Болеро ver. 1.1

Болеро — это музыка манифест, признак избранности. Лучшие балерины мира танцевали его на пике: Майя Плисецкая и Сюзен Фаррелл сделали его эффектной кульминацией своей карьеры. Но никто ни разу не начинал с него свой путь наверх. 

Однако, тренерский штаб Тутберидзе рассудил по своему и авансом назначил Камилу Валиеву примой олимпийского сезона уже сейчас. И других объяснений, зачем в карантинный год накатывать такую сложную для реализации постановку— попросту нет. Ей только предстоит выиграть все, чтобы заработать место во взрослой сборной и отобраться на ту самую олимпиаду, однако, вероятно, программа, которую мы увидим в Пекине через год уже перед нами.

Что же такого особенного в Болеро?

Сама композиция создана Морисом Равелем по заказу танцовщицы Иды Рубинштейн. По задумке музыка сразу должна была стать необычным танцем (как отмечали современники, Ида не обладала классической техникой, но умела держать зал за счет харизмы), а не исполняться на обычных концертах. Как писал Равель, когда произведение было закончено “нет, этому не стать шедевром”: слишком простое, с однотипной повторяющейся по спирали мелодией, которая лишь усиливается с каждым разом за счет мощи оркестра — этим не удивить искушенную публику. Однако метр ошибся, в кажущейся простоте, гипнотической пульсации ритма в сочетании с движениями танцовщицы мелодия обрела уникальную силу влиять на зал. Взбудоражить, завлечь, размазать — запросто.

Прошло почти 100 лет с момента создания партитуры. Эффектом Болеро пользуются до сих пор, в том числе и в фигурном катании:

Джейн Торвилл и Кристофер Дин выигрывали Олимпиаду 1984 в Сараево (1)*, Мишель Кван свой 9-ый (рекордный) чемпионат США 2005 (2), Евгений Плющенко предолимпийский ЧМ 2001 (3)*, Каролина Костнер столь желанную медаль Сочи 2014 (4), а Лиза Туктамышева просто вынесла весь сезон 2015 (5).

*видео взяла не с упомянутых стартов, зато в хорошем качестве

И можно гадать, как выбиралась эта музыка для Камилы: Каролина Костнер ли ее навеяла (Камила называла Каро своим кумиром в одном из интервью)? Или Даниил Глейхенгауз залипал на онлайн показы театра Бежара из Лозаны, которые все лето давали карантинные представления (именно постановка Мориса Бежара считается лучшей)? Или же Этери Георгиевне придумался образ в алом комбинезоне (ведь именно в этом цвете выигрываю олимпиады) и дальше был подобран саундтрек? Однако вот оно, перед нами: юная Камила Валиева и великое болеро Равеля. Им предстоит найти общий язык.

Причем, когда мы говорим о программе, важно сразу разделить: есть сама постановка (задумка, хореография, костюм) и есть ее исполнение (энергетика, пластика, техническая готовность).

За хореографию в большей степени отвечает тренерский штаб. Однако, прежде всего перед Даниилом Глейхенгаузом встала непростая задача: уместить в жалкие 4 минуты всю великую музыкальную тему Равеля. И не сказать, что прошло гладко.

И можно было упростить себе и фигуристке жизнь и использовать Болеро в короткой программе (было бы проще, но не факт, что лучше):

• в КП меньше прыжковых элементов и каждый можно использовать в подходящий музыкальный акцент, в произвольной же неминуемо возникают искусственные кульминации, хотя композиция идет ровно, словно под метроном.
• зрители не успеют заскучать, все-таки давящий эффект гипнотической мелодии отмечают многие.
• да и юная Камила не рискует быть "раздавленной" композицией, как на прошедшем этапе кубка России. Ведь в коварном Болеро, чем ближе ты подбираешься к финалу, тем ярче должно гореть выступление, нет права на ошибку, падение, усталость. Нужен контроль на 100%.

В свое время со всеми этими трудностями сталкивалась и Каролина Костнер: «Я думаю, что самое сложное в этой программе — это усиление музыки, ее развитие, — рассказывала Костнер журналистам — Многим кажется, что она просто ускоряется, но это не так. На самом деле, усиливается энергия, атмосфера этой музыки. Передать это развитие очень сложно. В обычной программе есть моменты, когда ты отдыхаешь, берешь небольшие паузы. В этой программе таких пауз нет.».

НО штаб Тутберидзе замахнулся на победоносную произволку, а, значит, надо ставить на "фишечки" в хореографии. И тут, кстати, у Даниила Марковича было несколько козырей.

• Во-первых, редкая удача! Излюбленные махи ногами, которые ругают во многих программах Хрустального, здесь становятся крайне уместны! Они присутствовали в первоисточнике бежаровского балета, на который явно ориентируется тренерский штаб.

• Во-вторых, феноменальная растяжка Камилы позволяет цеплять взгляд на вращениях в акценты и усиливать гипнотический эффект (особенно если вращения совпадают с внутренним ритмом мелодии)
• В-третьих, стартовая ломаная и финальная с воздушным поцелуем хорео-связки и заключительная поза-прогиб (тоже позаимствованные у Бежара) запоминающиеся и очень соответствуют музыкальной кульминации.

