Близкие люди

В Москве на днях случился снежный коллапс. Из-за циклона столицу засыпало снегом, закутало метелью, законопатило сугробами. 

Я вышла из дома очень рано. 

Дворы ещё не расчищены, но кто-то, кто вышел ещё раньше меня, уже протоптал робкую тропинку прямо на снежной глади. Я шла по этому пути - след в след - и думала о тех, кто его протоптал, с благодарностью. 

Вчера я встречалась с Наилей. 

Это моя близкая подруга. Те читатели, кто со мной много лет, знают, что Наиля - это тот самый человек, который спас меня, когда я упала в самый глубокий мой жизненный колодец беды. Она была рядом, когда выяснилось, что мой ребёнок не слышит. 

Я замерла, заледенела от ужаса. Но в этот момент Вселенная (я вообще уверена, что Бог любит меня и показывает это, посылая мне хороших людей) послала мне Наилю. У ее сына тоже кохлеарная имплантация.

По сути она протоптала мне дорожку в этой области, первой прошла этот путь - от постановки диагноза через пугающую операцию к новой жизни с кохлеарной имплантацией - и не замёрзла сама, и показала мне, как идти. 

И я пошла по уже вытоптанной ею тропе, и я была страшно благодарна ей за это. Потому что я сама была настолько дезориентирована тогда, что разобраться со всем этим самостоятельно не смогла бы. Всё, на что хватило моего ресурса в тот момент - выбрать человека, которому я смогу довериться. 

Мы однажды с Наилей были участниками одного фестиваля, и там было пиротехническое шоу. И организаторы сказали: "Вы не бойтесь, всё безопасно, всё сто раз проверено- перепроверено, а ещё среди зрителей есть пожарные".  

И я поняла, что где -то в толпе находятся мужчины, которые выглядят как зрители или как случайные прохожие, а на самом деле они - спасатели.

И я посмотрела на Наилю и говорю:

- У меня с тобой также было: я думала ты просто случайный прохожий в моей жизни, а ты мой спасатель...

Девять лет назад тема кохлеарной имплантации и инвалидности наших детей всегда была приоритетной в наших разговорах. 

Но мы быстро совпали, и поняли, что мы не просто единомышленники и мамы детей с особенными ушками - мы ещё и близки по духу, по ценностям, по взглядам на жизнь, а значит, можем стать подругами.  

Мы стали дружить, вместе отдыхать, достаточно часто встречаться. Но всегда во время наших встреч разговоры про кохлеарную имплантацию составляли процентов 80 всех диалогов. Потом 40, потом 20.

И однажды, пару лет назад, мы встретились, проговорили три часа, как на духу, и расстались. 

И уже потом Наиля пишет: 

- Ты заметила, что случилось? Мы же вообще не разговаривали про кохлеарную имплантацию?! 

А ведь и правда. То есть мы встретились просто как подруги, поговорили о разном, посмеялись, классно провели время. И не подняли тему кохлеарки совсем. 

Во-первых, это означало процесс принятия. Кохлеарная имплантация всегда будет частью нашей жизни, даже когда дети вырастут. Но мы настолько к ней привыкли, что она больше не пульсирует болью, не застилает собой остальные темы, не является приоритетной жизненной мелодией. Она становится просто неотъемлемой частью жизни, к которой привыкаешь и перестаёшь каждый раз об нее раниться. Можем обсудить, можем нет. 

Во-вторых, мы теперь просто близкие люди, совпавшие не одной гранью жизни. 

И вот тут ещё один свежий мой инсайт. Про близких людей. 

У меня есть сложные отношения с одним близким человеком (я живу в иллюзии, что это близкий человек).

Каждый раз, собираясь с ним вступить в коммуникацию, я прямо готовлю речь. Пишу ее в черновиках, переписываю, меняю слова, что-то удаляю, представляю, как он читает этот текст , переживаю, не обидно ли где-то написано, не пережала ли я. Потом даю тексту "настояться", затем отправляю и тут же думаю: "Нет, вот это надо убрать, а вот тут дописать". 

Такой диалог - как айсберг. За каждым написанным видимым предложением - огромная подводная часть, невидимая, но подразумеваемая мною.

И вот я хочу сказать (вчера поняла): мне кажется, что это ненормально. Это прямо красный флаг в отношениях. Так быть не должно. 

То есть если коммуникация становится такой изнурительно сложной, если в ней ты вынужден быть гибким, напряжённым, угадывающим настроение, боящимся обидеть, то, возможно, этот человек уже не может считаться для вас по-настоящему близким. 

Мне показалось, что это классный критерий. 

Когда человек по-настоящему близкий, он вам безопасен. Даже если вы что-то скажете не так, не в то время или не тем тоном, он вас поймёт, простит и не обидится. Он не накажет вас холодным молчанием, не отвергнет, не заставит домысливать значение его многоточий. 

А если человек далёкий, "колючий" или перестал быть близким, то общение с ним превращается в тяжкую работу. 

Когда сама мысль о том, что нужно ему написать, вызывает напряжение, и внутри сразу тяжесть. 

Я после каждого диалога с этим "близким", прямо без сил , чувствую себя вычерпанной, и хочу сладкого. 

А сладким я себя балую, когда мне совсем хреново или усталость такая, что я не знаю, где раздобыть силы. 

С близкими людьми общение - это легкость и вдохновение. Даже на сложные, болючие темы. 

 А не работа или обязанность. 

Я готова, если надо, первой идти по метели и протаптываеть тропинку близким. Даже по маршруту, куда мне самой совсем не надо. Я ж в этом плане бешеная собака, я сделаю крюк семь верст - и буду только рада такой возможности, это пожалуйста , если надо для своих, и у меня есть силы и валенки. 

Я ж по натуре спасатель: тут для меня много энергии, ценности и смыслов. 

Но я не хочу, оборачиваясь, видеть лёд непонимания и равнодушия у тех, кто идёт за мной. 

Подлинная близость проявляется даже не тогда, когда мы идем след в след, спасаясь от снежной бури. А и потом, когда буря стихла, а мы все равно рядом, вместе наслаждаемся покоем и тишиной. 

А если даже во время штиля, когда всё стихло, приходится карабкаться через сугробы недопонимания в коммуникации, то... так не должно быть. Это не твой человек 

Истинно близкие люди - это те, с кем легко молчать, безопасно ошибаться и общение с кем наполняет силами и обволакивает гармонией...

Близость — это не только решение общей проблемы, но и общий покой.