Ботан. 01.

Библиотека неизменно встречает его тишиной. Сюда редко кто ходит, если вообще ходит, потому что проще уже всё найти в Интернете, закинуть в заметки на телефоне, коротко пробежаться глазами и выдать это на следующем уроке, чем копаться в десятках книг для поиска нужной информации. И Чонхо абсолютно с этим согласен, он и сам так же готовится к урокам, но иногда он заглядывает все-таки в эту дверь, скрипящую до противного громко, в конце третьего этажа, чтобы побыть банально одному.

Он никогда не был любимцем в классе, но никогда и не ругался с кем-то открыто. Эдакая серая, неприметная тень, существующая лишь по факту своего существования, не неся при этом никакой ценности. В столовой дела обстояли чуть хуже, потому что там ему действовали на нервы парни из компании, точнее сказать, из стаи, в которую сбилось несколько придурков, любящих получать внимание за счет подколов других.

Чонхо их не уважает, но неизменно любой новичок, показавшийся на их горизонте, проходит либо обряд посвящения в «крутую» компашку, либо обряд позора. Ему ловко удалось избежать этого, слившись с массой школьников и не отсветив статусом только что переведенного ученика. Поэтому его как-то записали в «нерда». Что-то среднее между мальчиком на побегушках и крутым пацаном, тебя вроде и не трогают, потому что ты достаточно смышленый, чтобы списать у тебя ту или иную домашку, но и не относятся к тебе наравне с другими пацанами из компании. Чонхо такое положение дел устраивает, тем более, что в столовую он заглядывает крайне редко, а эта компашка учится в параллельном классе, с которым он и не взаимодействует.

Пару дней назад, покупая себе в автомате газировку, потому что с утра не успел, он заметил новое лицо среди того сброда и фыркнул, не удивляясь его коротким светлым волосам, словно в спешке отстриженным ножницами в ванне, как у настоящего бунтаря. Удивил больше его взгляд, скучающе оглядывающем столовую. Чонхо быстро отвернулся, чтобы не попасть в поле зрения и ему и другим, уже устоявшимся пацанам в этой компании, которые перешучивались по поводу паренька, попавшего, к сожалению, в касту тех, кто «сгоняй нам, иначе получишь нагоняй». Выбегая из столовой он удивился и тому, что тот парень молча наблюдал за издевательствами над бедным парнишкой, не принимая в этом никакого участия. Чести ему это не делало, но все же на фоне других этот, очевидно, новенький с блондинистым ежиком волос получил от Чонхо пару очков доброжелательности.

В прошлой школе в классе все дружили против него, выбрав объектом насмешек по причине, неизвестной никому, кроме них самих. Здесь же, куда Чонхо попал по воле переезда родителей, он так друзей и не завел, но и не пожалел об этом, придерживаясь стратегии «тени». А для обеда не обязательно ходить и в столовую, умиротворенность библиотеки с радостью принимает и его, и его контейнер с едой или пакет с закусками, когда уроков не так много.

Столы тянутся вдоль длинного помещения, с двух сторон подпираемые стеллажами с книгами. Указатели, слегка потрепанные, все еще подсказывают, где и что располагается, и Чонхо между бумажками «Экономика» и «Политика» замечает парня, нетерпеливо топающего ногой. И останавливается.

Сложенные на груди руки мнут рубашку и ослабленный красный галстук, рукава пиджака от такой позы задираются, показывая парочку браслетов на запястьях, что запрещено по дресс-коду. Больше всего Чонхо привлекают пристальный взгляд и растрепанные волосы. Блондинистый ежик волос.

- Чонхо? – довольно громко для библиотеки спрашивает он.

Чонхо хочется сбежать в ту же секунду, но стул перед ним двигают ногой под столом, противно скрипя ножкой по полу, и выбора у него не остается.