Но, к сожалению, это пока все! На протяжении всей остальной программы рукам и корпусу нет особой работы, взмахи в акценты хореографией особенно не считаются, а на заходах и вовсе пропадают и образ разваливается. А вместе с ним тает и магия. Нет того волшебства, что ждет публика после девочки на шаре, увы!

Оживить движения рук и корпуса, кстати, тоже не новая проблема: «Мы не хотели ничего прямо копировать, но, конечно, играли с движениями из балета, — отмечала Костнер. — Когда смотришь балет Бежара в первый раз, кажется, там все так просто! Видишь движения рук и думаешь, легче некуда. Но потом попробовали сделать это на льду, и я поняла: это очень-очень сложно. Это тот момент, когда ты начинаешь понимать величие этой музыки».

Причем, после открытых прокатов проблема уже была видна, вероятно, поэтому Даниил Глейхенгауз спешно внес изменения в постановку, однако уж слишком знакомые оказались движения. И хотя нет никакого авторского права на хорео-элементы, однако после столь знаковых программ Алины Загитовой и Евгении Медведевой этому Болеро трудно будет избавиться от негативного ярлыка. И скорее всего хореографию будут вновь перерабатывать -- постановка с потенциалом на олимпиаду обязана быть уникальной, сделанной под спортсмена.

Донашивать с чужого плеча Кармен и Алегрию -- не вариант (есть также элементы и из других программ, только авторского права на элементы по прежнему не завезли, поэтому нечего!).

И тут мы переходим непосредственно к исполнению.

На самом деле, для самой Камилы произошедшее сегодня -- это лишь начало пути. Когда звезда родилась ее свет должен пробиться, достигнуть своей цели, на это требуется время! Скорее всего на протяжении двух сезонов Болеро будет накатываться, Камила будет взрослеть вместе с ним. Раскрываться как исполнитель (и, надеюсь, тренерский штаб поможет -- в плане хорео много придется перепридумать). Сейчас это ее главная задача.

И еще: пока технический контент с двумя четверными прыжками, в начале сезона она не выкатывает физически, а сколько их планируется всего -- вопрос открытый. По меркам Хрустального сольный четверной тулуп и четверной тулуп в каскаде -- это явно не предел, на который рассчитывают тренеры, только вот одной ошибкой и дрогнувшими нервами в самом начале выступления можно загубить весь номер, если не получится собраться тут же.

Также не раз говорили о вероятности тройного акселя. Но история Камилы, как спортсменки не так проста, и уже приходилось отказываться от усложнений из-за серьезных травм. В предолимпийский сезон еще есть время для экспериментов, а вот дальше рисковать будет уже некуда.

К тому же если говорить о прыжках, то в самом начале Болеро, когда мелодия лишь набирает силу, не хочется их совершенно, в идеальной композиции программы их нужно перемещать во вторую половину, где самая мощь! Но сколько выносливости на это потребуется? Не любая спортсменка готова к такому испытанию, это особый навык.

Изменения же в хорео-части корпуса и рук только усугубляют: что-то Камила не успевает делать в ритм, а что-то еще не накатано идеально. Но контент похоже еще не сформирован, поэтому бессмысленно дотошно разбирать -- программа все еще живой макет.

И самая важная часть -- энергетика.

У Мориса Бежара танцовщица исполняла свою партию на круглом красном столе, в окружении подвластной ей толпы, но роль гипнотического идола в магическом круге пока не соотносится с образом юной Камилы. Возможно, когда исполнение будет чистым, зал включится аплодисментами, а ритм запульсирует под хлопки.

Тем более, что танцовщица Бежара в финале постановки словно "тонет" в тянущихся к ней руках, вероятно, таковыми должны стать аплодисменты и стоячая овация зрителей на арене.

А пока олимпийский чемпион Алексей Урманов хорошо сформулировал ситуацию: «Сложная программа, музыкальное сопровождение к ней выбрано сложное. Может, это рановато для Камилы, не знаю. Я пока не уверен, что она понимает, о чем катается».

Хорошо сказал и Максим Траньков: «Тутберидзе и Глейхенгауз в силу успехов лучше знают, какую музыку выбирать, но для меня это очень спорно. Это более зрелая музыка. Если Камила справится с ней под конец сезона — это будет бомба! Но сейчас это выглядит сыро, с контрольных прокатов и по сей день».

Причем, крайне символично, что белая танцовщица в темном зале на красном столе у Бежара, на катке сменяется на красную Камилу на белом льду. Только представленный костюм Камилы совершенно не классический, а ведь в этот образ просится именно графичность и минимализм. И пестрая спина костюма воспринимается излишней деталью, она вызывает ассоциации со змеей, бабочкой, стрекозой, драконом.. и все это не то! если изначально хореография заряжена на отсылки к Бежару.

Правда, ходят слухи, что Этери Тутберидзе верит в карму костюмов и после такого образ могут поменять. Тем лучше, пока слишком беспомощно, программа не выглядит цельной и тянет на дно талантливого спортсмена.

***

Хочется думать, что Болеро только зазвучало, мы слышим лишь первые такты музыкальной темы: на протяжении сезона ему предстоит набрать силу, развиться в оглушающую мощь, использовать весь свой потенциал. Ждем Болеро ver.2.0 яркое и четко в ритм.