и идеологическими элементами.
На этом фоне Библия часто представляет более сдержанную, последовательную и морально обоснованную версию.
Эту мысль можно связать со следующим наблюдением историка древней Месопотамии и библеиста Кеннета Китчена:
«По сравнению с мифологическими текстами Ближнего Востока библейские истории часто отличаются своей простотой и богословской сосредоточенностью» (Kenneth A. Kitchen, On the Reliability of the Old Testament, 2003).
Учитывая все эти факты, мы можем заключить, что сходства между Библией и древними языческими преданиями не могут рассматриваться как доказательство копирования, поскольку они в основном относятся ко второстепенным и общим культурным элементам.
Различия же относятся к наиболее важным — богословским, моральным и антропологическим — основаниям историй.
Следовательно, наиболее обоснованный вывод состоит в том, что Библия не копирует языческие мифы, а действует в той же культурной среде, используя некоторые общие мотивы, однако радикально переосмысливая их и представляя новое, целостное и морально обоснованное мировоззрение.
Таким образом, если сходства являются поверхностными, а различия — существенными, то, на мой взгляд, логичнее говорить не о копировании, а о противопоставлении и переосмыслении.
Автор стати: Апологет и Магистр по Богословию Петрос Товмасян. ЕГУ