Борис Рожин: Россия возьмет Красногоровку и достанет F-16 из-под земли, опасаясь внезапного удара ВСУ
Кирилл Курбатов![](https://cdnn1.ukraina.ru/images/07e6/07/12/1036523121.jpg)
Судя по тому, сколько на это выделяется денег, недооценивать эту угрозу не стоит. Нам нужно выявлять места подготовки этих резервов и наносить по ним удары, считает эксперт Центра военно-политической журналистики, автор телеграм-канала ColonelCassad Борис Рожин
Об этом он рассказал в интервью изданию Украина.ру
- Борис, расскажите, пожалуйста, об обстановке на каждом из оперативных направлений так, как если бы вы писали пост для вашего телеграм-канала. Ведь за последнее время армия России взяла несколько населенных пунктов.
- На большинстве направлений наши войск владеют инициативой и продолжают вести наступательные действия. Пойдем с юга на север.
На Запорожском направлении ВС РФ продолжают оказывать давление к северу от Работино и к северу от Вербового.
На Времевском выступе наши войска продолжают штурм Урожайного. На днях появилось видео с установкой российского флага в центре населенного пункта. То есть мы вытесняем ВСУ к северным окраинам села. Надеюсь, в скором времени будет официально объявлено об освобождении Урожайного, как это было ранее со Старомайорским. Постепенно бои будут смещаться к Макаровке.
На Угледарском направлении наши войска недавно расширили зону контроля в районе Победы к северу от Новомихайловки и продолжили бои на окраинах Константиновки. Кроме того, идет давление на трассу Константиновка-Угледар.
В Красногоровке за последнее время есть существенное продвижение. ВСУ оставили многоэтажки на северо-востоке города, мы заняли ряд административных зданий. Противник постепенно откатывается в северо-западную часть города в частный сектор. Надеюсь, в скором времени город также перейдет под наш контроль.
На Красноармейском направлении (под Авдеевкой) наши войска продолжают вести бои на окраинах Карловки. После взятия Евгеновки есть продвижение в сторону Прогресса. ВСУ потеряли ряд важных позиций возле Новоселовки Первой. Продолжаются бои к северу от Очеретино в районе Калиново и Розовки, хотя продвижение там незначительное. Важно отметить, что противник, несмотря на переброску резервов, так и не сумел там стабилизировал фронт.
На Дзержинском направлении наши войска продолжают наступление в центральной части Нью-Йорка. Мы расширяем зону контроля в районе Юрьевки.
На Часов-Ярском направлении наши войска ведут ожесточенные бои за лесной массив между микрорайоном "Канал" и Калиновкой, а также за саму Калиновку.
На Северском выступе наши войска оказывают давление к северу от Раздоловки и к станции Выемка. В районе Белогоровки без изменений.
На Сватово-Купянском направлении наши войска существенно продвинулись у Песчаного. Продолжаются бои на окраинах Стельмаховки, Макеевки и Петропавловки.
На Харьковском направлении наши войска продолжают отражать атаки ВСУ в районе Глубокого, которые они возобновили после ряда неудач. А в Волчанске мы, отбив атаки врага, расширили зону контроля в центре города и перешли реку, которая его разделяет.
В целом ситуация для киевского режима постепенно продолжает ухудшаться.
- Вы сначала сказали: "Красноармейское направление", а потом поправились, назвав его Авдеевским. Каких успехов мы должны добиться, чтобы иметь все основания называть это направление Красноармейским?
- Мы уже можем называть его Красноармейским благодаря последним подвижкам к западу от Очеретино (Воздвиженка, Прогресс и река Волчья). Фронт будет двигаться в сторону Красноармейской агломерации.
Авдеевское направление – это когда речь шла о боях за город и укрепрайонах сразу за ним. А сейчас Авдеевка медленно, но верно уходит в тыл. Если мы продвинемся еще немного западнее, украинские fpf-дроны не будут туда долетать, и город сможет хоть чуть-чуть выдохнуть.
- А выход на рубеж реки Волчья что даст нам для освобождения Донбасса?
- Тактически это позволит ускорить освобождение Новоселовки Первой, где у ВСУ образовался оперативный балкон. Мы сможем не долбиться в лоб о вражескую оборону, а обойти ее с севера, создав угрозу коммуникациям вражеской группировки, которая защищает поселок. Это позволит нам лишить противника подготовленных позиций, выровнять фронт и двигаться на широком фронте там, где у врага явно не хватает ресурсов.
- Вы сказали, что в Волчанске нам удалось форсировать реку. Как нам это удалось, учитывая, что ВСУ бросили туда много резервов?
- ВСУ понесли ощутимые потери в этих боях, которые носили встречный характер, когда обе стороны пытались наступать. Противник боролся за оперативную инициативу, чтобы вынудить нас полностью перейти к обороне. Но мы заняли определенные позиции и выдержали этот натиск. В результате ВСУ были вынуждены отводить ряд потрепанных штурмовых подразделений, а мы продолжили продвижение.
Тем не менее, ВСУ сохраняют точно такой же нажим в районе Глубокого и Липцев. Наши войска обороняются. Но если противник прекратит эти атаки, наши войска тоже будут оказывать давление. Это уже было ранее в районе Липцов, когда мы взяли два важных опорных пункта, потому что враг взял паузу и его хватка ослабла.
