Безжалостная воля Бога.

Минхо был помешан на религии. Он делал так, как гласил его Господь. И это очень пугало.

Парень не мылся уже месяца три, от него ужасно воняло тухлятиной, екскриментами и кровью. Его ногти были длиннющими, а под ними было кучу грязи.

Бог говорил: "Смывать с себя то, что вам передал Господ — грех!", а Хо, не имел права перечить ему.

Крис, друг младшего, очень волновался за него. Но сильнее он боялся за себя. Ли был слишком странным.

Сначала подростки на улице с него просто смеялись, а взрослые просто забили на него. А затем он стал настоящим чучелом их маленького городка. Дети боялись его до ужаса и дрожи, а родители пытались защищить их.

Мин мог посреди улицы, в самом людном месте начать молиться на неведомом языке никому. Это было настолько жутко, что кровь в жилах застывала.

Как то раз Чан и Ли договорились встретиться. Старший пришел заранее, и в ожидании слушал музыку через старые наушники. Парень бесшумно подошел к нему, а потом как заверещал.

— Немедленно выключи это! Не греши, ничего нельзя слушать кроме священных молитв! Выключи это, Крис, выключи..

Минхо опять начал молиться, так отчаянно, будто услышал не громкую и веселую музыку, а совершил самое ужасное преступление.

После этой встречи от младшего ни духу, ни слуху больше недели. Кристофер уже думал, что тот помер, но нет. Хо явился ещё бледнее, синяки под глазами стали больше, а зрачки огромные, голодные, как у хищника.

И они решили вновь пойти прогуляться. На удивление, Ли вёл себя более-менее адекватно, но его странности не ушли. Когда парни хотели уже расходиться, тот предложил.

— Хён, а может идем ко мне? Будет весело, обещаю!

— К тебе? Ну давай, только не надолго.

Мин вёл старшего по каким то старым улицам и корчам, они шли к старому, разваленому домику.

Парень гостеприимно пригласил приятеля к себе, закрывая дверь на замок за ним.

В доме Минхо ужасно воняло, как и он сам, на полу было куча мусора, книг с молитвами, и двухлитровые бутылки, наполненные алой и густой жидкостью и мочей.

Чан присел на шаткий стул, наблюдая, как хозяин наливает ему в бокал вино, хоть и выглядело оно сомнительно, но из вежливости он всё выпил.

Бан очнулся уже связан на стуле в гостинной, его руки и ноги были прикованы к друг другу колючими проволоками, которые болезнено вонзались в его кожу.

— Минхо.. Что ты творишь? Пусти меня! — Закричал Крис, в его глазах было столько страха и печали.

— Ты обязан искупить свои грехи, Кристофер.

Мин облил парня прозрачной жидкостью, некой священной водой. Он стал читать молитву, на каком то давнем и очень грубом языке. Такое ощущение, что делал он это вечность.

Когда Хо закончил, вода, которой он обрызгал Криса, начала разъедать его кожу словно кислота. Он стонал и кричал от боли, корча несчастную гримасу.

А затем он закрыл глаза, чувствуя острую боль в животе. Младший пырнул его ножом.

Минхо развязал парня, бросив его на пол. Он начал острым лезвием разделывать его плоть, а затем просто начал разрывать руками.

Весь старый ламинат и Мин были в крови, но он пытался достать сердце друга. Как только у него получилось, он начал жадно и зверски жрать его сырым, а затем и остальные органы.

Но только оставил кишки. Ли хотел их засушить, как обычно это делал. Просто берёт и бросает под старую, огромную книгу.

Благодаря Чану, Минхо перестал быть голодным, насытился им по полной. Да и он станет чистой душой.

Спасибо всевышнему за эти дары.