Будем помнить!

Совсем-совсем немного осталось тех, кто отчетливо помнит события войны. В большей степени хранителями этих устных воспоминаний становятся те, кто не раз и не два слушал эти рассказы, то есть дети, внуки, а иногда и правнуки. И, конечно же, это надо фиксировать, иначе праправнукам достанутся изрядно измененные описания, если вообще достанутся.

Иногда мы слышали такие рассказы от знакомых, соседей, попутчиков. И сегодня я хочу предложить вашему вниманию три таких сюжета.

Во время блокады Ленинграда части, оборонявшие город, сменялись каждые два месяца. До предела выдохшиеся, они должны были еще перебраться через Ладогу, а навстречу им шли свежие силы. Мой знакомый в составе остатков своей роты ждал на берегу наступления темноты, чтобы на последних силах совершить 40-километровый бросок. Но ночь выдалась безоблачная, и немецкие самолеты не давали возможности выйти на лед. Пришлось залечь прямо на берегу в снегу. Паек был съеден в первую же ночь. На вторую ночь опять все повторилось. На третью тоже. Трое суток в снегу, на морозе, без пищи. На четвертые сутки небо затянуло облаками, и, как привидения, солдаты стали спускаться на лед. Дойти до противоположного берега надо было во чтобы то ни стало, иначе смерть. Навстречу шли колонны грузовиков. Во многих местах торчали вмерзшие в лед машины, попавшие под обстрел. Солдаты пытались что-то, если повезет, найти в кузовах, но задерживаться долго было нельзя. Мой знакомый, дядя Валя, обнаружил свиную тушу. Но она была заморожена, твердая как бетон., нож отскакивал, сил не было. С трудом, но отковырял ножом часть уха. Кинулся догонять свою колонну. Стал грызть и сосать это ухо. Как дошли, как в полуобморочном состоянии забирались на берег, не веря, что дошли, не помнит. Только запомнил, что в эту же минуту появились немецкие самолеты.

Мой добрый знакомый пришел на своем сухогрузе в Израиль, в Хайфу. Как помощник капитана, пошел в порт оформлять документы. В офисе, к великому удивлению, встретил однокурсника, который давно уехал из России. Друзья обнялись, стали бурно вспоминать молодые годы. И вдруг местный руководитель потребовал, чтобы разговор шел на английском или на иврите. На русском нельзя, запрещено. И тогда мой знакомый попросил минуту внимания, все напряглись. И он рассказал, как во время войны, в Польше, часть, в которой служил разведчиком его отец, остановилась у леса на отдых после дневного перехода, фронт был впереди. Отец отошел поглубже в лес и неожиданно увидел, как по узкой дороге два немца вели куда-то еврейскую семью из 7-8 человек. Судьбу этих несчастных предсказать было несложно. 

Боец защел сзади, пристрелил замыкающего, разоружил и взял в плен второго. Семейство было в ступоре. Похоже, ни немцы, ни они не знали, что это уже тыл, фронт продвинулся далеко вперед. Польским языком солдат не владел, идиш и немецкий тоже не знал. Помахал рукой, идите, мол, свободны, Гитлер капут, здесь больше нет немцев. Еще не конца веря своему счастью, семейство рысцой кинулось в кусты. А боец повел сдавать пленного.

И вот сейчас еврейский начальник высокомерно запрещал своему подчиненному и сыну того солдата говорить по-русски. Коллектив офиса, выслушав в тишине рассказ в переводе, напрягся, и все посмотрели в сторону шефа. У того хватило понимания ситуации, да говорите вы на своем русском, никто не мешает.

Отец знакомого воевал вместе с братом. Оба остались, слава богу, живы. И как-то на привале брат, тоже фронтовой разведчик, углубился в лес и вышел к озеру. Происходило все это в Белоруссии. А в озере совершенно спокойно плескались …… немцы, человек десять. На берегу стоял крытый грузовик, мотоцикл, и лежал на земле, покуривая, только один солдат. Видимо, сводки Советского информбюро в исполнении Левитана они не слушали, или же имели какое-то задание. Главное – были без оружия и без охранения. К тому же в воде. Лежащего наш боец пристрелил. Остальным приказал зайти поглубже, по горло, и выходить по одному. Один было рыпнулся, ну, и отправился к карасям и ракам. Голых выходящих клал боец лицом в землю. 

Всех крепко связал, не 41-й год на дворе, научились. Привязал к мотоциклу и на средней скорости доставил всех в расположение части, благо недалеко. Потом и грузовик подогнали. Оказалось, что эта команда вывозила серьезные документы. Чтобы не достались врагу, то есть Красной Армии. Даже в люльке мотоцикла были какие-то бумаги.

Поскольку у нашего солдата отношения с начальством были не очень теплыми, уж очень он был языкастым, то этот бесспорно героический эпизод, мог остаться без последствий, но справедливость все-таки есть, и орден герой получил.

Всех поздравляю с ВЕЛИКИМ ПРАЗДНИКОМ – ДНЕМ ПОБЕДЫ!