Broken pt.8

Клив много думал над случившимся и сделал определённый вывод. Готье Хитклиф сумасшедший, абсолютно точно повернутый на голову. Только законченный психопат сможет сохранить холодный рассудок, сидя в кабинке школьного туалета и обрабатывать раны краденными медикаментами. Он не задал ни единого вопроса и вообще не выказал никакого интереса к причинам, по которым они оказались в этой ситуации. Всё, что Клив получил это искреннее волнение за себя и он вдруг понял, что отвык от этого. Друзей у него не было, а семье было не слишком то интересно, что с ним происходит. Даже о его сессиях с психотерапевтом они спрашивали автоматически, рассчитывая получить определенный ответ. Другой ответ им был не нужен, поэтому он всегда говорил то, что они хотели услышать. Они до сих пор думали, что он лечит страх сцены и даже не задумывались о наличии других симптомов, которые были очевидны, если ты действительно хочешь их заметить. Но они не хотели. Калебу всегда было не до него и сейчас его попытки как-то общаться приводят только к большей тревожности. Клив ведь знал, что он делает это не потому что хочет, а потому что нельзя выбиваться из образа идеальной семьи. Нельзя не знать, чем твой брат занимается, что происходит в его жизни, с кем он общается. Потому что последует осуждение. Клив не винил его в этом, но и идти на встречу не спешил.

‎Готье же был другим, казалось он искренне интересовался им, без всякой на то причины. И страшнее всего было признать, что Готье интересует его не меньше. Доверие – это не то, что выстраивается за пару разговоров или встреч в школьном туалете, а тревожность не то, что можно вылечить за один сеанс. Он не знал стоит ли игра свеч, но ему вдруг страшно захотелось попробовать снова почувствовать вкус дружбы.

‎Миссис Рипли встретила его, как всегда, дружелюбной улыбкой и легким кивком. Она не заговаривала, пока он не устроиться поудобнее, чтобы чувствовать себя настолько комфортно насколько это вообще возможно в кабинете у мозгоправа.

‎– Здравствуй, Клив. – она ободряюще улыбнулась. – Рада снова тебя видеть, как ты себя сегодня чувствуешь?

‎– Странно. – он чувствовал себя таким растерянным и не знал как обьяснить ей, что с ним происходит.

‎– Странно плохо или странно в том смысле, что ты сам не понимаешь, что чувствуешь? – она склонила голову набок и оценивающе оглядела его.

‎– Нет, дело как раз в том, что я понимаю, что чувствую. Для меня просто странно чувствовать это снова.

‎– Расскажешь с чем связаны эти чувства?

‎Он нервно усмехнулся и облизнул пересохшие губы.

‎– Есть человек, который начал проявлять ко мне интерес. В хорошем смысле. – он резко поправил себя, чтобы она не решила, что это что-то негативное. – Он вроде как хочет быть моим другом, но я не знаю... Понимаете это такой огромный риск и я не могу... – он говорил отрывисто, мысли лихорадочно скакали из стороны в сторону, дыхание сбивалось.

‎– Дыши. – она мягко коснулась его ладони кончиками пальцев. – Ты не знаешь, что делать – принять эту дружбу или отвергнуть, так?

‎– Да. – он медленно выдохнул, возвращая себе контроль.

‎– Потому что не хочешь сближаться или потому что боишься? – она смерила его испытыющим взглядом, зная что от его ответа сейчас зависит всё.

‎Он помолчал несколько минут, она не торопила. Клив поднял решительный взгляд, наконец найдя ответ на вопрос внутри себя.

‎– Потому что боюсь того, как сильно на самом деле я этого хочу.

‎И это было самым честным,что он когда-либо говорил ей. Тогда он наконец почувствовал, что сдвинулся с мертвой точки.

‎Решение было принятно. Он даст Готье Хитклифу шанс и просто будет надеяться, что тот не разобьёт его на части.