Понятно, что резервы у Киева не бесконечны. Как только они выдыхаются, обстановка улучшается в нашу сторону.
- Правду ли говорят, что всех этих успехов мы добились только благодаря ФАБам с УМПК?
- Была информация, что 2/3 всех ФАБов мы бросаем именно на Харьковском направлении. На других участках они применяются ограниченно. Поэтому я бы не сказал, что это какое-то наше чудо-оружие. Например, в Урожайном и Красногоровке мы наблюдали тяжелую работу наших штурмовиков и танкистов. Поскольку у противника периодически не хватает сил и средств, это позволяет нам достигать тактических результатов.
- Все ли мы сейчас делаем для того, чтобы обезопасить наши бомбардировщики от дистанционных атак противника?
- Когда ВСУ передадут F-16, они попытаются создать проблемы для наших бомбардировщиков, совмещая это с тактикой засад ПЗРК. Недооценивать противника нельзя. Он попытается оспорить наше господство в воздухе. Эту угрозу мы попытаемся купировать за счет средств ПВО и истребителей Су-35, которые прикрывают бомбардировщики.
- Все говорят, что мы готовимся к приему F-16, обрабатывая украинские аэродромы. Перечислите, пожалуйста, конкретные примеры, когда нам это особенно эффективно удалось?
- Мы работаем по аэродромам под Миргородом, под Кировоградом, под Хмельницким и под Кривым Рогом. Мы уничтожаем склады и другие объекты материального обеспечения. В некоторых случаях нам даже удается поражать вражеские самолеты, которые там стоят.
Все это – серьезный ущерб противнику.
Другое дело, что Украина в случае с F-16 попытается сделать ставку на подземные или железобетонные укрытия, которые есть на аэродроме под Хмельницким. Враг попытается рассредоточить машины, чтобы не терять их так, как это было во время нашей атаки на миргородский аэродром.
- Мы готовы наносить удары по аэродромам НАТО, если они будут оттуда взлетать для боевой работы?
- Сначала они попытаются использовать для этого украинские аэродромы. Надо будет внимательно отслеживать, откуда именно они будут взлетать для боевой работы. Если с натовских аэродромов, мы будем иметь полное право такой удар нанести. Но я пока не знаю, воплотим ли мы в жизнь наши угрозы.
- Мы также часто говорим с вами о резервах противника. Что для нас опаснее: если Украина попытается создать 14 новых бригад, о которых говорил Зеленский? Или то, что она попытается усилить старые бригады?
- Украина пытается сделать и то и другое. И доукомплектовать старые бригады, и сформировать новые бригады до середины августа-начала сентября. Под эти задачи киевский режим выбивает технику на Западе и усиливает мобилизацию. За счет этого противник попытается перейти к наступательным действиям в начале осени.
Судя по тому, сколько на это выделяется денег, недооценивать эту угрозу не стоит. Если бы противник не видел в этом успеха, он бы ничего не делал.
Следовательно, нам нужно выявлять места подготовки этих резервов и наносить по ним удары.
- Если говорить однозначно, этот новый контрнаступ выгоден нам, потому что ВСУ окончательно разобьются о наши позиции? Или любые планы противника надо срывать?
- Если у ВСУ будут нарастать проблемы на фронте, им придется использовать эти бригады для затыкания дыр, а не для нового контрнаступа. Если же наше летнее наступление будет выдыхаться, противник может подловить нас и нанести нам контрудар, как это было под Балаклеей, который приведет к неприятным оперативным последствиям.
- Мы же не выдохнемся?
- Сейчас мы делаем все, чтобы не отдать противнику оперативную инициативу. Тем не менее, нам нужно увеличить поставку техники и наращивать численность группировок. Пока у нас не хватает людей и оружия для достижения стратегических целей СВО.
- Если нам понадобится мобилизация, какой она должна быть?
- Речь может идти об ограниченной мобилизации с целью ротации мобилизованных первой волны, которые воюют почти два года. Пока же ставка делается на привлечение добровольцев (это дает нам возможность отправлять на СВО около 500 тысяч человек в год). Кроме того, к нам приезжают несколько десятков тысяч иностранных добровольцев, что позволяет нам восполнять потери. Тем не менее, добровольчество – это ограниченный ресурс. Для увеличения группировки этого недостаточно.
- Как бы вы в целом оценили итоги саммита НАТО? Мы готовы к прямой войне с ним, в которой не было бы применено ядерное оружие?
- Если бы НАТО был уверен, что мы не применим ядерное оружие, они бы уже давно напали на нас. Поэтому они делают ставку на то, чтобы эта прокси-война с нами на Украине длилась еще два-три года.
- Насколько для нас будет критично, если война продлится два-три года?
- Если мы хотим занять достойное место в будущем мироустройстве, нам придется громить ВСУ, освобождать территории и модернизировать государство в рамках тех позитивных процессов, которые были запущены с началом СВО.
Больше о сценариях СВО - в интервью Алексея Кочеткова: Если США прямо сейчас не начнут воздушную войну с Россией, Украина рухнет уже в январе