Безымянная Кукла - глава 6
Шу: Когда я впервые встретил Мадемуазель, это было ещё до моей встречи с тем проклятым существом, которое мы называем пубертатом…
Я был милым маленьким мальчиком с румяными щеками… Меня наверное было бы не отличить, поставь с такими же куклами.
Мика: (Для вас это Оши-сан. Он правда высокого о себе мнения.)
(Хм... он о каком-то моменте после нашей первой встречи в моём родном городе?)
(Теперь, когда я думаю об этом, такое ощущение, будто Оши-сан тогда не держал Мадо-нээ...)
(Хехе, это значит, что я встретил Оши-сана раньше, чем Мадо-нээ)
(Конечно, тот, кто всё это время оставался с Оши-саном, поддерживал его, определённо Мадо-нээ, но...)
Шу: Чему ты ухмыляешься? Как всегда странный.
Мика: Нн~нн... насчёт твоей встречи... «как» это произошло?
Помню, я слышал, как ты говорил, что Мадо-нээ тебе подарил дедушка...
Мадо-нээ, ты сначала была его дедушки?
Шу: «Нет... насколько я помню, я всегда принадлежала Шу-куну.»
Когда я был маленьким, я часто запирался в кладовках поместья, подвалах и тому подобном…
Внутри одного из них я нашёл её, сидящую в витрине, покрытой пылью.
«Фуфу. Шу-куна часто кто-то ругал, поэтому он дулся и закрывался внутри. А эти подлые ребятишки из района его обижали…»
Да, они были очень злыми. Тогдашний я — хрупкий паршивец, который почти всегда уступал в этом.
Мика: Даже сейчас ты деликатный и во многом запираешься... фуфу, это очень похоже на Оши-сана ♪
Шу: Не хочу, чтобы эти жалкие характеристики были признаны «соответствующими» мне.
Неважно. Внутри тех кладовых и подвалов, о которых я сказал, спала гора «хлама», никому не интересная в семье.
Гора, оставленная нашими предками, нетронутая, несортированная куча сокровищ и мусора.
Возможно, наши предки придерживались дилетантского мнения к искусству. Внутри оказалось много разных предметов, брошенных независимо от времени и происхождения.
Но я посвятил себя наведению порядка, когда ещё учился в средней школе, так что он уже не в том состоянии.
«Фуфу. Это было муторно, да~? Даже написать список вещей, которые нужно было сохранить, заняло около полугода».
«Ещё Шу-кун был таким перфекционистом. Он никому не позволял помогать, поэтому потребовались годы, чтобы закончить уборку.»
«Ну, я думаю, Шу-куну нравится делать такие вещи, поэтому, может быть, это было весело ♪»
Верно. Это была увлекательная работа. Даже сейчас, я замечаю, что рассматриваю прибранные и выставленные для просмотра, готовые изделия, несмотря на то, что мне там уже нечего делать.
Хотя тогда мне не хватало отточенного мастерства, ведь это музей, который я создал сам.
В любом случае давай я верну разговор в нужное русло... в детстве я часто бегал в подвал, когда что-то происходило, и, в конце концов, начал разговаривать с Мадемуазель, которая была внутри.
Она была идеальным собеседником, ей я мог выразить мысли, которыми не мог поделиться ни со своей семьей, ни с кем-либо ещё.
Конечно, в то время Мадемуазель была просто неотзывчивой, безжизненной куклой.
Но, загадочным образом, когда я говорил с ней, не рассчитывая ни на что, кроме света лампы в темноте...
Такое ощущение, будто она начала оживать. Начала реагировать на мои слова, и отвечать по очереди.
Может, она была существом, приведённое мною в этот мир, очень похоже на воображаемых друзей, которых многие дети создают себе в детстве.
Если говорить поэтически, можно сказать, что я вдохнул жизнь в Мадемуазель.
Естественно, окружающие меня люди... моя семья и остальные, видели во мне странного мальчика и переживали.
Ведь я часто, почти каждый день, ходил в подвал, чтобы поговорить с куклой.
Мои родители обсуждали это с другими домочадцами, и когда дети услышали об этом от своих родителей, то начали меня высмеивать.
Но я никогда не переставал навещать Мадемуазель.
Она была моим драгоценным другом, к тому времени я уже считал ее своей семьей.
Она была мне даже ближе, чем мои неприятные, кровные родители, братья и сестры, мы были родственными душами.
И из всей семьи единственным человеком, который понимал мои чувства... был дедушка.
К тому времени он уже вышел на пенсию и вскоре был госпитализирован, поэтому редко высказывал мнение по поводу домашних происшествий.
Но лишь один раз он воспользовался своим авторитетом — жёстко отругал моих родителей и потребовал сделать то, что он сказал…
Аах, это было очень приятно. После этого Мадемуазель официально стала моей.
При одном условии... ценить её вечно, будто она моя семья или близкий друг.
Я кивнул дедушке в полном восторге и поклялся любить её до конца своей жизни.
И поэтому даже сейчас я держу её на руках. Как бы другие ни издевались надо мной, всё же она моя...
Итак, я понимаю, что она ценна больше, чем кто-либо другой на свете.
Именно она утешала меня, когда я ничего не мог сделать, кроме как плакать, и, в итоге, дала волю к жизни. Поэтому я потрачу свою жизнь на погашение этого долга.
Мика: …… ♪
Шу: О? Ты тоже издеваешься надо мной, Кагехира?
Мика: Нна~? Не, я просто был по-настоящему счастлив, зная, что ты доверил в мои руки кого-то такого важного, хотя бы на короткое мгновение...
Завидую, Мадо-нээ. Хочу, чтобы Оши-сан когда-нибудь тоже так думал обо мне ♪
Шу: «Хуфу~н. Это приятно♪»
«Быть любимой – чудесно. Даже если ты ничего не знаешь о себе или кто ты на самом деле, только эта любовь может поддержать».
«Я так устала сидеть в ловушке в том кромешно-темном подвале, просто собирая пыль».
«Как кукла, я сдалась, думая, что ничего не смогу сделать. Как только к тебе теряют интерес, это конец — после этого бросают в кладовую, чтобы забыть.»
«Но вы люди – и как люди, можете ходить на своих ногах...»
«Итак, вместо того, чтобы закрыться, я хочу, чтобы ты полностью ощущал и наслаждался этим блестящим миром.»
«И если я вообще смогу чем-то помочь, ради твоей драгоценной молодости... тогда я буду самой счастливой куклой в мире...»
«Я смогу вернуть всю любовь, подаренную мне. Ведь люди и куклы показали способность любить друг друга.»